Вновь погас свет, на пару секунд комната погрузилась в непроницаемую тьму, после чего экран телевизора словно неохотно рассеял сгустившийся мрак. Объектив зафиксировал, как Джой Бернардо, сдернув футболку, приблизился к кушетке, где происходила некая скрытая от глаз, но достаточно энергичная возня.
– Слушай, слушай! – прошипел Райт.
Джой негромко проговорил что-то, но Кайл не разобрал.
– Ты понял? – спросил детектив.
– Нет.
Бенни нажал кнопку «Пауза».
– Наши эксперты самым внимательным образом изучили аудиозапись. Обращаясь к Бакстеру Тейту, Джой Бернардо спрашивает: «Она не спит?» Тейт самозабвенно трахает Илейн, которая вырубилась от спиртного. Разобравшись, что к чему, Джой тоже хочет получить удовольствие и интересуется, в себе ли девчонка. Не желаешь посмотреть еше раз?
– Давайте.
Райт чуть прокрутил запись назад, включил воспроизведение. Кайл приник к дисплею, ловя каждый шорох. Через секунду из динамиков прошелестело: «Не спит?» Детектив сурово качнул головой.
Возня не стихала, и, хотя в комнате царила почти абсолютная темнота, сквозь полумрак на софе можно было различить подрагивающую тень. Какое-то время спустя обнаженный Бакстер Тейт принял вертикальное положение, шагнул в сторону от ложа. На его место тут же опустился Джой Бернардо. Из динамиков прозвучал страстный выдох, за ним последовало размеренное потрескивание.
– Это твоя старая кушетка, – усмехнулся Райт. – По-моему, тут разъяснять нечего, верно?
– Нечего.
Через две или три минуты Кайл услышал долгий стон. Треск прекратился, Джой сполз с кушетки и пропал из кадра.
– В общем-то это конец, – сказал детектив. – Съемка длится еще двенадцать минут, но там уже ничего не происходит. Если Илейн и нашла в себе силы подняться, то в объектив это не попало. У нас нет никаких сомнений в том, что Бакстер Тейт и Джой Бернардо занимались с Илейн любовью. С тобой и Аланом Строком дело обстоит иначе. Документальные свидетельства вашего участия в изнасиловании отсутствуют.
– Я здесь совершенно ни при чем, уверяю.
– А где ты мог находиться в то самое время, Кайл? – Райт нажал пару клавиш, и дисплей погас.
– У вас наверняка есть идея на сей счет.
– Хорошо. – Бенни вновь вооружился блокнотом и ручкой. – Если верить словам Илейн, она проснулась через несколько часов, около трех утра, абсолютно голая, с неясным ощущением, что ею воспользовались. Девушка пришла в ужас – она не понимала, где находится. Признала, что была все еще пьяна. С трудом одевшись, увидела, как ты спишь в кресле перед телевизором. Вот тогда-то она и осознала, что очутилась в твоей квартире, начала вспоминать подробности. Ни Тейта, ни Строка, ни Бернардо там уже не было. Илейн попыталась заговорить с тобой, потрясла тебя за плечо, но ты не реагировал. Она покинула квартиру, ушла к соседям и заснула у них.
– А потом целых четыре дня никому ни слова об изнасиловании. Разве не так, детектив? Или она опять сменила показания?
– Четыре дня никому ни слова. Это правда.
– Благодарю вас. Целых четыре дня. Ни подругам, ни родителям – ни единой душе. И вдруг вопли о насильниках. В полиции ей не очень-то поверили, верно? Копы приходили в нашу квартиру, через день явились в «Бету», задавали каверзные вопросы. Но ответов не услышали. Почему? Да потому что не было никакого изнасилования. Все происходило по обоюдному согласию. Поверьте, детектив, эта девочка готова была лечь под кого угодно.
– Но как она могла согласиться, если была в бессознательном состоянии, Кайл?
– Но тогда как она могла вспомнить об изнасиловании? Медики ее обследовали? Нет. Улики есть? Нет. Только пьяные бредни девушки с нестабильной психикой. Пять лет назад копы отказались возбудить дело. Какой смысл делать еще одну попытку?
– Это не попытка. Тебе знакомо понятие «вновь открывшиеся обстоятельства»? По мнению большого жюри присяжных, наличие видео доказывает факт изнасилования.
