Гостиная в ширину едва ли больше пяти метров, и расстояние между нами и ожившими мертвецами неуклонно сокращается. Пока что твари наступают довольно вяло, даже медленно — но я не понаслышке знаю, что это ненадолго.
Как только нападёт один, нападут все.
Инстинктивно отступив назад на пару шагов, я мысленно сопоставляю количество тварей с количеством патронов. Расклад не радует. Даже если парочка кретинов ни разу не промахнётся — что будет подобно восьмому чуду света — живых мертвецов всё равно больше. В гостиной лишь малая часть, остальное стадо топчется на улице — скребёт стены сломанными ногтями, пытается протиснуться в узкий дверной проём.
Но набрасываться и рвать зубами наши глотки они отчего-то не спешат.
— Уэнсдэй, почему они не нападают?! — нервно спрашивает кудрявый миротворец, будто в своё время я успела защитить докторскую диссертацию про особенности поведения полудохлых тварей на охоте.
— Ждут, когда ты от страха обделаешься.
На самом деле, я не знаю.
Это действительно странно.
За долгие годы странствий я действительно успела неплохо изучить их поведение — но так и не смогла понять, почему одни бродят поодиночке, а другие сбиваются в стадо. И сталкиваться со стадом мне не приходилось уже давно. Может ли быть такое, что их разложившиеся мозги способны эволюционировать? Способны вырабатывать стратегию нападений? Или наслаждаться предвкушением убийства?
Непредсказуемость тварей на несколько секунд выбивает из колеи — и пока я старательно прицеливаюсь в лоб особенно уродливому мертвецу, Аякс резко срывается с места, вихрем проносится позади меня и проворно вскакивает на первую ступеньку лестницы. Вид его удаляющейся спины пробуждает в тварях охотничий инстинкт, и огромный широкоплечий мертвяк в лохмотьях спортивного костюма стремительно подаётся вперёд. Я инстинктивно спускаю курок. Выстрел отбрасывает тварь назад к двери, брызги свернувшейся крови летят во все стороны.
И воцаряется хаос.
Толпа зомби быстро срывается с места и переходит в атаку. В дверной проём просачивается сразу несколько живых мертвецов. Один из них подскакивает ко мне слишком близко, хищно скаля пасть — но Вещь вгрызается ему в щиколотку и тянет назад. Тварь неловко валится на пол, сбив с ног парочку других. Пока они неловко барахтаются, пытаясь подняться, я поочередно выпускаю три пули аккурат им в лоб и рефлекторно отшатываюсь к лестнице, налетев спиной на перила. Но на второй этаж нельзя — это равноценно самоубийству.
— К окнам! — кричит Торп где-то на заднем плане сквозь оглушительные звуки пулемётной очереди и хриплое рычание оживших мертвецов. — Не дайте им нас окружить!
Мысль здравая.
Кудрявый миротворец отступает на кухню, уводя за собой четверых, хренов герой с неожиданной меткостью вышибает мозги сразу трём тварям и подскакивает к ближайшему окну, пытаясь свободной рукой нащупать замок на деревянной раме. Вот только мы с псом находимся в самом невыгодном положении — до спасительного выхода слишком далеко. Но мощный выброс адреналина придаёт сил. Несколько пуль со свистом рассекают воздух, и пятеро ближайших тварей отлетают назад, лишившись остатков гнилых мозгов. Путь на кухню относительно свободен — но как только я делаю несколько шагов вправо, на лестнице позади раздаётся громкий топот. И истошный визг Энид.
Звонкий вопль блондинки эхом отражается от стен полупустой гостиной, и все твари как по команде вскидывают головы, глядя наверх.
А секундой позже резко срываются вперёд, завидев новую цель. Двое бросаются ко мне — я успеваю вовремя отскочить в сторону кухни, одновременно спуская курок, но остальные проносятся мимо по направлению к злополучной лестнице. Я почти сбилась со счёта патронов — кажется, осталось одиннадцать. Может, меньше.
