соединяясь в более мелкие города и поселки или погружаясь в сельскую местность.
Германия провела индустриализацию и урбанизацию едва ли более чем за одно поколение. Для сравнения, Соединенные Штаты закончили электрификацию сельской местности только в 1960-х годах. По многим показателям Соединенные Штаты до сих пор даже близко не закончили. Даже если исключить земли, непригодные для проживания, такие как горы, тундра и пустыни, Соединенные Штаты и сегодня остаются одной из наименее густонаселенных стран. Из тех стран, которые находятся в аналогичной категории по плотности населения, большинство недавно вымирали (постсоветские республики), или же, как и США, являются частью Нового Света (Канада, Аргентина и Австралия).
Чтобы достичь такой же плотности населения, какой обладала Германия в 1900 году, Соединенным Штатам пришлось бы почти утроить численность своего населения в 2022 году (и это даже не считая половины американских территорий, таких как Скалистые горы, которые не очень подходят для заселения). Индустриализация могла произойти и произошла в Соединенных Штатах, но преобразования были постепенными и менее резкими, что дало американцам несколько поколений для адаптации к изменениям.
Промышленный всплеск Америки также не оказал огромного влияния в глобальном масштабе. Уникальное явление среди крупных держав - американское население росло и богатело. Промышленное производство - особенно на северо-востоке и в "стальном поясе" - могло быть легко потреблено собственным населением Америки. Не было необходимости в экспорте для поддержания местного баланса, а значит, не было необходимости в экономической войне, которой была известна (и ненавистна) Британская империя. Способность местных общественных банков финансировать местное развитие предотвращала централизованную власть, которая так разоряла русских и китайцев или так радикализировала японцев и немцев.
На протяжении всего раннего индустриального периода Америки основной связью страны с мировой экономикой оставался экспорт сельскохозяйственной продукции. Хотя внедрение химических удобрений в конце 1800-х годов в результате промышленной революции, безусловно, увеличило объемы производства, это произошло как раз в то время, когда в результате промышленной революции современная медицина удлинила продолжительность жизни. Предложение росло параллельно со спросом. Относительное участие американцев в международной экономике особенно не изменилось* (Кстати, мы неоднократно наблюдали такую отсроченную и поэтапную модернизацию в Соединенных Штатах, будь то автомобильные дороги, железнодорожные линии, линии электропередач, телефоны, сотовая связь или широкополосная связь. Может показаться, что такое поэтапное развитие делает Соединенные Штаты несколько менее развитыми, чем такие страны, как Германия, Япония, Нидерланды или Корея, где подобные процессы происходят в бешеном темпе, но это также означает, что американский процесс модернизации (намного) дешевле и является меньшей нагрузкой на финансовые возможности страны. Это не баг, это фича).
Конечно, у американцев были (и есть) региональные различия и свои собственные олигархические проблемы, но американские олигархи - наиболее печально известные как гангстерские бароны - имели такие огромные возможности в частном секторе в значительной степени потому, что было так много ресурсов для взаимообмена, что у них не было особой необходимости входить в правительство для ведения бизнеса. Экономический стресс не переходил автоматически в политический стресс - или наоборот.
А теперь о совершенно другом
Американцы только начали по-настоящему входить в силу, когда началась Вторая мировая война. После трех лет бешеной мобилизации они стали не просто самой мощной экспедиционной державой в истории, проводившей крупные комплексные военные действия на нескольких театрах военных действий одновременно, но и единственной воюющей стороной, которая в конце войны оккупировала все побежденные державы.
И это было еще не все. На пути к Риму, Берлину и Токио американцы получили контроль над ключевыми экономическими, демографическими и логистическими узлами на трех континентах и в двух океанских бассейнах. Благодаря сделкам по ленд-лизу и прямым десантным операциям они теперь держали в своих руках все значимые плацдармы для атак между Западным и Восточным полушариями. В сочетании со своим огромным военным флотом американцы совершенно непреднамеренно стали определяющим фактором в европейских и азиатских, финансовых и сельскохозяйственных, промышленных и торговых, культурных и военных вопросах.
Если и был в истории момент, когда какая-либо держава могла сделать заявку на мировое господство, чтобы возник новый Рим, то это был именно он. И если когда-либо существовала хорошая причина для такого предложения, то это было соревнование с Советским Союзом на ядерной почве, которое возникло на следующий день после того, как в Германии замолчали пушки.
Но этого не произошло.
Вместо этого американцы предложили своим союзникам по войне сделку. Американцы будут использовать свой флот - единственный флот такого размера, который пережил войну, - для патрулирования мирового океана и защиты всеобщей торговли. Американцы откроют свой рынок - единственный рынок такого размера, который пережил войну, - для экспорта союзников, чтобы все могли экспортировать свои товары. Американцы накрыли бы всех стратегическим зонтом, чтобы ни один друг Америки никогда больше не боялся вторжения.
Была только одна загвоздка. Вы должны были выбрать сторону в развязанной американцами холодной войне. Вы могли быть в безопасности и богаты, развивать свою экономику и культуру как угодно, но вы должны были встать на сторону американцев (технически, перед американцами в противостоянии против Советов). Вместо того чтобы создавать империю глобального масштаба, американцы подкупили альянс для сдерживания Советского Союза. Пакт был назван Бреттон-Вудс, по имени горнолыжного курорта в Нью-Гэмпшире, где американцы впервые выступили с предложением вскоре после вторжения в Нормандию. Возможно, он более известен как эпоха свободной торговли после Второй мировой войны или просто как глобализация.
Кажется, что это просто отговорка, не так ли? Почему на самом краю победы американцы отдали целый мир имперских возможностей?
Отчасти это была игра цифр. В 1945 году американское население было примерно равно совокупному населению Западной Европы, которое было примерно равно советскому населению. Даже если оставить в стороне перенаселённую Восточную и Южную Азию, к концу войны у американцев не только не хватало сил, чтобы удержать захваченные территории, но простая математика означала, что они не могли собрать достаточно оккупационных сил, чтобы создать глобальную империю.
Отчасти это было соревнование на расстоянии. Даже с учетом мощи американского флота, Атлантический и Тихий океаны - это серьезные препятствия, и работают они в обе стороны. Логистические затраты и чрезмерные усилия по поддержанию постоянных передовых гарнизонных систем, расположенных в нескольких тысячах миль за горизонтом, были просто нецелесообразны. Как выяснили американцы в последующие десятилетия, трудно оккупировать страну на другом конце света, если местные жители не хотят вас там видеть. Корея, Вьетнам, Ливан, Ирак и Афганистан часто были больше, чем американцы могли потянуть, даже когда они управлялись не одновременно. Представьте себе, каково было бы оккупировать Германию, Францию, Италию, Турцию, Аравию, Иран, Пакистан, Индию, Индонезию, Малайзию, Японию и Китай (и Корею, и Вьетнам, и Ливан, и Ирак, и Афганистан)
