многоходовочка только что случилась. Так он либо получит хорошего союзника, либо узнает о связях врага. Оставалось только ждать.
Удочки закинуты.
* * *
Остаток дня король разгребал бумаги. Он и при первой своей жизни ненавидел это дело, но сейчас это медленно сводило с ума. Вокруг было столько всего неизведанного, столько секретов, тайных ходов, непокорной магии, а он сидит и заполняет бумагу за бумагой! И их в стопке меньше не становится!
— Ваше Величество, — к нему вдруг постучалась Ланса, входя и расстилая на кровати богато украшенный костюм. — У вас скоро совет. Нужно одеваться.
Хмыкнув, Дроздов залил последнюю сургучную печать, оставив её высыхать. Он встал с кресла, подходя к нянечке и глядя на свое будущее одеяние.
— И зачем только мне носить подобные вещи?
— Вам положено, мой король, — слегка улыбнулась Ланса, усаживая его на кровать. — Я помогу вам одеться.
Обычно Дроздов сражался за независимость, но видя нечто перед собой, что он и представить не мог как надевается, он лишь покорно сел. Шорты, чулки, подтяжки — казалось, он собирается на панель, неужели здесь принято появляться на совете в подобном виде?
Хотя чуть позже его негодование сменилось милостью, целиком костюм выглядел более или менее нормально, в отличии от слегка смущенной девушки. Её острое ушко дернулось, а Дроздов не сумел сдержать себя и не коснуться его.
— Такое упругое, — констатировал он, запоздало замечая полнейший шок Лансы. Её всю залило краской, а пухлые губы подрагивали. — Ой, извини. Я не подумал.
— Н-нич-чего… — выдавила из себя девушка, отшагивая. — В-вы ещё т-так юны! Для вас это совершенно безобидно, так что не переживайте!
Дроздов усмехнулся, пожав плечами. Ну, он правда обидеть её не хотел, просто совсем не в виду возраста.
Закончив все последующие сборы, он торжественно шествовал по ковровым дорожкам в большой светлый зал, полный свечей и магических сгустков света, разбросанных то тут то там. Дроздов крутил головой, впервые воочию наблюдая подобные картины. Нет, конечно, его матушка ужасно любила все, что связано с ренессансом, прекрасной культурной эпохой возрождения. Здесь, казалось, среди сотен тысяч однообразных картин, он вот-вот заметит её любимую.
Но нет, ничего из этого Дроздову не напоминали те уродливые гобелены в его отроческом доме. Разве что резные стулья малось были похожи на те, что стояли у них в столовой, и то были достаточно ярким пятном. Стол тоже оказался массивным, резным, по краю шли вкрапления драгоценных камней и металлов, а на его поверхности были аккуратно расставлены стопки свитков и просто пачки бумаг. У каждого стула по чернильнице, с большими изящными перьями, пестрящими всеми цветами радуги.
Здесь подобало, чтобы король приходил первым, ожидая остальных. Так что Дроздов сел на свой трон, утопая в его широте. Сейчас он вновь осознал, что Лукас — лишь маленький мальчик, на плечи которого взвалили непосильную ношу. Здесь впору сидеть толстому, отъевшемуся на налоги увальню, перемалывающему мясо тупыми зубами. Ну уж совсем не ребенку, не достающему ногами до пола.
Дроздов стал откармливать тело и качаться, что было сил. Он старался есть так, как ел, будучи собой взрослым. Не меньше трех тысяч калорий в день. Правда, сейчас он совсем не беспокоился о лишнем весе, позволяя себе заедать торты шоколадом. Здесь его этим баловали, хотя в его семье, при высоком достатке, отец очень любил выбивать лишний кусок из рук. Есть приходилось быстро, аккуратно, так, чтобы не успеть ему надоесть.
— Мой король, — по одному стали приходить служащие, рассаживаясь по кругу стола.
Последним вошел сэр Вергель, захлопывая массивную дверь. Не имея даже собственного места, он осторожно встал позади королевского трона. Его глаза блестели опасностью и предупреждением.
Несколько задумавшись, Лукас даже пропустил вступительную речь и свои восхваления, включаясь лишь тогда, когда поднялся первый вопрос на повестке дня:
— Группа вооруженных мятежников совершила набег на восточные земли королевства, — зачитал свиток служка в смешных красных штанах. — Они убили семерых мужчин и похитили четырех женщин, в возрасте от четырнадцати до двадцати лет.
«Какие там женщины,» — фыркнул про себя Дроздов, — «ну совсем девчонки ещё!».
— Я предлагаю отправить в эти земли троих рыцарей, — шепнул из-за спины Вергель, понизив голос. — Их будет достаточно.
Вместо этого, Василий Петрович осмотрел сидящих перед ним, не находя знакомых лиц. Что ж, придется снова врать.
— Я приношу свои извинения, — вдруг сказал он, заставив служащих удивленно переглянуться. — Понимаю, раньше все решения принимал сэр Вергель. Но я взрослею, поэтому хочу сам включиться в правление. Прошу, встаньте по одному, представьтесь и назовите свои должности.
Сначала висело молчание. Люди лишь бросали вопросительные взгляды на Вергеля, что был красным как рак. Наконец, один из присутствующих встал. Дроздов отметил его возраст, парень едва выглядел на двадцать пять. На волевом подбородке едва проклюнулась русая борода.
— Командующий разведкой Демьян, — поклонившись, представился он.
Дроздов кивнул, глядя, как неуверенно за ним повторяют и остальные. Мужчина слушал их, запоминал, очень хотел подобраться к столу — его трон стоял поодаль на возвышенности — и тоже вести записи. Наконец, узнав своих казначея, командующего стражей, капитана гвардии, секретаря, управляющего дворцом, главного врача и наконец добрался до министра обороны.
Это был сухой старичок, явно знающий в своем деле. Он представлялся последним, ворча, что королю в пору уже знать каждого из них в лицо.
— Я и знаю, — солгал Дроздов, — лишь хочу, чтобы вы запомнили этот момент. Чтобы наше официальное знакомство началось сегодня.
— Ну, говоришь ты знатно, — старик наконец соизволил подняться. — Сэр Диксон. Министр обороны, как уже было сказано.
— Вот, — кивнул Лукас, — теперь, сэр Диксон, скажите, каковы ваши дальнейшие действия, как министра?
— Я… — тот взглянул на Вергеля позади трона, что молчаливо пронзал короля взглядом, полным ненависти, — кхм, то есть… я бы отправил небольшую группу гвардейцев.
— Чтобы что? — вздернул брови Дроздов. — Сходить посмотреть на разрушенную деревню?
Пока лицо министра багровело и покрывалось пятнами, встал Демьян, командующий разведкой.
— Король прав, девушек утащили за территорию королевской границы. Предлагаю отправить с ними троих моих разведчиков, они более подкованы в передвижении по вражеской территории.
— Не слишком ли много сил для возвращения двоих женщин? — раздался вполне себе громкий голос советника.
— Четверых, — поправил Дроздов. — Но здесь соглашусь с моей десницей. Одного разведчика и троих гвардейцев. Жду отчет об этой ситуации на следующем собрании, — он махнул пальцами, на вальяжно лежащей руке на подлокотнике трона, — идем дальше.
Ещё очень долго, казалось, много-много часов, они обсуждали каждый из свитков, каждый, из запросов. Дроздова пьянило чувство того, что он решает судьбы. Он придумал ловкий
