– Потому что у тебя есть этот парень, твой приятель?
– Я не собираюсь больше отвечать на ваши вопросы. Уйдите, пожалуйста!
– Если бы ты была безразлична к любовным играм, разве вступила бы в близкие отношения с неким Дейвом?– усмехнулся Чарльз.
– Как вы смеете! Вы ничего не знаете ни обо мне, ни о Дейве!
– Но ты же сама сказала, что он твой приятель, – спокойно напомнил Меррей.
– Еще я сказала, чтобы вы ушли! – Голос Даниэллы дрогнул. – Нечестно извлекать преимущества из своего положения.
– А какое у меня положение? – снова усмехнулся он, нежно поглаживая впадинку у ее горла с таким видом, будто в данную минуту его больше ничего на свете не интересовало. – Вы очень чувственная женщина, мисс Гифорд. Дейв когда-нибудь говорил вам об этом?
Она прерывисто вздохнула.
– Не вмешивайте его, ради Бога...
– Не буду... Если и ты на некоторое время забудешь о нем, – тихо добавил Чарльз, медленно наклоняясь к ней. В следующее мгновение он горячо прильнул к ее губам...
Глава 8
Еще в прошлый раз, легонько целуя ее на прощание, Чарльз знал, что начинает опасную игру, хотя тот первый поцелуй был совершенно невинным, просто светским и ни капли его не взволновал... Ну почти не взволновал.
Сейчас все было по-другому. Он понял это сразу, как только губы Даниэллы беспомощно дрогнули под его напором. Неизвестно, какие отношения у нее были с Дейвом, но, судя по всему, она вовсе не прожженная искусительница, какой ее пыталась представить Лиз. Чарльз буквально захмелел, впитывая сладкую влагу сочного рта, который та отчаянно сжимала, при этом с силой упираясь кулачками ему в грудь.
Но разве мог он отпустить ее? Ему нестерпимо хотелось, чтобы ее губы податливо раскрылись, язык коснулся языка и она ответила бы ему со всей страстью, на которую способна.
– Ну же, Дани, – хрипло прошептал он, беря ее лицо в свои ладони. – Перестань сопротивляться... Мы же не дети...
Совесть подсказывала отпустить Даниэллу, однако оставить ее в покое оказалось невозможным. Я же не собираюсь причинять ей зла, оправдывал себя Чарльз. Ему лишь хотелось убедиться, насколько умелой в известном смысле она была, иначе не понять, что притягивало к ней Дейва.
Но, кажется, загадка начала потихоньку проясняться. Даниэлла обладала необычайной женственностью в повадке, движениях. Стройное, гибкое тело таило скрытый темперамент. Его обдало жаром, когда он коснулся прекрасно развитой, налитой груди, распиравшей тонкую ткань блузки.
Погрузив пальцы в густые волосы, Чарльз в страстном порыве принялся покрывать поцелуями ее лоб, щеки, губы, стараясь не смотреть в изумленные, чуть раскосые, трогательно беспомощные карие глаза. Он вдруг отметил, что сопротивление Даниэллы ослабевает. Она медленно прикрыла веки, будто не в силах вынести стыда поражения. Затем, словно против собственной воли, потянулась к нему, и он почувствовал упругость женской груди, прильнувшей к нему.
В это мгновение произошло нечто невероятное. Никогда еще в его теле мгновенно не возникало столь острое сексуальное желание. Ему захотелось стиснуть Даниэллу как можно крепче и уткнуться лицом в ложбинку между соблазнительными полушариями. Возбуждение было почти болезненным, если не сказать безумным. Сквозь легкий запах духов он улавливал ни с чем несравнимый аромат кожи. Все чувства Чарльза раскрылись навстречу потаенному призыву, каждая клеточка его тела вожделенно затрепетала.
Он не знал, хотела она того или ей просто нужно было перевести дух, но не стал медлить, когда ее губы раскрылись: скользнул языком между зубами во влажную глубину рта и чуть не застонал – так пронзительно оказалось это ощущение. Повинуясь неудержимому влечению, Чарльз крепче стиснул Даниэллу в своих объятиях.
Она была довольно высокой, но в тот момент показалась совсем маленькой и хрупкой, вызывающей потребность защитить, приголубить... И он понял: ему нести ответственность за все, что может здесь произойти.
Впрочем, сознание Меррея туманилось страстью, физическое желание преобладало над всеми остальными чувствами. Женщина, о которой он не переставал думать с первой минуты знакомства, сейчас находилась в его власти. О большем не приходилось и мечтать.
Она уже не сопротивлялась, поцелуй поглотил всю ее, заставив даже тихонько постанывать. Когда его руки оказались на ее крутых бедрах и он с силой прижал их к своей туго напрягшейся плоти, она вообще потеряла способность думать. Само естество властно заговорило в ней, пальцы сами потянулись к распахнутой на груди Чарльза рубашке и начали перебирать завитки упругих волос, по-кошачьи царапая ноготками кожу.
– Боже! – хрипло простонал он.
Она почти властно обвила руками ему шею. Его бросило в жар; от нестерпимого желания закружилась голова, перед глазами все поплыло... Не в силах сдерживаться, Чарльз расстегнул несколько пуговиц блузки, обнажив ей грудь, вздымавшуюся при каждом вздохе.
– Как ты прекрасна! – восхищенно выдохнул он. – Ты само совершенство.
– Чарли... – умоляюще произнесла она. – Не надо, Чарли.
Но эти слова выражали не столько протест, сколько ее борьбу с самой собой. Чарльз понял, что несмотря на страстное желание, которое он пробудил в ней, Даниэлла страшится отдаться во власть едва знакомого ей мужчины.
– Дани! – страстно зашептал он. – Глупышка... – Чарльз задыхался, кровь бешено стучала в висках. Губами приникнув к тугим соскам, прячущимся в кружевах лифчика, он осторожно стал сжимать и покусывать их. Конвульсивная дрожь была ему ответом. Впервые в жизни Меррей встретил такую потрясающе чувственную женщину. Ее тело бурно реагировало на каждую его ласку, каждое прикосновение.
– О-о-о Боже! О-о Господи Боже мой!.. – возбужденно вскрикивала она.
Может, Даниэлла впервые испытывает подобное, если пришла в такой восторг? Может, Дейв был не так уж хорош в постели? – не без злорадства подумал Чарльз, мгновенно вспомнив причину, которая привела его сюда. Впрочем, меньше всего Меррею сейчас хотелось предаваться размышлениям о том, что зять уже насладился прелестями Даниэллы. Пожалуй, именно желание уйти от этой мысли и заставило его с силой рвануть ее блузку. Пуговицы оторвались и с треском разлетелись в стороны.
Неожиданный поступок Чарльза потряс Даниэллу. Разгоряченная кровь как будто сразу остыла, мгновенно заставив ее отстраниться и повернуться к нему спиной.
– Прошу тебя, уйди, – умоляюще произнесла она.
– Ты что, шутишь?! – едва выдохнул Чарльз, обнимая ее сзади и притягивая к себе. При этом он нежно чуть касался языком ее полуобнаженной спины, потом краешка уха, шеи. – Не может быть, чтобы ты на самом деле этого хотела...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
