Маг, красные глаза которого округлились от страха, отпрянул, уворачиваясь от Рилда. Потом нервы его не выдержали, он повернулся и побежал, вопя слова молитвы. Прямо перед ним в воздухе повис круг тьмы, и он ринулся в него. И исчез.
В следующий же миг маска с лица Рилда исчезла тоже. Снова получив возможность дышать, он, дрожа, втянул воздух и привалился к стене. На данный момент все было в порядке. Жрец исчез, унесенный своей магией, а два воина Дома Джэлр, сопровождавшие его, мертвы. Даже если маг отыщет Фарона и остальных, Рилд изрядно уравнял их шансы. В то же время два мертвых тела придадут правдоподобия его отговорке, будто он вернулся посмотреть, кто преследует их. Если остальные придут сюда, они обнаружат мертвых воинов, сумеют определить по следам, что был еще и третий, и решат, когда Рилд исчезнет, что его захватили в плен и утащили в крепость Минауф. Отлично.
Вновь шагнув в расселину, Рилд левитировал вниз, подобрать оброненный меч. Тела двух убитых им воинов бесформенной грудой валялись на дне.
Меч Рилда застрял между ними.
Отпихнув в сторону верхний труп, он потянулся за оружием — и задохнулся, увидев пару кожаных перчаток, выпавших из разорванного кармана воина. Он мгновенно узнал их по эмблеме Дома Меларн, вытисненной на широких манжетах.
Это были перчатки Халисстры, и их мягкую кожу покрывала засохшая кровь.
Ужас обдал Рилда, словно ледяной поток. Значит ли это, что Халисстра убита? Если так, самое разумное, что он может сделать, — это вернуться к остальным, при условии, что к тому времени они не станут добычей демона, и отказаться от безрассудной мысли остаться на поверхности. В любом случае это была всецело идея Халисстры. Если она мертва, ему нет смысла продолжать дело в одиночку.
Но если не мертва…
Рилд тряхнул головой, злясь на себя самого. Он ничего не должен Халисстре, сказал он себе. Последовать за ней было просто безумием.
Он сжал в кулаке окровавленные перчатки. Затолкав их в карман пивафви, он коснулся броши и поплыл вверх по расселине.
ГЛАВА 5
Фарон ухмыльнулся, когда Белшазу ринулся на него через озерцо кипящей воды.
— Демоны такие предсказуемые, — произнес он. — Тек тскинг.
Он поднял стеклянный конус, зажатый в кулаке, и произнес команду. Из конуса вырвалась струя ледяного воздуха и ударила в демона. Пот на широченной груди Белшазу застыл сверкающими кристалликами, но они потрескивали и таяли снова от жара и движений атакующего демона. Когда конус холода коснулся поверхности воды, доходившей Белшазу до коленей, озеро мгновенно накрепко замерзло снова.
Демон, оказавшись по колено в ледяной ловушке, вновь обратил пламя, пылающее вокруг его ладоней, вниз, но лед не растаял.
Ухмылка Фарона, увидевшего, что его план удался, стала шире.
— Спасибо, что взбаламутил эту лужу, — бросил он демону. — Ты замечательно перемешал в ней кровь Джеггреда. О, и еще один пустячок, специально для тебя. Ты не знал, что кристаллы льда всегда имеют шесть граней? И кристаллы крови тоже, поскольку кровь по большей части состоит из воды. Они всегда образуют правильные маленькие гексаграммы. И их миллионы.
Демону понадобилось некоторое время, чтобы понять, о чем говорит Фарон. Сообразив, существо взревело еще громче прежнего, колотя клешнями по сковавшему его льду. Хотя удары были такими могучими, что пещера наполнилась грохотом и треском, лед не потрескался и не раскололся. Такой результат, казалось, лишил демона последних сил. После всего лишь нескольких ударов он задышал тяжело и часто, с хрипом хватая воздух большими глотками.
— Итак, — продолжал Фарон, — ты собирался рассказать нам, где можно отыскать ближайший вход в Аби…
Фарон внезапно подлетел вверх, так стремительно, что желчь подступила к горлу, ибо тяготение начало вдруг действовать в обратную сторону. Хоть демон и был закован в лед, но его магия осталась при нем. Захваченный врасплох, сбитый с толку внезапным изменением силы тяжести, Фарон не сумел предотвратить падение с помощью левитации. Он стукнулся о потолок с такой силой, что весь воздух выбило из легких. Данифай и Джеггред врезались рядом мгновением позже, но Вейлас с кошачьей ловкостью приземлился на ноги, а Квентл ухитрилась левитировать за миг до удара о камни.
Демон рванулся к Фарону, вытянувшись, насколько позволяли закованные в лед ноги. Одна из его клешней сомкнулась на ноге мага, будто лезвия ножниц, режа кожу башмака и живую плоть, пока не заскрежетала по кости. Фарон взвыл от боли и заскреб руками по камням, пытаясь зацепиться за что-нибудь, поскольку демон начал подтягивать мага — дроу к себе.
Мигом позже из-за его спины кто-то мелькнул. Вейлас. С невероятной скоростью, которую придала ему магия, наемник метнулся к демону по зазубренному каменному потолку с кинжалами в обеих руках. Одно из заколдованных лезвий глубоко вошло в запястье Белшазу, рассыпав синие искры магической энергии и начисто перерубив кость. Раненый демон взревел и забил оставшейся клешней, метя в новую мишень, но Вейлас уже отскочил за пределы досягаемости.
Едва почувствовав, что отсеченная клешня свалилась с его окровавленной ноги, Фарон левитировал прочь от потолка, подальше от демона. Все еще продолжая реветь, Белшазу, из перерубленной руки которого толчками била вонючая черная кровь, изменил направление действия заклинания, которое он сотворил мгновением раньше, на обратное. Данифай и Вейлас полетели обратно на пол пещеры, причем наемник сразу вскочил на ноги, угрожая Белшазу кинжалом. Квентл и Джеггред плавно опустились вниз вслед за Фароном.
Маг, оберегая изувеченную ногу, приземлился на замерзшем озере позади демона. В порванном башмаке хлюпала кровь, она капала на лед и застывала розовыми каплями на его холодной поверхности. Фарон неловко вытащил из кармана пивафви небольшую стальную флягу, откупорил ее и осушил до дна. Исцеляющее снадобье подействовало почти мгновенно, уняв боль, словно стакан крепкого грибного бренди. В следующий миг раненая нога зажила. Маг для проверки перенес на нее вес всего тела, но ощутил не более чем легкое покалывание. Если бы не дыра в ботинке, никто и не сказал бы, что она была повреждена.
Со склона, куда приземлились остальные, донеслось приглушенное шипение плети Квентл. Голос верховной жрицы был столь же нетерпелив.
— Фарон! Прекрати зря тратить время. Заставь демона сказать то, что нам необходимо узнать.
Фарон легонько поклонился в сторону Квентл, затем повернулся к Белшазу, скорчившемуся на поверхности замерзшего озера, с ногами, все еще скованными льдом. Демон тяжело дышал от усталости и прижимал к груди перерубленное запястье. Белшазу хмурился, но его фиолетовые глаза горели огнем, и Фарон понимал, что демон не укрощен. Пока.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
