Мгновением позже из отверстия туннеля появилось черное лицо. Эбеновая кожа незнакомого дроу сливалась с темнотой туннеля позади, как и черная маска, скрывающая нижнюю часть лица, — символ жреца Варауна, — но белые волосы и слабо светящиеся красным глаза резко выделялись на нем. Дроу пристально смотрел вверх, туда, где парил Рилд. Ожидать в расселине засаду было вполне естественно.
Рилд медленно просунул палец в спусковую скобу арбалета, привязанного ремешком к запястью, но жрец не показывался настолько, чтобы можно было как следует прицелиться.
Быстро оглядев верхнюю часть расселины, жрец перенес свое внимание вниз. Вытащив из кармана волшебного плаща раздвоенный обломок кости, он зажал ее концы между большими и указательными пальцами обеих рук, держа над расселиной, потом произнес слова заклинания. Кость вспыхнула неярким пурпурным светом. Мгновение спустя огоньки слились воедино на острие V-образной кости, потом от него отделилась потрескивающая пурпурная искра. Искорка начала подниматься кверху, потом поколебалась и поплыла неспешно и плавно вниз. Она остановилась перед туннелем, из которого недавно выбрался Рилд, мигнула и погасла.
Жрец обернулся и сделал знак кому-то, стоявшему позади него в туннеле:
— Они ушли туда.
Подозрения Рилда подтвердились. Жрец был из Дома Джэлр и намеревался отомстить за смерть своего верховного жреца.
Рилд беззвучно наблюдал, как спускаются клирик и двое до зубов вооруженных мужчин. Жрец и один из воинов шагнули из туннеля и при помощи магии поплыли вниз, но второму воину пришлось лезть по узкой расселине, упираясь спиной в одну стену, руками и ногами — в другую. Тактически это был самый подходящий для Рилда момент атаковать — или скрыться, поскольку ворчание и сопение, издаваемые лезущим по стене, заглушили бы шум от его проникновения в туннель, который они только что покинули.
Рилду не было дела до Квентл Бэнр. Он сопровождал ее потому, что получил такой приказ. Вейлас в бою мог сам о себе позаботиться, а Данифай была из другого города и не интересовала Рилда. Но Фарон, хоть и был могущественным магом, сражался сейчас с демоном. Он станет легкой добычей для этих троих…
Распахнув пивафви, Рилд выстрелил в жреца из арбалета. Крохотный болт угодил дроу в щеку, прочертив на ней красную бороздку. Едва сильнодействующий яд на острие стрелы попал в кровоток, маг обмяк в полете и вынужден был ухватиться за край одного из туннелей, поскольку магия левитации покинула его. Он заполз в устье туннеля и, дрожа, растянулся на каменном полу, губы его двигались, шепча молитву.
Рилд коснулся своей броши и камнем полетел вниз. По пути он извернулся, одновременно выхватив короткий меч и, пролетая мимо, ударив ногой лезущего вниз по расселине дроу. Мужчина, упирающийся руками и ногами в стену, не мог поделать ничего, кроме как зажмуриться перед ударом, нацеленным ему в лицо. Пинок отшвырнул его голову назад, и она с громким треском врезалась в стену.
Мгновением позже его бесчувственное тело полетело вслед за Рилдом.
Оттолкнувшись от стены, Рилд во второй раз активировал магию броши, замедляя свое падение. Лишившийся чувств дроу пролетел мимо и глухо грохнулся об пол далеко внизу; донесся треск ломающихся костей. Левитирующий воин в то же мгновение выхватил свое оружие — шипастую булаву.
Рилд налетел на него сверху, с коротким мечом наготове. Его противник выкрикнул что-то — какую-то команду, — и шар его булавы вспыхнул ярким магическим светом. Ослепленный внезапной вспышкой, Рилд инстинктивно увернулся — и услышал, как булава нанесла сокрушительный удар по стене рядом с его головой. Он еще раз ударил ногой, но на этот раз промахнулся. Противник привык сражаться при солнечном свете и легко уклонился в сторону.
Выругавшись, Рилд призвал магическую тьму, заполнившую расселину. Ни один из них ничего не видел, так что обоим приходилось напряженно вслушиваться сквозь молитвы жреца, не донесется ли малейший шорох одежды и оружия, в надежде обнаружить противника.
Движение воздуха предупредило Рилда о новом взмахе булавы. Он отчаянно отпрянул и, не желая того, пролетел немного вниз, поскольку действие его магии левитации прервалось. Правой рукой он задел за стену расселины, и мгновением позже булава обрушилась на его локоть, и рука онемела до самых кончиков пальцев. Он попытался взмахнуть мечом, но тот выскользнул из ладони.
Булава ударила снова, угодив ему в живот. Нагрудник Рилда защитил его от шипов, но, несмотря на это, боль от удара заставила его замычать. Его противник оказался опытнее, чем он ожидал.
Рилд услышал, как его короткий меч лязгнул о дно расселины, далеко внизу. Тем временем молитва жреца от шепота возвысилась до монотонного речитатива. Должно быть, он воспользовался своей магией, чтобы нейтрализовать действие яда, а это означало, что Рилду вскоре придется противостоять сразу двум угрозам. В тесной расселине большой меч, висящий у него за спиной, был бесполезен. Он не сумеет воспользоваться Дровоколом. Это означало ближний бой. Очень ближний.
Оттолкнувшись ногами от стены, Рилд полетел горизонтально на звук дыхания своего врага. Пальцы его скользнули по кольчуге, но тут он услышал свист булавы. Он извернулся, но оружие задело его по плечу. Спасло Рилда кольцо в форме дракона на пальце — знак Мастера Мили-Магтира, — поскольку его магия делала кожу и плоть прочной, как у дракона. Шипы булавы погнулись от удара, и оружие отскочило.
Рилд тем временем впился пальцами в тело противника, давя на болевые точки. Мужчина рычал, хватал ртом воздух — потом издал громкий булькающий хрип, когда Рилд добрался до его горла и сломал трахею. Обмякнув, противник тоже полетел вниз.
Должно быть, они потеряли высоту во время схватки. Рилд вынырнул из магической тьмы и снова мог видеть. И жрец тоже увидел его.
Взмолясь своему богу, он сорвал с лица маску и запустил ею в Рилда. Мастер Оружия петлял и нырял, но маска преследовала его с проворством атакующей летучей мыши. Она шлепнулась ему на лицо и плотно приклеилась к носу и рту с влажным чмокающим звуком.
Рилд попытался сорвать маску, но она прилипла к коже, точно плесень к камню. Лишенный возможности дышать — с первым же вдохом яд, которым была пропитана маска, проник бы глубоко в его легкие, — Рилд сделал единственное, что мог. Он дотронулся до броши и полетел вниз. Каким-то образом он сумел удержаться от вдоха и уцепился за уступ, на котором стоял жрец. Продолжая задерживать дыхание, Рилд подтянулся, чтобы лицо оказалось на высоте уступа, потом взмахнул ногами, совершая грациозный прыжок. Дисциплинированность разума, которой обучили его мастера Мили-Магтира, придавала ему сил, когда он бросился на потрясенного жреца, выставив перед собой руки, готовый нанести удар. Перед глазами его плясали черные искры, он находился на пределе того, на что было способно его тело без воздуха, — и он превзошел эти пределы, продолжая свой стремительный бросок.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
