Меррей замялся.
– Да так, всяким. Покупаю, продаю... Во многих местах, в том числе и здесь.
– Здесь? – заинтересовалась Гифорд. – В Уотфорде?
– Я... имел в виду Англию, – пояснил Меррей. – Но вы не ответили на мой вопрос, нравится ли вам жить в провинции?
– В общем, нравится, – кивнула она. – Некоторое время я жила в Лондоне. После получения диплома, – уточнила она. – Потом вернулась сюда.
Даниэлла ожидала, что Чарльз начнет расспрашивать ее, чем она занималась в столице, но появление официанта помешало продолжению беседы.
– Солянка сейчас будет готова, – сообщил он, убирая тарелки и ставя перед Мерреем заказанную им бутылку кларета.
Попробовав глоток густого темного вина, Чарльз одобрительно кивнул.
– Отлично!
– Для провинциального ресторана? – поддела его Гифорд.
– Нет. По всем общепринятым стандартам, – ответил он, улыбнувшись. – Давайте оставим в стороне колкости. Лучше расскажите, где вы работали, когда жили в Лондоне.
Даниэлла прерывисто вздохнула. В общем-то ей не хотелось ничего уточнять, особенно же причину, по которой оставила свое место.
– Я служила в «Крейбле», – неохотно сказала она. – Но мне там не понравилось, и я уволилась.
– Вы имеете в виду аукцион «Крейбл»? – переспросил Чарльз, явно удивленный.
– Ну да! Как видите, я не такая уж неотесанная, какой со стороны могу показаться.
– Я и не думал о вас подобным образом! – воскликнул Меррей. На мгновение он замолчал, и ей показалось, что хмурая тень мелькнула у него на лице. – Коли так, значит знакомы с мистером Уолмсом?
– Мистер Уолмс был моим начальником, – сдержанно произнесла она, неприятно задетая тем, что Меррею это имя известно.
– Правда? – вопросительно вскинул брови он, – Чувствую, вы не больно-то дружелюбно к нему настроены.
Она хотела было съязвить – «а вам-то какое дело», но смолчала. Что, если они знакомы накоротке – так сказать, два сапога – пара?.. Выручил официант, подавший горячее.
– А вот и наша солянка, – несколько наигранно воскликнула Гифорд, принимаясь орудовать вилкой. – Советую попробовать, пока не остыла.
На самом же деле у нее начисто пропал аппетит. Она представила себе, как скривится Уолмс, если Чарльз Меррей вздумает порасспросить того о бывшей сотруднице. Наверняка лениво пройдется по поводу ее старомодных взглядов насчет отношений между молоденькой подчиненной и шефом, оказывающим ей внимание!
– Из-за Уолмса вы и ушли? – неожиданно спросил Меррей в тот момент, когда у Даниэллы уже появилась надежда, что тема исчерпана.
Она неопределенно пожала плечами.
– Как раз тогда умерла моя бабушка. Оставила мне в наследство дом, в котором я живу сейчас, и некоторую сумму денег, – сказала Даниэлла, хотя и понимала, что это не совсем тот ответ, которого ожидал Меррей.
Тот отправил в рот последний кусочек мяса и с удовольствием перевел дух.
– Солянка превосходна!
Казалось, он в самом деле удовлетворен сведениями, которые Даниэлла посчитала нужным ему сообщить. Однако через секунду произнес:
– Мне просто было интересно, не бросил ли Уолмс свои штуки?.. У него, как бы поточнее сформулировать, довольно определенная репутация.
У нее расширились глаза от недоумения.
– Я думала, Уолмс ваш друг.
– Почему? Из-за того, что мы знакомы с ним? – Меррей усмехнулся. – Я знаю множество людей, Дани, но дружу далеко не со всеми.
Когда Меррей вот так запросто назвал ее Дани, она невольно вздрогнула, хотя нельзя сказать, чтобы ей это пришлось не по душе.
– Вам не понравилась солянка? – раздался рядом обеспокоенный голос официанта, заметившего, что клиентка почти не притронулась к еде.
– Да нет! Как всегда, очень вкусная, – виновато отозвалась Даниэлла. – Я не слишком голодна. Жара, наверное, действует...
– Боюсь, аппетит вы потеряли из-за меня, – тихо произнес Меррей, как только они остались опять одни. – Уверен, обычно вы едите побольше воробышка.
Она вопросительно подняла бровь.
– Это вежливый способ намекнуть, что я толстушка?
На секунду Меррей поверил в ее серьезность, но тут же понял: она поддразнивает его.
– На мой взгляд, вы сложены прекрасно! О такой фигуре многие женщины и мечтать не смеют.
Даниэлла почувствовала, как краска залила ее лицо, шею, и торопливо отпила прохладный глоток вина. Получить столь лестный комплимент от такого мужчины было приятно, да и сказал он это искренне, скорее даже чуть смущенно. Неужели в самом деле питает к ней какой-то интерес?.. Но даже если и так, подумала она, решительно стараясь избавиться от внезапного наваждения, было бы крайне неразумно увлечься Мерреем. Человек с таким положением... не для нее. Он способен принести лишь несчастье.
– А сейчас, – услышала Гифорд деловой голос Чарльза, – я хочу, чтобы мы поговорили о моем предложении. Как вы все-таки относитесь к идее открыть магазин в Эйлсбери?
Даниэлла попыталась собраться с мыслями.
– Ну, идея, в общем-то, неплохая, – промямлила она. Действительно, сейчас в «Умелец» поступило столько товара, что из-за тесноты помещения многим очень хорошим изделиям приходится ждать очереди, чтобы попасть из подсобки на прилавок. Открытие второго магазина могло бы исправить ситуацию. К тому же город крупнее, более посещаем туристами, а значит, и перспективнее для торговли... Правда, арендная плата там наверняка гораздо выше, чем здесь...
– Какой, по-вашему, должна быть площадь торгового зала и складских помещений? – совершенно серьезным тоном продолжил Меррей. – Каковы размеры «Умельца» сейчас?.. Я понимаю, что помещение в Эйлсбери должно быть значительно больше, иначе не имеет смысла переезжать туда.
Гифорд удивленно уставилась на Меррея.
– Вы сказали переезжать?!
Он тоже недоуменно взглянул на нее.
– Да, конечно!
– То есть, вы ожидаете, что я закрою магазин здесь, в Уотфорде?.. Я думала, речь идет об открытии второго магазина, о расширении торговли.
Меррей сжал губы.
– Разве я говорил о таком варианте?
– Вы спросили, не хотела бы я расширить свое дело? Как я должна была понимать ваши слова?
Чарльз вздохнул.
– Боюсь, вы неправильно истолковали. Открыть новый солидный магазин да еще в более перспективном городе... по-моему, это отличное предложение для... для...
– Для провинциальной лавочницы? – насмешливо уточнила Гифорд, с удовлетворением наблюдая, как покраснел Чарльз.
– Для любого человека, – возразил он. – Простите, если обидел вас или ввел в заблуждение. Поверьте, это не входило в мои намерения.
– А каковы они на самом деле, мистер Меррей? Какую выгоду мой переезд в Эйлсбери принесет лично вам?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
