под ним добавляет его образу силы и величия.
Диана смотрела и пыталась понять, что в этом человеке пугало больше всего, но пришла к выводу, что все. Если бы она была девушкой с кувшином молока и ее остановил знакомый парень, то при виде вышедшего из замка хозяина она бы убежала в том случае, если бы герцог наказывал за перерывы в работе и лишнюю болтовню. Значит… Стефано Висконти был жестоким со своими людьми. Они бежали от него не просто так.
Слегка прищурившись, Диана неожиданно встретилась с суровым взглядом герцога. Она тут же отпрянула от каменной кладки и кинулась к дверям, желая повернуть время вспять и не смотреть на него так пристально.
По лестнице она шла быстро: здесь ступеньки были шире, чем в ее замке в Девоншире, и идти удавалось легко. Спустившись, Диана проскользнула в свои покои и захлопнула дверь. Она думала, что останется одна, но здесь ее уже ждали три женщины, которые тут же бросились к ней: начали ощупывать, что-то говорить, спорить между собой, измерять ее рост, грудь, талию… Только после этого Диана поняла, что женщины – те самые модистки, про которых говорил герцог. Им поручено шить свадебное платье, и если оно не понравится герцогу, то он их казнит – отрубит головы. Наверняка они знают об этом, поэтому к работе относятся очень ответственно.
– Разве вам хватит двух дней? – не верила Диана.
Все три отвлеклись на этот вопрос, молча кивнули и снова погрузились в работу.
Марта пришла, когда они почти заканчивали с мерками. Женщины доложили ей все, улыбаясь, касаясь Дианы, восторженно махая руками. Видимо, они очень хотели свадьбу, а вот Диану эта тема заставляла грустить.
– А куда уехал Его Светлость? – спросила она Марту, расставив руки в стороны – ей измеряли рукава. – Я встретилась с ним, когда он вернулся с охоты, а потом снова уехал.
Диана все еще надеялась, что есть вероятность того, что он не вернется в ближайшие дни. А может, вообще забудет про свадьбу.
– Леди Девон, у него много дел вне замка – вокруг поля и леса, и везде трудятся люди. Их тоже надо контролировать.
– Он контролирует работу людей сам?
– Да, Его Светлость никому не доверяет, только своим глазам, – прошептала Марта. – Конечно, там есть управляющие, но… – Она махнула рукой, – ткань платья будет расшита бисером и золотыми нитями. Вы будете настоящей королевой.
Марта сложила руки в молитвенном жесте, любуясь будущей герцогиней. Вот только Диану эта роль не радовала.
– А вы знаете леди Изабеллу? Дочь венецианского дожа Франческо Фоскари.
Марта застыла, видимо, была слегка шокирована тем, что Диана только приехала, а уже так много знает.
– Конечно, я видела ее неоднократно, – задумалась камеристка, – но Милан и Венеция никогда не были союзниками, скорее напротив, поэтому она не является частой гостьей в наших краях.
– Интересно, – прошептала Диана и опустила руки. Модистки закончили с мерками, оставив ее стоять посредине покоев. – Война?
– Что, простите? – не расслышала Марта.
– Я говорю, между Миланским герцогством и Венецианской республикой идут военные действия сейчас?
Марта присела от удивления, но, опомнившись, встала и поправила за собой кровать. Модистки удалились, чуть ли не до пола кланяясь будущей герцогине.
– Зачем вам это знать, леди Девон? Женщины семьи Висконти никогда не лезли в политику. Ваша задача – наследники.
– Я должна знать, для чего я буду рожать этих наследников.
– Я не сильна в этих вопросах, леди Девон. Но также могу вам дать совет не задавать подобных вопросов Его Светлости. Здесь герцогиня должна заниматься домом, прислугой, воспитывать детей и устраивать светские балы.
– Но я должна знать, кого звать на эти балы, – возмутилась Диана. В ее голове резко возникло много вопросов. – Мне интересна страна, где я буду жить. Это вполне естественно.
Марта что-то пробурчала себе под нос, поправляя передник, и обратилась к Диане:
– Леди Девон, пойдемте я вас лучше представлю прислуге. Все уже собрались внизу.
Диана задумчиво отошла к окну, выглядывая на улицу. Все тот же двор, где стояла девушка с кувшином молока, где бродили куры, а кузнецы монотонно стучали по железу.
– Я уеду в Милан, зачем мне с ними знакомиться?
– Как зачем? – удивилась Марта. – Вы сюда будете приезжать. Прежние герцог и герцогиня очень любили здесь бывать. Его Светлость считает Павию своим домом.
– Мой дом не Павия и не Милан. – Диана следила за людьми во дворе, и ее взгляд привлекла конюшня, из нее только что вывели лошадь. – Ладно, знакомьте меня с кем хотите, только побыстрее.
Диана отошла от окна и прошла к выходу, Марта засеменила следом.
После недолгого знакомства со слугами замка, имена которых Диана и не старалась запомнить, она обратилась к Марте:
– Я бы хотела ознакомиться с дворовой территорией.
– Конечно, леди Девон, можно зайти на кухню, она находится чуть дальше от замка, здесь есть кузница, прядильня…
– Меня интересуют конюшни.
– Там есть и конюшни.
– Я дойду сама. Спасибо, Марта. И не переживайте, двери с территории замка для меня закрыты.
– Я не переживаю, – улыбнулась камеристка, – за пределами замка бродят убийцы и разбойники, я не думаю, что вы захотите стать их жертвой, вместо того чтобы править Ломбардией.
Диана остановилась, услышав эти слова, затем гордо развернулась со словами:
– Правят те, кто владеет политической информацией, а такие, как я, тратят свои дни на пустое существование.
Она отвернулась и вышла из замка. При виде ее люди стали оборачиваться, мужчины склоняли головы, а девушки, смеясь, слегка приседали и тут же убегали прочь. Диану это позабавило. Они ее стесняются или боятся, но сейчас людям она очень интересна.
Поднимая длинные юбки, боясь запачкать их в грязи, девушка двинулась в конюшню. Она любила лошадей, а те отвечали ей взаимностью. Но что толку от ее прихода сюда? Она хотела оседлать одну из лошадей и пуститься прочь из этого замка. Жаль, что эти прекрасные животные не имеют крыльев. Взгрустнув, Диана принялась рассматривать скакунов. Их было много, все были разными. И содержались они все в отдельных денниках. В начале конюшни герцог держал племенных, дорогих лошадей, и места у них было больше, чем у конюха. В этом Диана не сомневалась.
Она засмотрелась на одного коня: белого как снег, ни единого черного пятна. Его светлая грива, волнами спадавшая на шею, не была подстрижена, а значит, этот конь не для охоты.
– Привет, – произнесла Диана, держась рукой за деревянную калитку. Она готова была ее открыть, но