– Чушь, полная чушь, и вы не можете не признать этого. Дело вовсе не в изнасиловании, дело только в деньгах. Семья Бакстера Тейта сказочно богата. Илейн подыскала сребролюбивого адвоката. Обвинительный акт – не что иное, как примитивное вымогательство.
– То есть ты готов пойти на риск и устроить в суде спектакль? А если вердикт присяжных будет «виновен»? Хочешь, чтобы они посмотрели занимательный фильм – где ты, нажравшись, с интересом наблюдаешь, как твои пьяненькие друзья пользуются беспомощным состоянием бедной девочки?
– Я к ней не прикасался.
– Нет, но ты находился рядом, менее чем в трех футах. Соображаешь?
– Я этого не помню.
– Ах, как удобно!
Поднявшись со стула, Кайл прошел в ванную комнату, налил в стакан воды, осушил его, вновь налил и вновь выпил. Затем он возвратился в комнату, сел на кровать, обхватил руками голову. Нет, ему очень не хотелось, чтобы присяжным продемонстрировали это видео. Самому ему одного просмотра хватило. Перед глазами возникла сцена: в переполненном зале суда гаснет свет, со всех сторон слышится возбужденный шепоток, хмуро мигает его честь. Безутешно плачет Илейн Кенан, ее родители, сидящие в первом ряду, стоически переживают позор. От мрачного видения у Кайла засосало под ложечкой.
Он знал, что невиновен, но не был уверен в том, что с этим согласятся и присяжные.
Бенни Райт снял с дисковода диск и аккуратно засунул в бумажный конверт.
Долгое время Макэвой сидел, бездумно глядя на серый ковролин на полу. Из коридора доносились чьи-то негромкие голоса, шарканье ног. Наверное, феды заскучали от безделья. Но на них Кайлу было наплевать. В ушах гудело. В голове беспорядочно теснились неясные образы, он не мог заставить себя сосредоточиться, мыслить рационально, говорить то, что следует говорить, и молчать, когда это в его интересах. Решения, которые он примет в этот жуткий момент, определят все его будущее. На какую-то долю секунды из прошлого выплыли лица троих студентов, игроков в мяч – они тоже оказались облыжно обвиненными в изнасиловании. Невиновность их была позже со всей убедительностью доказана, но к тому времени троица прошла через ад. К тому же следователи не располагали видеосъемкой, обвиняемых ничто не связывало с их гипотетической жертвой.
«Она не спит?» – спросил Джой у Бакстера. Сколько раз этот вопрос эхом отзовется в зале суда? А видео – кадр за кадром, слово за словом? Прежде чем удалиться в совещательную комнату, присяжные вызубрят запись наизусть.
Бенни Райт терпеливо сидел за столом, его руки, покрытые густой растительностью, неподвижно лежали на блокноте. Время словно остановилось. Детектив готов был ждать хоть целую вечность.
– Я добрался до середины поля? – едва слышно спросил Кайл.
– Перевалил. Впереди еще сорок ярдов. Соберись.
– Мне бы хотелось ознакомиться с обвинительным заключением.
– Конечно.
Кайл поднялся, по-прежнему глядя на стол. Действия Райта обескураживали: из заднего кармана брюк он достал портмоне, вытащил оттуда водительское удостоверение, положил рядом с ноутбуком. Затем туда же лег полицейский жетон. Из коробки на полу стали один за другим появляться еще какие-то значки и карточки, которые детектив неспешно выкладывал в форме круга. Под конец Бенни протянул Кайлу толстую папку:
– Приятного чтения.
Желтый квадрат на обложке гласил: «Информация». Кайл раскрыл папку, сжал в руках стопку бумаги. Верхний лист выглядел очень и очень официально, под верхней его кромкой чернела набранная жирным шрифтом строка: «Содружество[4] Пенсильвания, округ Аллегейни, суд по общегражданским делам». Ниже шел подзаголовок: «Содружество против Бакстера Ф. Тейта, Джозефа Н. Бернардо, Кайла Л. Макэвоя и Алана Б. Строка». На листе был проставлен штамп с регистрационным номером, датой и другими полагающимися реквизитами.
Райт вытащил откуда-то кухонные ножницы и методично разрезал свое водительское удостоверение на два правильных квадратика.
Первый абзац текста начинался так:
