– Но у меня уже есть работа в «Газетт», – заметила Иден. – Кроме того, я ужасно готовлю.
– Тебе не придется готовить, только следить за уборщиками, заказывать продукты, сдавать вещи в прачечную. Это будет решением твоих проблем, Иден, не говоря уже о моих. Хэнк Моллой человек серьезный и во всем любит порядок. Когда я сказал ему, что у меня есть на примете человек, подходящий на эту должность, он сразу же прислал по факсу контракт.
– Значит, я буду работать на компанию мистера Моллоя? – спросила Иден.
– В контракте лишь один камень преткновения, но, думаю, ты сможешь предупредить их за три месяца, если захочешь уйти.
– Не проблема. Я никуда не тороплюсь, – ответила Иден. – Это звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой, и мне кажется, что здесь есть какой-то подвох.
– Поговори сама с мистером Моллоем, – сказал Нев, набирая телефонный номер и протягивая ей трубку.
После этого разговора у Иден не осталось никаких сомнений насчет подписания контракта. Она чувствовала себя так, словно у нее с плеч свалилась тяжелая ноша, и тепло улыбнулась Неву.
– Ты просто чудо. Не знаю, как и благодарить тебя.
– Дла начала мы могли бы поужинать вместе, – предложил он.
Иден помедлила. Нев был отличным парнем, но как мужчина он ее не интересовал, и несправедливо обнадеживать его, но с другой стороны, это всего лишь приглашение на ужин. Она находилась в смятении с тех пор, как в ее жизнь снова ворвался Рейф. Ей нужно немного отвлечься, чтобы выкинуть из головы мысли о нем.
Дауэр-Хаус был роскошным особняком, построенным в восемнадцатом веке. Просторный дом с шестью спальнями, окруженный несколькими акрами земли, был полностью отреставрирован, и Иден влюбилась в него сразу же, как только вошла внутрь. Предложение поработать экономкой невероятная удача, подумала она, поднимаясь в спальню, которую выбрала для себя. Но ей по-прежнему чудился подвох.
Ночь была жаркой. Весь день собиралась гроза, и когда Иден открыла окно, на улице по-прежнему было душно и зловеще тихо. Последние несколько дней утомили ее: она перевозила свои вещи в Дауэр-Хаус. Все же Иден боялась вечеров. Бездействие давало ей время для раздумий, при этом все мысли были обращены к одному мужчине, к той близости, которая когда-то была между ними. Это иллюзия, сердито напомнила она самой себе. Чувство, что он был ее второй половинкой, властелином ее души, – плод воображения. Нужно забыть его. Рейф, бесспорно, выкинул из головы мысли о ней и, наверное, находится на другом конце света со своей шведкой или новой пассией.
Иден взяла пузырек с болеутоляющими таблетками, которые прописал доктор: у нее ныла нога. Обычно ей удавалось игнорировать тупую боль, но сегодня хотелось погрузиться в блаженное забытье.
Когда несколько часов спустя Иден открыла глаза, комнату на миг осветила вспышка молнии. Она лежала в темноте, удивляясь, почему ее кожу покалывает, а уши прислушиваются к малейшему шороху.
Незваный гость или разыгравшееся воображение? – гадала она, когда снизу донесся шум. Увидев слабый свет под дверью гостиной, Иден до смерти перепугалась; сердце неистово колотилось, ладони были мокрыми от пота, когда она на цыпочках спускалась вниз. Проклиная себя за то, что оставила мобильный телефон в спальне, девушка поняла: единственный выход – выскользнуть из дома и побежать к соседям за помощью. Но она была в пижаме, а на улице шел дождь. Вдруг дверь гостиной распахнулась, и Иден схватила первое, что попалось под руку.
– Тебе не кажется, что сейчас не самое подходящее время заниматься цветами? – послышался знакомый хриплый голос. – Что ты делаешь, cara?
– Что я делаю? – переспросила Иден, когда к ней вернулся дар речи. Она поставила на буфет тяжелую вазу, но чувство облегчения тут же уступило место гневу. – Еще чуть-чуть, и я бы ударила тебя вазой по голове.
По ее тону Рейф понял, что она бы с радостью это сделала. Ее щеки горели, волосы рассыпались по плечам, и его захлестнула волна нежности и желания.
– Кажется, у тебя вошло в привычку входить в мой дом без приглашения, – отрезала Иден. – Как ты проник сюда? Только не говори, что входная дверь была открыта. Я запирала ее.
Когда Рейф в ответ показал ей ключ, она очень удивилась.
– Вообще-то, это мой дом, – мягко поправил он.
– С каких пор тебя зовут Хэнк Моллой?
– Хэнк является исполнительным директором одной из дочерних компаний «Сантини корпорэйшн», которая арендовала для меня этот дом. Я так понял, ты моя экономка. Добро пожаловать.
Она с самого начала знала, что здесь ее ждут неприятности. Этот подлый, бессовестный тип, казалось, забавлялся, разглядывая Иден с головы до ног. Он смотрелся настолько сексуально в черных джинсах и кожаной куртке, что ей пришлось призвать на помощь все свое самообладание.
– Полагаю, у тебя была веская причина, чтобы обманным путем заставить меня подписать контракт.
– Их было несколько, – улыбнулся он.
– Может, объяснишь?
– Будет понятнее, если я покажу. – Рейф в один миг очутился рядом с Иден и, положив ладонь ей на затылок, запрокинул ее голову. Сопротивление было невозможным, так как мускусный запах его одеколона будоражил ее чувства. Он прижал ее к груди, и она ощутила биение его сердца под своей ладонью. Рейф целовал Иден до тех пор, пока ее губы не припухли, пока тело не стало мягким и податливым. Когда он немного отстранился, Иден отчаянно прильнула к нему, желая продолжить эти сладкие мгновения.
– Почему ты меня преследуешь? – прошептала она, обхватив себя руками, когда Рейф отпустил ее. – Что тебе от меня надо?
Ответ прост, но она не готова услышать его, мрачно подумал Рейф, испытывая угрызения совести при виде ее дрожащих губ. Наверное, ему следует уйти и забыть о той близости, которая когда-то была между ними, но все эти четыре года он беспрестанно думал об Иден.
– Это вряд ли можно назвать преследованием, cara mia. Ты находишься в моем доме, спишь в моей постели, – добавил он, когда она со злостью посмотрела на него.
– Ты правда думал, что я поверю в простое совпадение?
Рейф пожал плечами.
– Хотя все было спланировано заранее, я не был полностью уверен в том, что твой друг предложит именно твою кандидатуру на должность экономки. Он мог с таким же успехом отдать это место своей пожилой секретарше. Должен признаться, ей бы я не оказал такого восторженного приема.
Его глаза весело блестели, и Иден разрывалась между желанием ударить Рейфа и расплакаться. Она забыла, как ему нравилось поддразнивать ее, забыла об искрометном чувстве юмора, о том, как они смеялись вместе, и не хотела это вспоминать.
– Думаю, Глория отлично меня заменит, – холодно произнесла Иден, – потому что я не собираюсь оставаться здесь с тобой. – Затем она помчалась наверх в свою спальню и, достав из-под кровати чемодан, начала складывать туда одежду. Когда в дверях появился Рейф, она сделала вид, что не замечает его.
