бы не справилась. Ты ведь не прячешь по карманам "мышиную смерть"?
Тот, кого назвали Сидом, выглянул из под смешливо нахмуренных бровей, и Диана не почувствовав угрозы, решила, что можно отвечать вопросом на вопрос.
— Может, стоило вызвать полицию?
Сид искренне рассмеялся, обнажив ровные красивые зубы, и положив локоть на спинку ее стула, уставился в свой бокал, играя светом в его гранях.
— В трюме яхты было кое-что принадлежавшее мне. И оно пропало. — Сид цокнул языком об острый клык, выдерживая паузу, чтобы девушка могла осмыслить сказанное. — Два дня назад в городе объявляется новый голодный вампир, а вчера ночью кто-то убил капитана Эльзы, и обчистил ее трюм. Не нужно быть ментом, чтобы понять, что эти события связаны. — Лицо Сида застыло в добродушной маске, а голос стал холодным и бесстрастным. — Сэкономь наше время.
— Я никого не убивала! — Диана с квадратными глазами принялась судорожно вспоминать события предыдущей ночи.
— Не убивала. — Отхлебнув виски, кивнул Сид, возвращаясь снова к игре граней в бокале. — Но мертвеца нашли в спальне со спущенными штанами. А я сильно сомневаюсь, что он решил трахнуть убийцу, когда тот отрезал ему голову. Видишь ли, картины мест преступлений многое могут рассказать нам о тех событиях, которые им предшествовали. Например, темные волоски, застрявшие в звеньях цепи на полу, выглядят точь-в-точь как твои. Ты была там одна?
— Когда я уходила, он был жив, я клянусь! — Дрожащим голосом произнесла девушка, глядя в пронизывающе холодные глаза. Мужская рука на спинке ее стула не давала ей увеличить дистанцию или сбежать. — В трюме я не была. Поверьте, я не лгу.
— Конечно, верим. Ты бы не стала рисковать жизнью отца и матери, вновь заявляясь в бар как ни в чем не бывало после того, как обокрала меня. Деньги Талого можешь оставить себе. Знаю, что взяла. Иначе бы так не дрожали руки. Ты видела кого-нибудь в ту ночь на причале?
— Нет. — Отчеканила Диана, немного успокаиваясь, но, похоже зря.
— Выходи на сцену. — Неожиданно бросил Сид, махнув на подмостки рукой. — Семен, ты же говорил, что ищешь певичку на вечер. Всё при ней. Играешь на чем-нибудь?
— Нет. И пою ужасно. — Призналась девушка, молясь всем богам, чтобы ее не попросили продемонстрировать навыки. Она робко встала со стула и сделала шаг назад.
— Может тогда танец? Стриптиз? — Он повернулся к Семену, поиграв бровями. — Долг ты как собиралась отрабатывать?
Диана округлила глаза, а насупившийся Семен, пробежав взглядом по залу, только проворчал:
— Если можно бесплатно смотреть, никто не будет покупать девочек у дороги. Это плохо для бизнеса.
— Я думала деньги отдать… — Замявшись, ответила Диана, протягивая Семену смятые три сотни.
— То есть ты хотела заплатить Семену деньгами, украденными у меня? Выходит, должна теперь мне? — С многозначным взглядом ответил Сид, когда Диана попыталась вернуть купюры ему. — Меня не интересуют деньги. Давай на сцену.
Передвигая непослушными ногами, Диана поднялась на деревянный бортик помоста и сверху вниз взглянула на ожидающих. Морис подбадривающе улыбнулся, сложив раздутые мышцами руки на груди, а Семен в напряжении смотрел на Диану, ожидая, когда Сид наиграется, и отпустит напуганную девицу. С невысокого подъема она ловила на себе заинтересованные взгляды мокрых от дождя пьянчуг, сидящих у дальней стены и за барной стойкой. Мужик с бородой, судя по виду, рыбак, с которым она два дня назад столкнулась в магазине у Тима, снова был в зале и поверх стакана бесцеремонно пялился на ее футболку, болтая с каким-то патлатым завсегдатаем. Липкие взгляды скользили по ней, потому что от волнения по спине у нее бегали мурашки, и сквозь спортивный лиф проступали заострившиеся вершинки груди.
— Ну что ты стоишь. Пой или танцуй. Мы так заскучаем. — Поторопил ее Сид.
Диана, смирившись, выпрямила спину, как всегда делала, когда ей нужно было взять себя в руки и перетерпеть неприятное событие. Развернулась на каблуках и направилась к заднику сцены, где пылилась стойка с микрофоном. Воткнув его в розетку и щелкнув, выключателем, она чуть подула на сеточку, чтобы сдуть пыль и проверить чувствительность. В детстве она, как и все приличные девочки, занималась в школе музыкой. Но караоке никогда не любила и предпочитала петь только в душе или в одиночестве в своей комнате, подпевая известным исполнителям с расческой в руках.
Убавив громкость на колонке, она подошла к краю сцены и прочистив горло, запела Джоан Джетт “I love rock and roll”, стараясь слышать музыку в свое голове.
У музыкального автомата он танцевал.
Семнадцать лет ему никто бы не дал.
Все громче и громче качает бас,
Мою любимую песню играет сейчас.
Не долго это бы продлилось
Но он был со мной.
Да, со мной!
Да, это не долго длилось,
Пока он был со мной
И пел со мной!
Люблю я рок-н-ролл!
Давай еще монету пустим в автомат.
Люблю я рок-н-ролл!
Давай со мной, время танцевать!...
