— У меня могут быть дела или нет? — останавливаюсь так резко, что она чуть не налетает на меня. Неуклюжая.
— Но это не значит, что по своим делам ты будешь ездить на моей машине! — рычит она, как будто у ребенка отбирают игрушку, вот-вот вставит мне по первое число.
— Это значит, что я не буду бегать за тобой, как щенок, и ждать твоей команды! — отвечаю в тон, остужая ее пыл. Она тут же замолкает и чуть отступает. — И держи дистанцию.
Она замолчала, надув губки.
Пиликнул прибывший лифт. Я, чуть помедлив, шагаю в него, а затем нажимаю на кнопку первого этажа и, пока закрываются двери, оборачиваюсь.
Все эти длинные пару секунд мы смотрим друг другу в глаза, и ой, чувствую, с ней мне скучно не будет. Ведь эта зараза уже наверняка обдумывает план, как меня вывести в первую же поездку.
Глава 5. Злата
Гад. Ненавижу. Я даже не хочу его представлять за рулем своей красотки. Он там будет смотреться как инородное тело. Он ведь и в моей жизни сейчас этим самым телом и кажется. Более чем уверена, что я еще пожалею о своем решении. Сделанное мною предложение точно сыграет со мной злую шутку.
Как только двери лифта закрываются, тем самым прерывая наш зрительный контакт, я выдыхаю с облегчением. Словно с моей груди убрали груз. Так давит атмосфера, когда рядом этот мерзавец находится.
Иду по коридорчику к окну, которое выходит на парковку. Присаживаюсь на подоконник. Выжидаю время, чтобы спуститься на свой этаж и продолжить работу, если это вообще возможно будет сделать.
Слишком сильная волна злости внутри бушует. Поэтому нужно просто сходить выпить чашечку любимого латте и перестать, наконец, думать об этом негодяе. И вообще, у меня никогда, наверное, не закончится запас эпитетов для него.
Я чуть выдыхаю и, поднявшись с подоконника, выхожу из своего укрытия.
Сразу не тороплюсь идти в офис. Спускаюсь на первый этаж, там есть уютная кафешка. И кофе варят там замечательный.
Так и поступаю. Уже через семь минут сажусь за столик и заказываю чашку кофе. Приносят быстро. И я, наслаждаясь любимым кофейно-молочным напитком, зависаю в своих мыслях, из которых стараюсь вытолкать назойливую фигуру Абашева.
Когда в чашке исчезает кофе, я все-таки прихожу к мнению, что сделала все правильно. По крайней мере, как вообще можно было сделать правильное решение в сложившейся ситуации? Только так, чем с Анатолием кататься до универа, работы и обратно. А тут, куда пальцем ткну, туда и доставят.
Рабочий день тянется невыносимо долго. Я все изнервничалась. Жутко представить, что Абашев сейчас рассекает по городу на моей машине. Это же полный треш.
А когда часики показывает ровно шесть, я быстро собираю свои вещи и, накинув рюкзачок на плечо, впереди всех покидаю офис.
Выхожу на улицу, слегка поежившись от налетевшего прохладного ветра. Оглядываюсь кругом, а моей машины нет. Потоптавшись на месте, чувствую, что терпение лопается, и я достаю мобильник, чтобы набрать номер этого засранца. Но стоит приложить телефон к уху, как рядом тормозит со свистом шин моя машина. Опускается стекло с водительской стороны, и появляется довольная морда Абашева.
— Детка, не меня ждешь?
Честно, моя рука дернулась, чтобы врезать ему по самодовольной роже. Но тут же зависла в воздухе, потому что рядом, как нельзя кстати, нарисовался отец.
— Ты домой? — интересуется у меня.
— Да, скорее всего, — трясу головой.
— Не задерживайся, — говорит он и садится в приехавшую машину.
— Тебя от удара спас мой отец, молись на него, придурок, — обхожу машину и собираюсь открыть пассажирскую дверь спереди.
— Э-э-э, нет, так не пойдет. Назад, дамочка, присаживайте свою задницу, — мурлычет это мурло.
— Что? — я думала, есть предел моему удивлению… но нет его с этим прохвостом.
— То, что слышала. Назад, — улыбается своей белоснежной улыбкой.
— Слушай, это моя машина, и я…
— Водитель этой машины я, или ты что-то забыла? — рычит на меня. — Так что, чтобы не отвлекать меня от дороги, ты ездить будешь только там, — показывает пальцем за свою спину.
