плеч длинной бахромой. Круглые жемчужные пуговки завлекательно сверкали, спереди на высокой груди топорщились накладные карманы. Чуть ниже — косые штрихи бахромы. Приталенная рубашка-курточка заканчивалась у бедер, переходя в такие же молочные брючки-клеш.
— Красиво, но экзотично, ковбойско-индейские мотивы в духе Дикого Запада? — улыбнулся я.
— Именно, — подтвердила Маша, — А то, что экзотично, так это даже лучше. Отличный костюм для отдыха на природе и не только.
— Уверена, что зайдет? — поинтересовался у дизайнера.
— Сто процентов, — твердо заявила Мария. — Что нашим девчонкам в первую очередь нужно? Привлекать внимание, быть красивой и неотразимой. Раньше выбора особого не было, все одевались одинаково. Такой костюм гарантированно вызовет интерес. Если девочка симпатичная с неплохой фигуркой, да ещё в экзотических красивых шмотках, все мужики слюнями истекут.
— Ладно, — я взял третий снимок. На нем позировала другая швея — высокая блондинка лет 25-ти в светло-сером деловом костюме. Строгий, приталенный силуэт, юбка, чуть выше колен, прорезные карманы на пиджаке — все от ткани до фасона смотрелось элегантно и дорого.
— Здорово, — похвалил я. — Отлично получилось. У тебя есть вкус, Маша.
— Спасибо, — дизайнер слегка покраснела и потупилась.
На следующем фото позировал молодой паренек с темно-русой шевелюрой. Он щеголял в галстуке-бабочке и черном костюме с блестящей жилеткой.
— А это кто? — удивленно поинтересовался я. — Что-то я таких работников не припомню.
— Брат Коля, младший, — смущенно призналась Мария. — Я его попросила.
Остальная одежда была более неформальная. Джинсовые рубашки и брюки с бахромой в «ковбойском стиле», эффектные разноцветные блузки, спортивные костюмы и штаны.
— В целом мне понравилось, — задумчиво протянул я, откладывая стопку фотографий в сторону. — Что скажешь, Ашот?
— Очень хорошо, — довольно подтвердил приятель. — Смотрится красиво, да. Что по качеству вышло?
— Идеально, — гордо заявил начальник цеха. — Девочки очень старались. Маша и Алена над каждым экземпляром тряслись, все швы и подкладки скрупулезно проверяли.
— Откуда материалы взяли? — поинтересовался я.
— Наскребли по сусекам, — признался Вадим Иванович. — У меня кое-что осталось с прошлой работы. Алене родители ткани из Индии привезли, и у Маши парочка импортных отрезов были. Джинсовую ткань, фурнитуру, другие расходники и прочие мелочи взяли из наших запасов. Все посчитано, могу показать.
— Не надо, — отмахнулся я. — Потом покажешь. Или лучше вообще в бухгалтерию отнеси. Главбуха трогать не надо, а вот Тамаре Аркадьевне можешь вручить. Скажешь, я велел компенсировать затраты. Но чересчур много не насчитывай. Всё в пределах разумного. А наши запасы пусть спишут или в расходы внесут, они сами знают как лучше. Передашь Аркадьевне, начальство разрешило отдельно оплатить ваш труд и потраченное время. Если возникнут вопросы, пусть свяжется со мной или Ашотом Ервандовичем.
Чуть помолчал и кивнул на огромную сумку:
— Образцы у вас в бауле лежат? — я кивнул на огромную сумку.
— Там, — подтвердил начальник цеха. — Специально с собой взяли, чтобы вы с Ашотом Ервандовичем сами посмотрели и убедились.
— Отлично, — кивнул я. — Алена ещё и сумки предлагала из обрезков шить. Хоть одну пошили для демонстрации?
— Конечно, — ухмыльнулся Вадим Иванович, — и не одну.
— Показывайте.
Из баула извлекли сумки. Джинсовую и «вареную» с бахромой, сине-красную, темно-серую, белую, голубую и черную кожаную. Первые две в форме «тубуса», третья и четвертая — спортивные, прямоугольные, пятая и шестая — исключительно для дам, маленькие с удобными металлическими замками. Все сумки с разнообразными змейками, кнопочными застежками, карманами и отделениями для документов, кошельков и разной мелочи. Каждая с ремешком, первые четыре с отстегивающимися на стальных карабинах, пятая и шестая с цельными тканевым и кожаным. Застежки ровные, дизайн радует глаз — стильно, красиво и с выдумкой. На фоне недавнего серого советского однообразия смотрятся невероятно привлекательно. Народ будет с руками отхватывать.
Посмотрел подкладку, швы — все прошито идеально: ровно и качественно. Стежки одинаковые — ни одного косяка не нашел.
— Что могу сказать? Молодцы, — похвалил производственников, — Просто глаз радуется. Даже придраться не к чему. Показывайте одежду.
— Айн момент, — усмехнулся довольный начальник цеха.
На стол легли сложенный белоснежные брюки, легкая курточка, сиреневый и светло-серый костюм, в которых позировали девушки, джинсовая рубашка и брюки, ярко-красная блузка.
Опять внимательно осмотрел каждую вещь. И не нашел к чему придраться. Отметил высокое качество ткани, профессионализм швей и талант дизайнера.
— Здорово, просто здорово, — признал я.
— Так что, заслужили мы премии и прибавки к зарплатам? — Вадим Иванович горделиво приосанился. Девчонки несмело улыбнулись.
— Заслужили, — кивнул я. — Сегодня же дам распоряжение бухгалтерии.
— Запускаем производство и продаем? — деловито уточнила технолог.
— Запускаем, и… — я остановился, лихорадочно обдумывая пришедшую мысль. — Сделаем немного по-другому. Шить начинаем сейчас, но продавать пока не будем.
— Почему? — обескуражено глянул начальник цеха.
— Потому, — я ухмыльнулся, — Классику помните? Легким движением руки брюки превращаются, превращаются брюки… в элегантные шорты. Расшифровываю: сделаем все эти вещи американскими, и будем продавать как бренды из США.
— Это как? — растерялся Вадим Иванович.
Ашот расплылся в широкой улыбке. Он понял замысел.
— А вот так, — я эффектно щелкнул пальцами как заправский фокусник. — Все очень просто. Мы создали фирму в США. Я совсем скоро вылетаю по делам в Берлин, а оттуда в Нью-Йорк. Там зарегистрирую бренды одежды. Официально все эти вещи станут американскими разработками. Выберем красивое название. Проведем фотосессию с моделями, сделаем хорошую презентацию, запустим яркую рекламу, начнем продавать одежду здесь и там. Тут эксклюзивные права будут у нашей компании. Вы трое, как авторы идеи и создатели, получите свой процент за каждую созданную и произведенную вещь. Я дам команду — в бухгалтерии подготовят агентские договора. Получается следующее: тут продаем одежду по хорошим ценам, как американскую и шьем по заказу американской конторы, как правообладателя, на экспорт.
— Потрясающе придумал, Миша, да, — Ашот светился от радости как лампочка. — У нас народ на американских шмотках поведен. Вещи будут разрывать по огромным ценам. Раз в десять больше получим, чем за свои. А от наших будут кривиться, и продать их за хорошие бабки не получится.
— Потом, годика через два-три, — ухмыльнулся я. — Организуем сенсацию. Сделаем большое интервью или передачу об основателях и разработчиках бренда. Представь, как