— Прыгайте оттуда! Скорее! — срывая голос до хрипоты, орёт хренов герой, лихорадочно пытаясь перезарядить свою жалкую пушку.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
За две секунды мне удаётся прикончить ещё троих. Бросив короткий взгляд через плечо, замечаю, что Тайлер сумел перебить своих противников и теперь пытается открыть окно.
— Тут чисто, все сюда! — вопит он, безуспешно сражаясь с запертой на ключ оконной рамой.
— Отойди! — я резко оборачиваюсь к нему и, прицелившись в проклятую замочную скважину, стреляю.
Миротворец едва успевает отскочить в сторону. Меткий выстрел разносит в щепки всю нижнюю часть рамы, во все стороны со звоном летит россыпь мелких осколков, но путь к спасению теперь свободен.
Я даже успеваю подумать, что нам удастся выбраться, но в тот же миг из гостиной доносится ещё более громкий визг Энид.
Стремглав бросаюсь обратно, удобнее перехватывая автомат — Вещь проворно мчится за мной.
Полудохлые твари уже добрались до второго этажа. Аякс бестолково отмахивается от них увесистой длинной кочергой, пока Бьянка перелезает через перила — на секунду замирает, перекинув одну ногу, а потом зажмуривается и прыгает вниз. Она неловко приземляется на усыпанный осколками и щепками пол, в кровь сдирая ладони и колени. Одна из тварей внизу лестницы с неожиданной ловкостью переваливается через перила и ползёт к ней.
Бьянка истошно визжит от ужаса и пытается отползти к стене — сучит ногами и руками по грязному полу, но встать явно не может. Прицелившись в облезлый затылок мертвеца, я снова стреляю, и тварь безжизненно обмякает всего в полуметре от цели.
Oh merda, осталось всего девять патронов.
Раздаётся очередной вопль Энид — рефлекторно вскинув голову, я вижу, как несколько тварей медленно, но верно отрезают их с Аяксом от спасительной лестницы. А секундой позже блондинка резко оборачивается и скрывается в коридоре второго этажа.
— Ниди! — истошно верещит её благоверный, продолжая лихорадочно размахивать кочергой.
— Прыгай, я вытащу её! — командую я, даже не успев толком подумать. Oh merda, какого черта я несу? Зачем пытаюсь рискнуть жизнью, чтобы помочь практически незнакомой девчонке?
Но времени на раздумья нет.
Я решительно бросаюсь к лестнице.
И на первой же ступеньке сталкиваюсь с невесть откуда взявшимся героем.
— Забери Бьянку и бегите на улицу! — командует он, пытаясь меня оттолкнуть. — Я разберусь с ними!
Бросаю короткий красноречивый взгляд на жалкий Кольт в его руке — но вместо уже привычного раздражения его глупый героический порыв отчего-то вызывает… восхищение? Чертов кретин и впрямь готов броситься в лапы кровожадных тварей с бесполезной хлопушкой наперевес, чтобы вытащить из пекла бестолковых приятелей.
Тотальный идиотизм… но его самоотверженность невольно поражает.
Наши взгляды сталкиваются — и я отрицательно качаю головой.
— Выведи их, — в моём тоне звучит непоколебимая уверенность. — Живо. И заберите с собой Вещь… Если я не вернусь.
У них есть надежда.
У меня надежд давно не осталось.
И если я подохну, попытавшись спасти чужую жизнь, это будет не самым плохим финалом.
Возможно, даже лучшим из всех возможных.
Я не говорю этого вслух — но Торп словно успевает прочитать все неозвученные мысли в моём пристальном взгляде. А может, его инстинкты самосохранения наконец берут верх над безрассудной смелостью. Впрочем, какая теперь разница?
— Будь осторожна, — кивает он. Стандартная, ничего не значащая фраза завершает наш странный короткий диалог. Первый и наверняка последний диалог без обоюдного ядовитого сарказма.
