Кейтлин приветственно подняла руку.
– Мяу!
Фримонт ахнул.
– Ты что, кошка?
– В данный момент нет, – Кейтлин усмехнулась. – Отсутствие меха – главная улика.
Взгляд Фримонта скользнул вниз, потом снова поднялся.
– Но ты же беременна.
Все еще улыбаясь, она похлопала себя по большому животу.
– Близнецы.
Он сглотнул и перевел взгляд на Тони.
– А ты кто?
– Самое удивительное существо на планете, – ответила она с кривой усмешкой. – Человеческая женщина.
– Вот так, девочка, – Лара дала ей пять.
Фримонт недоверчиво взглянул на Финеаса.
– Твоя жизнь становится все более и более странной.
Дверь распахнулась, и в комнату вошла группа служащих Бюро. Йен МакФи и Джек ди Венеция придвинули стулья, чтобы втиснуться рядом с женами.
– Еще один кот? – прошептала Фримонт, когда Карлос Пантерра сел рядом с Кейтлин.
Финеас кивнул.
– А тот, кто занял стул рядом с тобой – вервольф.
Фримонт настороженно взглянул на Фила, который одарил его волчьей ухмылкой.
Эмма МакКей положила на стол бумажник Финеаса и сотовый телефон и подвинула их к нему.
– Они были у одного из смертных пленников.
Он сунул их в карман.
– Спасибо.
Эмма присела.
– Ангус скоро будет здесь, чтобы начать совещание. Говард и Джей Эл все еще в доме Корки, прочесывают его в поисках улик. Робби и Оливия занимаются смертными. Раджив в офисе службы безопасности, следит за всем, и мы оставили Михаила и Остина в серебряной комнате охранять Недовольных.
Джек усмехнулся.
– Они его больше всего бесят. Дмитрий ненавидит Михаила за то, что русский на нашей стороне, а Остина за то, что он невосприимчив к вампирскому контролю сознания.
– Я хочу, чтобы вы позволили мне поговорить с ним, – в комнату вошел незнакомец, говоривший с сильным русским акцентом. – Я бы его по-настоящему разозлил.
– Привет, Стэн, – Финеас стукнул его кулаком, когда бывший Недовольный прошел мимо.
– Прости, Станислав, – сказала Эмма. – Но мы не можем позволить никому из Недовольных узнать, что ты здесь, не с той наградой, которую они назначили за твою голову.
Стэн кивнул и сел рядом с Финеасом.
– Спасибо за то, что ты сказал на интервью. Может быть, теперь мои старые друзья не будут так рваться меня убить.
– Мне понравилось твое интервью, – губы Йена дернулись. – Особенно насчет того, что Ангус – богатый старый пердун.
Все засмеялись, включая Эмму.
– А потом ты послал его к черту, – продолжал Йен. – Как ты его назвал?
– Старым говнюком, – смех резко оборвался при звуке строгого голоса Ангуса. Он стоял в дверях, скрестив руки на груди и сердито глядя на Финеаса.
Фримонт сглотнул и обеспокоенно посмотрел на Финеаса.
– Я пытался выглядеть убедительно, – сказал Финеас.
Ангус продолжал пристально смотреть на него.
– Все это было притворством, – добавил Финеас.
Ангус шагнул к нему, ухмыльнулся и хлопнул по спине.
– Я просто играл с тобой, парень. Ты очень хорошо справился. Ты привел нас прямо к нашей цели.
Финеас поморщился.
– Но она все равно сбежала.
Фримонт вскочил на ноги.
– Это была моя вина, сэр. Я прошу прощения.
Ангус повернулся и с любопытством посмотрел на него.
– Ты брат Финеаса? Фримонт, не так ли?
– Да, сэр, – он расправил плечи. – Это я виноват, что Корки сбежала.
– Нет... – начал Финеас.
– Почему ты так говоришь? – прервал его Ангус, сосредоточившись на Фримонте.
– Брат велел мне затаиться, а я не стал...
– Почему? – спросил Ангус.
Фримонт взглянул на Финеаса.
– Я не мог позволить ему одному идти навстречу опасности.
– О, так ты очень предан своему брату? – Ангус прищурился. – Ты будешь также предан его друзьям?
Фримонт кивнул.
– Да, сэр.
Ангус положил руку ему на плечо.
