в компьютерное кафе. Я была для них просто кошельком. Стоило сказать, что больше не буду давать им денег, они обсыпали меня оскорблениями. И вы станете им верить?
Когда зашел разговор о твоих друзьях, вдруг нахлынули эмоции. Кто бы мог остаться спокойным в такой ситуации? Оказывается, они называли меня психичкой, но я бы поспорила, кто кого доводил до ручки.
– Это правда? – спросила полицейский.
– Думаете, я буду выдумывать факты?
Следователь в раздумьях нахмурилась и наклонила голову. Словно начала сомневаться в словах твоих друзей. Нельзя было упустить такой момент, и я поспешила продолжить:
– Родителям Хэрока я тоже не нравилась. Однако это бы случилось с любой другой на моем месте: они думали, его успеваемость такая низкая из-за девушек. Но дольше двух месяцев он один никогда не ходил. И что это значит? Он сам виноват в своих оценках. Родителям же было удобнее переложить вину на других. Я оказалась в немилости только за то, что стала его девушкой.
– И ты поэтому стала угрожать ему убийством?
Я вздохнула. Она ведь совсем ничего не понимала. Сердце тревожно сжалось.
– Хэрок все пытался со мной расстаться, а я отвечала, что не хочу. Была согласна на любой другой вариант. Хэрока, наверное, стали раздражать мои постоянные отказы. Говорил, что задыхался от одного взгляда на меня. Так что вполне мог сказать родителям, что я угрожала его убить.
Лицо следователя отражало не сочувствие, а потрясение. Как будто мне нельзя было просить от кого-то любви.
– И зачем тебе так надо было встречаться с Хэроком?
– Потому что мы не могли расстаться.
– Почему?
Я промолчала.
– Ты изначально относилась ко мне очень настороженно, словно готова в любой момент выпустить когти и напасть на меня, защищаясь. Когда работаешь в полиции так долго, появляется так называемая чуйка. Только увидела тебя, она сработала. Я сразу все поняла.
Каждое ее слово вонзалось в мой мозг, как гвозди от удара кувалды. Она словно рылась у меня в голове, переворачивая все вверх дном.
– После полученного сообщения об исчезновении Хэрока я поехала на водохранилище. Его окружала тропинка, были развилки на крутую лестницу и вниз к воде. Я подумала так: наверное, Хэрок захотел с тобой расстаться, а ты в порыве гнева столкнула того в воду. Испугавшись того, что сделала, попыталась покончить с собой. Уже сняла кроссовки, но струсила и убежала. В таком случае ситуация прорисовывается довольно ясно.
Следователь смотрела на меня, но я ничего не говорила. Не могла понять, зачем она все это рассказала. Когда и через десять минут я не дала ответа ни на один вопрос, следователь занервничала. Похоже, начинала жалеть, что поделилась со мной своими подозрениями.
– И долго ты собираешься молчать? Тебе нужно что-то ответить: хотя бы верны мои догадки или нет?
Когда я так и не издала ни звука, следователь тяжело вздохнула. Достав телефон, что-то напечатала и, сказав, что ей нужно позвонить, отошла к входной двери. Я тихо смотрела на край стола.
Ни о чем конкретном я не думала, просто оцепенела. Версия следователя, что я утопила тебя и потом попыталась покончить с собой, звучала весьма правдоподобно. Конечно, все было совсем не так, однако она вряд ли бы поверила мне.
Следователь быстро вернулась. Хоть и собиралась дальше молчать, но слова вырвались против моей воли. Не понимаю, зачем я открыла рот. Показалось, что настала моя очередь говорить.
– Я правда очень нравилась Хэроку.
– О чем ты?
– У нас в классе есть очень красивая девушка. Как принцесса. Ее несколько раз приглашали в развлекательные агентства, но она отказывалась. Все без исключения считали ее привлекательной. Высокая, еще и учится хорошо. Оттого и любима всеми. Однако Хэрок сказал, что ему больше нравлюсь я.
Следователь ничего не ответила, молча выслушав. Поэтому захотелось рассказать еще немного. О нас с тобой.
* * *
Ты первый, кто сказал, что я всегда красива. Смотрел так, словно ничего прекраснее в жизни не видел и это сводило тебя с ума.
– Мне впервые кто-то так сильно нравится. Правда.
Помнишь день, когда мы впервые взялись за руки? Не страшно, если нет. Тогда не было ничего особенного: ни романтики, ни располагающей атмосферы. Проходя мимо, ты просто сплел наши руки так же естественно, как если бы мы пересеклись взглядами.
У меня закололо кончики пальцев. Тебе стоило лишь улыбнуться, чтобы мир вокруг стал ярче. Тогда я четко осознала – ты станешь для меня всем.
– А почему ты не красишься, как другие девочки? – спросил ты однажды.
– Что?
– Они красятся, завивают волосы и всякое такое.
Я растерялась. Все твои бывшие всегда прихорашивались, и ты словно не хотел, чтобы я следовала их примеру.
Во мне появилась неуверенность. Я переживала, что не подхожу тебе внешне, а когда ты озвучил мои опасения, то сильно расстроилась.
– Я не умею краситься, просто наношу солнцезащитный крем. Это плохо? Ончжу тоже вроде бы только им мажется.
– Почему ты о ней вдруг вспомнила? Это ее дело.
Честно говоря, мне было приятно, когда ты так говорил о ней. Лицо Ончжу сияло и без тонны макияжа, поэтому я повторяла за ней.
– Просто, когда другие девушки собираются на свидания, они красятся и наряжаются. Я подумал, что не нравлюсь тебе, раз ты так не делаешь.
– А, нет, дело не в этом.
– Наткнулся недавно на видео, где какая-то страшила сделала из себя богиню одним макияжем. Так удивился, вот и сказал. Не переживай. Ты и так очень хорошенькая, если еще накрасишься, я могу и не пережить.
Эти слова обрадовали меня, как ребенка, ожидающего подарков. Даже нашла несколько похожих на то видео, о котором ты говорил.
Желая понравиться тебе еще больше, накупила косметики и начала учиться наносить макияж. Все стали говорить, как я похорошела: родственники, которых я давно не видела, знакомые соседки. Когда слышала комплименты, хотелось получать их все больше, будто попала в зависимость. Я желала стать еще, и еще, и еще красивее.
Чем быстрее я приближалась к образу девушек, которые тебе нравились, тем сильнее гордилась собой. Начала носить контактные линзы и завивать локоны плойкой. Чувствовала, что наконец-то стала тебе соответствовать, когда мы шли с тобой, переплетя пальцы, когда ты обнимал меня за плечи или я брала тебя под руку. Будто была на вершине мира, чувствуя зависть в глазах других ребят.
Теперь я каждый день красилась, сидя перед зеркалом. Делала прическу, покупала себе все больше новой одежды. Ты так гордился мной. Размещал мои фотографии в своем аккаунте. А
