Джон для многих был незримым ангелом-хранителем, но Ниему Бердок он особенно опекал. С тех пор как он вывез ее из Ирана после гибели мужа, он принимал самое деятельное участие в ее судьбе.
И тут Фрэнку Винею все стало ясно — догадка молнией сверкнула в его мозгу.
— Ты сам хочешь на ней жениться. — Он редко вот так, сгоряча, выпаливал правду, однако в данном случае нисколько не сомневался, что попал в точку. Ему стало даже немного неловко, что он так глубоко заглянул в чужую душу.
Джон вскинул на него глаза и забавно пошевелил бровями.
— Конечно, — промолвил он, как будто речь шла именно об этом. — Хотеть можно сколько угодно.
— Что ты имеешь в виду?
— Моя профессия не позволяет мне вступать в серьезные отношения с кем-либо. Мало того, что я пропадаю по несколько месяцев черт знает где, так еще и неизвестно, вернусь ли я после очередной «командировки». — Он произнес это спокойно, бесстрастно. Он прекрасно понимал, что его работа сопряжена с огромным риском, принимал это как данность и, похоже, специально искал приключений.
— То же можно сказать и о других профессиях: военные подразделения специального назначения, строители-высотники. Но тем не менее они женятся, заводят семью. Вот и я был женат.
— У тебя совсем иная ситуация.
Джон намекал на то, что Фрэнк никогда не участвовал в секретных операциях. А Джон являлся специалистом именно по таким миссиям, совершавшимся большей частью под прикрытием темноты и финансировавшимся из фондов, в которых нет ни счетов, ни архивов. Он старался обходиться без помощи правительственных структур, чтобы в случае неудачи все можно было отрицать.
Фрэнк давно уже собирался поговорить с Джоном на эту тему, и сейчас как раз представился подходящий случай.
— Твоя ситуация тоже может измениться.
— Вряд ли.
— Я не имею ни малейшего желания состариться в упряжке и все чаще подумываю о том, не уйти ли мне на пенсию. Ты мог бы занять мое место, ничего не теряя.
— Заместитель директора отдела по особо важным операциям? — Джон покачал головой. — Ты же знаешь, я работаю в полевых условиях.
— Я знаю и то, что ты сам определяешь, где тебе работать. Ты создан для этой работы. Если честно, то ты даже лучше к ней подготовлен, чем я был в свое время. Подумай об этом на досуге. — Зазвонил телефон, и Фрэнк тут же снял трубку: он ждал этого звонка. Переговорив, он обернулся к своему гостю:
— Наш сотрудник сейчас принесет рапорт о ходе расследования.
Шахматы были тут же забыты, поскольку собрались они совсем не за этим. Самолет, рейс 183, потерпел катастрофу неделю назад, и все это время ФБР и спасатели прочесывали отроги Северной Каролины, собирая осколки и пытаясь восстановить подлинную картину происшедшего. Двести шестьдесят три человека погибли, и теперь необходимо установить причину катастрофы. Никаких необычных радиосигналов на землю не поступало; полет проходил нормально вплоть до той секунды, когда самолет взорвался в воздухе. Сотрудниками поисковой службы был найден «черный ящик», и предварительный анализ его данных показал, что никаких отклонений в работе бортовых приборов пилоты не заметили. Все произошло мгновенно, и это подозрительно.
Из достоверных источников Джон узнал, что причина катастрофы — взрывное устройство нового типа, которое не может быть обнаружено при проверке багажа в аэропорту. Это не под силу даже машинам «Си-Ти-Экс — 5000», которые были установлены в аэропорту Атланты. Он сразу же сообщил о своих предположениях Фрэнку, который терпеливо собирал информацию по рейсу 183 у ФБР и спасательных служб.
Работать в зоне крушения было нелегко: гористая местность, покрытая густыми лесами, усложняла поиски. Обломки разбросало на огромной площади. Поисковая бригада обнаруживала человеческие останки и куски металла даже на вершинах деревьев. Сотрудники спецслужб трудились не покладая рук целую неделю. Сначала они собирали человеческие останки и отправляли их на медэкспертизу для опознания (что было почти невозможно), затем занялись поисками малейших частичек самолета. Чем больше обломков им удастся найти, тем полнее будет общая картина катастрофы и тем скорее эксперты определят, что явилось ее причиной.
Четверть часа спустя сотрудник спецслужб постучал в дверь дома Винея, разбудив Кайзера. Джон остался в библиотеке, а Фрэнк вместе с Кайзером отправился за рапортом.
Фрэнк заказал две копии отчета. Вернувшись в библиотеку, он отдал одну из копий Джону, уселся в кресло и, нахмурясь, принялся читать. К сожалению, в отчете не сообщалось ничего утешительного.
— Они пишут, что это, вероятнее всего, взрыв. Никто в этом и не сомневался.
Местные жители говорили, что слышали грохот и видели яркую вспышку. Видел ли кто-нибудь падение самолета, доказать сложно, поскольку самолет разбился в горах. Обычно люди не часто смотрят на небо, хотя если полуденное солнце сверкнуло на крыле самолета и это привлекло чье-то внимание именно в момент взрыва, существует вероятность того, что сам взрыв кто-то и видел. Но скорее всего, услышав отдаленный шум, люди стали оглядываться по сторонам, увидели дым и взлетевшие вверх осколки, и их воображение дорисовало картину взрыва и огненный шар в небе.
После катастрофы с самолетом рейса 183 поползли слухи, что его сбила ракета. На борту самолета в числе прочих пассажиров находился конгрессмен Дональд Брукс, председатель Комиссии по внешнеполитическим связям. Его смерть кому-то наверняка выгодна, хотя все версии, время от времени возникавшие в Интернете, были далеки от истины. В доказательство теории ракетного удара был приведен тот факт, что конгрессмен Брукс, проживавший в Иллинойсе, собирался в отпуск, но почему-то вылетел из аэропорта Атланты, а не Чикаго. И это очень подозрительно. Даже после того как выяснилось, что в Атланте живет его старший сын, которого чета Бруксов навестила перед отлетом в Европу, число сторонников версии, по которой самолет был взорван из-за конгрессмена, неуклонно росло.
Но более весомые доказательства ракетного удара отсутствовали. По характеру разломов в исковерканной и обгоревшей обшивке самолета можно было заключить, что причиной его крушения явился взрыв на борту, который буквально расколол корпус надвое и отбросил часть фюзеляжа и левое крыло.
Предварительный химический анализ показал, что это пластиковая взрывчатка. Правда, никаких следов детонатора не было обнаружено, хотя при катастрофах такого масштаба все равно остаются следы, хотя бы и микроскопические.
— Чтобы устроить взрыв такой разрушительной силы, потребовалась бы огромная бомба, и детекторы в Атланте ее наверняка бы засекли. — Фрэнк не на шутку встревожился: багаж пассажиров был тщательно досмотрен машинами и вручную. Если Джон прав и это взрывное устройство невозможно обнаружить с помощью существующей техники, то перед ними встанет действительно серьезная проблема.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