– Не вини себя в том, что случилось. Поймать вампира – задача не из легких. Нам потребовались годы, чтобы догнать Казимира. Мы возьмем и Корки.
– Да, сэр, – Фримонт с облегчением откинулся на спинку стула.
– А теперь давайте приступим к обсуждению, – Ангус подошел к столу и ухватился за спинку стула. – Пока что Дмитрий ничего нам не сказал.
Джек пожал плечами.
– Он сделает это, как только достаточно проголодается.
– Да, – согласился Ангус. – Но мы не узнаем, говорит ли он нам правду. Умение Оливии распознавать ложь действует только на смертных. Она убедилась, что двое наших смертных пленников говорят правду. Они не знают ничего, кроме той чепухи, в которую их запрограммировали верить. Они любят королеву Корки и хотят умереть за нее.
– Что же нам тогда с ними делать? – спросила Тони.
– Робби сотрет их воспоминания, и мы вернем их домой, – ответил Ангус. – Надеюсь, они смогут вернуться к нормальной жизни.
– Значит, мы понятия не имеем, куда могла телепортироваться Корки? – спросил Финеас.
Ангус забарабанил пальцами по спинке стула.
– Мы можем сделать неплохое предположение. Недовольные, с которыми мы столкнулись на первом этаже, телепортировались, когда поняли, что их превосходят числом. Но мы слышали, как они разговаривали друг с другом, и язык был похож на венгерский. И конечно, Дмитрий – русский.
Йен откинулся на спинку стула.
– Большинство Недовольных – из восточной Европы или русские.
– Да, – кивнул Ангус. – Что касается местонахождения Корки, поскольку Роман выдал ордер на ее арест здесь, в Штатах, я не думаю, что она останется тут. Она объявила себя королевой Недовольных, так что я думаю, что она будет искать убежища у них. Она родом из Англии, так что, вероятно, телепортировалась туда, а затем планирует перебраться в восточную Европу или Россию, когда там стемнеет.
Все пробормотали свое согласие.
– Мы организуем три поисковые группы, работающие на трех разных базах, – продолжил Ангус. – Одна в Москве, в доме Михаила; другая в Будапеште, в доме Золтана; и последняя в доме Станислава в Минске. Мы с Эммой будем руководить группой в Москве, Робби и Стэн – в Минске, а Джек и Лара будут помогать Золтану в Будапеште. Мы не ожидаем никаких неприятностей в школе, поэтому Йен и Карлос, я прошу прощения за то, что разлучаю вас с вашими женами, когда они ждут детей, но нам нужны все свободные мужчины, чтобы помочь с поисками.
Карлос тронул жену за плечо.
– Кейтлин должна родить примерно через две недели.
– Мы перенесем тебя через неделю или раньше, если понадобится, – заверила его Эмма.
Ангус назначил всех, убедившись, что у каждой команды есть по крайней мере два дневных охранника. Оливия, Тони и Кейтлин, три беременные женщины, останутся охранять Академию Драконьего гнезда, что довольно легко, поскольку никто из Недовольных даже не знал о существовании школы.
– Финеас, ты останешься здесь, в Роматек, и будешь отвечать за безопасность, – объявил Ангус.
– Но я думал, что тебе нужны все доступные...
– Я должен оставить здесь кого-то ответственного, и я доверяю тебе, – сказал Ангус.
Финеас вздохнул. Ему хотелось бы увидеть какие-нибудь далекие места, но он знал, что другие ребята лучше подходят для поисков. Джек умел говорить по-чешски и по-итальянски. Остин знал несколько славянских языков. Робби и Ангус знали французский и русский.
– Хорошо, я останусь здесь.
– Это очень важная работа, – напомнила ему Эмма. – Наша попытка схватить Корки вызовет гнев немногих оставшихся Недовольных здесь, в Штатах, а ты знаешь, что Роматек – одно из их любимых мест для нападения. Нам также нужно, чтобы ты охранял Романа.
Финеас кивнул.
– Я понимаю.
Ангус улыбнулся.
– И раз уж ты будешь здесь, то можешь начать обучение своего брата. То есть, если он заинтересован работать на нас.
– Да, сэр! – Фримонт выпрямился. – Финеас будет хорошо меня тренировать. Я буду жестким. Хард-кор.
Ангус кивнул, его улыбка стала шире.
– Я в этом не сомневаюсь. Добро пожаловать в Бюро безопасности и расследований МакКея.
