– Кто, Дейв? – уточнил Чарльз, хотя заранее знал, о чем речь... Кто еще мог волновать сестру до такой степени, если не драгоценный супруг? Внезапно Чарльз понял: расстояние, разделившее его и Гифорд, вовсе не преграда, чтобы постоянно мысленно не возвращаться к Даниэлле, а тут еще напоминание Лиз!
– Знаешь, он снова ездил к ней в прошлый четверг, – понизив голос, сказала сестра, намекая, что провинившийся муж находится дома. – Они весь вечер провели в пригородном ресторане «Фортуна».
Меррей задохнулся, будто получил удар в солнечное сплетение.
– Ты что, ясновидящая?.. Откуда тебе это известно?
– Я нашла в кармане Дэйва счет, – обиженно произнесла она. – Ты должен сделать что-нибудь, иначе я с ума сойду...
Приступ отчаяния охватил его.
– Лиз, в прошлом уже бывали подобные ситуации, но мое вмешательство ничего хорошего не приносило, – напомнил он.
– Значит, ты палец о палец не желаешь ударить, чтобы выдворить ее из Уотфорда? – Голос сестры дрожал, видно ей с трудом удавалось бороться со слезами. – Кроме тебя, никто не может мне помочь.
Чарльз едва не застонал.
– Послушай, дорогая...
– Признайся, ты даже не попытался поговорить с этой женщиной, хоть и обещал... Найди же наконец время оказать мне эту маленькую услугу!
– Чего ты ждешь от меня?– обреченно спросил Чарльз.
– Делай, что хочешь, только бы лишить их возможности видеться! Предложи этой проходимке денег, в конце концов! Я больше чем уверена, она занялась Дейвом с определенной целью: он ведь представляет в Уотфорде твою компанию!
Правда, сама Гифорд об этом не догадывается, подумал про себя Меррей. Он представил, как она прореагирует, если предложить ей отступного. Судя по характеру, существуй связь между нею и Дейвом, Даниэлла не из тех, кто предает... Она и так уже насторожилась, получив предложение переехать в другой город. – Ладно, я попытаюсь что-нибудь сделать, – задумчиво произнес Чарльз.
Подспудно он осознавал опасность увязнуть в этом деле, поскольку Даниэлле каким-то образом удалось задеть тайные струны его души. Слишком уж часто он вспоминал, как переменчиво вспыхивает ее лицо то явным смущением, то настороженностью. В ней было что-то девичье и незащищенное: доверчивое, милое и одновременно забавно воинственное. И притом – полное отсутствие кокетства, с которым обычно ведут разведку боем записные красавицы, вызывавшие в нем презрение. Как же мог Чарльз презирать Дейва за увлечение этой молодой женщиной, если и сам не прочь приударить?..
Разница заключалась лишь в том, что Меррей не был женат и потому хотя бы мог не испытывать угрызений совести. И все-таки он решил сегодня же позвонить Анне, с которой давно не виделся. Ночь, проведенная в ее постели, не оставит и следа от жаркого трепета, наполняющего его тело при одной мысли о Даниэлле Гифорд.
– Может, ты заедешь к маме, когда будешь возвращаться из Уотфорда? Она обрадуется, если мы оба появимся там. Свинство, что мы редко видимся.
– Поцелуй ее за меня, – ответил Чарльз. – Возможно, я заскочу, хотя и не обещаю.
– Хорошо. – Лиз решила не давить на брата слишком сильно. – Ты уж постарайся.
– До свидания, – без энтузиазма попрощался Чарльз и повесил трубку.
Только на следующий день Чарльз собрался отправится в Уотфорд. Отказавшись от услуг Гленна, Меррей решил, что сам поведет машину.
– Напрасно вы не берете меня с собой! – обеспокоено заметил Лэрд. – Или история с покушением ничему вас не научила?.. Вы же дали слово никогда и никуда без меня не ездить! Береженого Бог бережет!
– Успокойся! Барт Рэнд давно за решеткой. И вообще, он по глупости пошел на такой шаг. Будь у него в школе получше с арифметикой, быстро бы сосчитал, сколько получит за свой мотель, если не будет цепляться за бросовую землю, на которой его построил.
– Все равно... Меррей вздохнул.
– Брось. Мне не нужна излишняя опека. Во всяком случае, не сегодня.
Похоже, сказанное не убедило Гленна. С того дня, когда Барт Рэнд пытался угрожать Меррею пистолетом, шофер-телохранитель везде и всегда сопровождал своего хозяина. На этот раз, однако, ему пришлось уступить.
Маленький спортивный автомобиль уверенно преодолевал расстояние между Лондоном и Уотфордом. Меррей был отличным водителем, но сейчас ясно проявлял неосторожность, во всяком случае ему следовало бы сосредоточиться, а он не мог. Предстоящая встреча с Даниэллой Гифорд приводила его в возбуждение.
Вчера он ужинал с Анной, втайне надеясь выбросить из головы все мысли о своей новой знакомой. Анна была обворожительна, как всегда, однако Чарльз не остался ночевать, чем откровенно ее удивил. Отговорки Меррея, ссылавшегося на позднее время и накопившуюся за последние дни усталость, явно не убеждали, и она сама обвила его шею руками и пылко прильнула к его губам. И тут он впервые в жизни неожиданно почувствовал, что не способен одарить женщину тем, чего та страстно желает.
Боже, какое унижение испытал Чарльз в эту минуту! С того самого дня, когда одна из горничных в отцовском доме соблазнила его, совсем еще мальчишку, у Меррея не было проблем в интимной сфере. Он втайне гордился тем, что умело доставлял наслаждение своим избранницам, которых, если бы захотел, было бы куда больше. Но его сердце довольно быстро завоевала девушка, чувство к которой Чарльз принял за любовь. Соединившись в браке, они скоро поняли, что оба ошиблись. С тех пор он научился различать зов сердца и плоти, хотя и в чисто сексуальных отношениях был предельно разборчив. Анна всегда сразу зажигала его, а вчера его словно подменили... Она попрощалась с ним прохладно, даже намекнула – не завел ли он себе другую женщину.
Оправдываться Чарльз не стал. В реальности другой женщины не существовало. Но правда заключалась в том, что образ Даниэллы неотступно преследовал его.
Вот и сейчас, выжимая из автомобиля предельную скорость, он с трудом сдерживал свое разгулявшееся воображение. И стоило ему только представить ее обнаженной, вернее даже то, как он расстегивает пуговки черного трикотажного сарафана, спускает с плеч бретельки и приникает к тяжелой упругой груди, как сразу ощутил горячий прилив внизу живота и свою враз напрягшуюся плоть. Это наваждение было сладостно-мучительным и неодолимым.
Кого ты пытаешься обмануть, спросил себя Чарльз. Ты хочешь ее! И тебе не будет ни минуты покоя, пока ты ее не получишь!..
Чтобы справиться с собой, ему пришлось притормозить и остановить машину у обочины. Несколько минут он сидел недвижно, опустив голову на руль.
В Уотфорде Меррей оставил свой «порше» на стоянке. Заплатил контролеру, получил квитанцию, закрепил на лобовом стекле, потом направился к магазину «Умелец». Остановился ярдах в двенадцати, чтобы спокойно осмотреться, не привлекая к себе внимания, даже решил зайти в соседний бар и выпить кружку пива перед встречей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
