же его завершил? Вертолетчики! Наши пока молчат, как и я».
Но долго над этим вопросом ему размышлять не пришлось. «Крокодилы» вдруг сделали разворот и пошли прямо на них.
– Спрятаться за камни! – приказал Федор своим бойцам. – Хоть бы не по нам дали!
Вертолеты быстро достигли дороги и открыли пулеметный огонь по цели, расположенной намного ниже их. Федор понял, что они указывают ему расположение противника. Но вылезти из укрытия и посмотреть, где они находятся, было не менее опасно, чем выйти на дорогу, по которой на тебя с огромной скоростью несется тяжелый грузовик.
Эти летчики были не только крутыми профессионалами, но и самыми настоящими сумасшедшими, которым все страхи нипочем. Они прошли вдоль самой кромки скальной поверхности, на которой залегли солдаты Москалева, чуть ли не брея ее своими винтами. Создавалось такое впечатление, что если бы кто-то из них приподнял голову, то она тут же превратилась бы в мелкий фарш, растворившийся в горном воздухе.
Федор еле удержал свою панаму, которая от бури, поднятой вертолетом, хотела превратиться в испуганную птицу и сорваться в небеса.
– Похоже, мы пришли на обед, где уже все съедено, – протирая глаза, сказал Москалев.
Но на самом деле он так не думал. Горы – это та театральная сцена, на которой может быть развешено множество занавесов. Так говорил когда-то на лекции их преподаватель. Теперь Москалев вполне мог согласиться с ним и добавить, что любой из этих занавесов способен открыться в любой миг, совершенно неожиданно. Здесь невозможно определить, что тебя ждет в любую наступающую секунду. Точно так же дело обстояло и сейчас.
Москалев всматривался в низину, распластавшуюся перед ним. Часть ее была покрыта черным дымом, а другая – маревом воздуха, кипящего от жаркого солнца. Старший лейтенант пытался найти там хоть какие-то точки, движущиеся или издающие звуки.
– Похоже, колонна из Кабула идет! – сказал вдруг Скриталев.
Федор глянул в бинокль и тоже увидел эту колонну, движущуюся в полукилометре от горящих машин и поднимающую за собой серую пыль. Только она шла не по дороге, а сбоку от нее, на большой скорости.
– Готовься! – тихо скомандовал Москалев. – Внимание!
Единственное, что могло отвлекать внимание бойцов, так это удаляющийся рокот вертолетов. Но об их присутствии забывать было никак нельзя. «Крокодилы» могли вернуться в любое время, еще разок проутюжить своими длинными носами скальную поверхность, уничтожить на ней все живое.
– За нами духи, – вдруг прошептал Скриталев.
Москалев резко обернулся и стал всматриваться, искать тех людей, о которых говорил сержант.
– Правее, в метрах пятидесяти. Видите, под самой скалой появляются.
– Не наши ли это? – спросил Москалев, когда наконец-то заметил какое-то движение в камнях.
– Так они уходят вверх.
– Думаешь? Тихо, ребята, готовимся. – Старший лейтенант развернулся к тем самым камням, направил на них ствол автомата, продолжал всматриваться. – Да, человек десять.
– Похоже на то, – согласился с ним Скриталев.
– Вот, значит, где их тропка, – сказал Москалев и легонько присвистнул. – К скале прижаться! А то будет им все видно, прямо как в тире. Ползком вперед! Быстрее! – чуть громче сказал он и заелозил по твердому камню к горной стене.
Когда бойцы добрались до нее и замерли, старший лейтенант дал им команду внимательно изучать обстановку, осматриваясь по сторонам. Ведь вполне могло статься и так, что они сейчас находились на душманской тропке, рядом с ней или чуть поодаль. Эти ребята имеют огромный опыт передвижения в горах. Они здесь рождаются, живут и воюют тысячи лет.
– Кофур, иди вперед, осмотри местность и тропку, по которой они пошли. Гога, контролируй его! – приказал Федор снайперу. – Только без шума!
Все снова погрузилось в тишину. Ее нарушал только дальний рокот еле видных «крокодилов». Но даже в данный момент они были не менее опасными для бойцов, как и сами душманы.
Через несколько минут Федор не выдержал, чуть приподнялся, перебежал к Ниязову и стал изучать обстановку. Тропка, если так было можно назвать то место, по которому поднимались душманы, представляла из себя почти вертикальный обрыв, чем-то напоминающий физкультурную шведскую стенку. Только вместо деревянных перекладин она состояла из каменных сколов, позволяющих за них хвататься, ступать по ним ногами. Но, к счастью или несчастью, ее просматриваемая высота была небольшой, метров сорок, от силы пятьдесят. Душманы преодолели их очень быстро, не дали бойцам Москалева остановить себя.
Ниязов увидел отмашку своего командира и стал подниматься вверх быстро и совершенно бесшумно, прямо как заправский скалолаз. Федор провожал его взглядом, слушал тишину и осматривался по сторонам. Он ожидал беды, которая вполне могла произойти в эти медленно тянущиеся секунды.
Старший лейтенант поднял голову, с трудом нашел взглядом Кофура, тут же резко обернулся назад и притаился. Ему что-то показалось, или же под ним действительно кто-то шумел. Федор отполз в сторону, и у него екнуло сердце, когда он увидел дыру в камнях, на которых только что лежал. Теперь она находилась в метрах пяти от него.
Да, кто-то действительно шумел, лез в ее чреве. Только сейчас старший лейтенант увидел кусочек каната, привязанного к камню, и догадался, что перед ним и есть кяриз – подземный ход. Он сжался всем телом, достал из-за пояса нож и ждал.
Из кяриза высунулась рука с винтовкой. Федор сразу узнал ее. Это был бур, старое английское оружие, появившееся на свет чуть позже русской трехлинейки.
Федор приготовился к броску, легко сдавил рукоять ножа.
Сперва из дыры высунулась чалма, а потом и голова, заросшая длинной серой, как скальные камни, бородой. Человек замер на несколько секунд, осматриваясь по сторонам. Потом мужчина в толстой рубахе землистого цвета быстро вылез наружу, схватил винтовку и побежал в сторону той самой скалы, по которой с минуту-полторы назад поднимался Ниязов.
Федор ждал, пока он доберется до стены, прислушивался, не зашумит ли еще кто-то в подземном проходе. Когда душман оказался на месте, старший лейтенант метнул в него нож и отметил, что тот достиг цели, воткнулся между лопатками мужчины. Тот от неожиданной резкой боли раскинул руки в стороны и упал на спину. Лезвие ножа полностью вошло в его тело.
Федор не смотрел на врага, корчащегося на камнях в предсмертных судорогах. Он приблизился к кяризу и стал прислушиваться. Под землей было тихо. Не было никаких движений и по сторонам, как ему жестами сообщил сержант Скриталев. Командир взвода поднял глаза и тут же увидел Ниязова, показывавшего ему рукой, что можно подниматься за ним.
Тохиру Мансурову, подползшему к нему, он приказал оставаться у кяриза.
– Если кто полезет, дай ему полностью выбраться и только потом бей.