— Козел! — рычу в ответ, хлопая дверью, и залезаю на заднее сидение, также от души хлопнув.
— Полегче с дверьми. Дома холодильником хлопать будешь, — огрызается он и трогается с места.
Я задыхаюсь от накатившего возмущения, но высказать ничего не могу. Слова потерялись будто. Это он со мной так?! Ну, я ему еще покажу… холодильник.
Я внимательно слежу за его действиями и за тем, как он ведет машину. Чувствую себя брошенной в такой ситуации. Я же вот, руки ноги на месте, а сесть за руль не могу.
Мы выезжаем с парковки и вклиниваемся в плотный поток машин. Пыхчу. Потому что меня распирает. А сказать ничего не могу.
Протолкавшись минут тридцать в пробке, мы, наконец, выезжаем на загородную трассу. Тут свободнее, и Тимур прибавляет газу. Но стрелка на спидометре не превышает допустимой отметки. Отлично…
Я откидываюсь на спинку сидения. В ушах нарастает гул. В глазах начинают плясать мошки. Я зажмуриваю их и пытаюсь дышать глубоко. Черт! Не выходит, потому что я чувствую, как к горлу подступает ком. Все холодеет, и ладони тут же потеют.
— Останови машину, — прошу парня не своим, каким-то осипшим голосом.
— С чего вдруг? — возражает он. Но у меня совершенно нет желания пререкаться сейчас. Я просто, мать его, не в состоянии!
— Останови, блин, немедленно! — рычу я сквозь зубы сдавленным от подступающей тошноты голосом, прикрывая рот ладошкой.
Он ловит мой потерянный взгляд в зеркале заднего вида, и резко съезжает на обочину. Давит по газам и тормозит. Я, же не теряя ни секунды, открываю дверь, практически выпрыгивая из тачки, даже не успеваю ее закрыть. Делаю всего пару шагов и сгибаюсь пополам…
Что за…?
— Хреновый из тебя водитель, Абашев, — забираюсь в машину немного погодя, поправляя волосы, которые одним чудом удалось не испачкать. Наглоталась воды и использовала целую пачку влажных салфеток. — В первую же поездку укачало. Не дрова везешь-то, можно и аккуратнее водить, хотя кому я говорю… — отмахиваюсь от парня, взгляд которого застыл на мне. Брезгливый взгляд. Да и черт с ним.
Он молча заводит двигатель и трогается с места. Больше мы не разговариваем. Я чувствую себя опустошенной. И жутко уставшей. Совершенно не пойму, что со мной происходит. Мой работающий четко, как часы на кремлевской башне, организм последние дни ведет себя странно. Может, обед в столовке был несвежий? Хотя чем можно отравиться в овощном салате?
В общем, непонятное что-то, наверное, усталость накопилась. Кому-то пора хорошо потренить в зале и выспаться!
Машина останавливается у ворот дома. Я подхватываю свой рюкзак и выхожу, не дожидаясь, когда мне откроют дверь. А он и не торопится, водитель, блин. Только дождавшись, когда я захлопну дверцу, опускает стекло.
— Завтра во сколько?
— В восемь тут, — натягиваю улыбку. — Машину можешь загнать на территорию и до свидули, — усмехаюсь я, поймав его злой взгляд.
— В смысле? — возникает он и выскакивает из машины.
— А что тут непонятного? — оборачиваюсь, утыкаясь в него взглядом, не менее злым. — Машина не твоя. Ты всего лишь водитель. Поэтому я не позволю, чтобы ты на ней рассекал по городу в нерабочее время. Да и, не дай бог, надумаешь в ней своих телок возить! Или еще чего хуже, в гонку ввяжешься?! Нет уж, — фыркаю я. — Забудь.
— Так не пойдет. Мы так не договаривались, Золотарева!
— А как договаривались? Может, что ты не будешь водителем? — понимаю, что перегибаю палку, и Тим сейчас просто кинет мне ключи и свалит в закат, но и отказать себе и не позлить парня не могу.
— Может, что ты будешь помалкивать, а я не буду любезно докладывать твоему бате о твоих приключениях?
Я только фыркаю в ответ. Однако, когда вижу по взгляду, что «мой водитель» дошел «до ручки», притормозить приходится.
