Виола улыбнулась про себя. Это же просто восхитительно убрать в шкаф джинсы и огромный свитер — и баи! — в одно мгновение превратиться в настоящую принцессу.
Вот только досадно, что принцесса Виола должна беспокоиться о таких вещах, как выпивка и еда. Куда заманчивее было бы заставить Грея пить шампанское из ее туфельки.
— Кстати о туфлях, — пробормотала Виола. — Где они?
— Под столом, мадам, — с легким раздражением ответил одетый в белое шеф-повар.
Будучи артистом своего дела, он с неодобрением относился к тому, что ему приходится делить кухню с Виолой. Вздорный, занудный человек, подумала девушка. Всего-то и забот у него — приготовить изысканные блюда на пятьдесят персон, которые потрясли бы закормленных, пресыщенных жизнью друзей и коллег Грея Джонсона. Ей же нужно следить абсолютно за всем, чтобы ничто не пошло наперекосяк, и одновременно играть самую ответственную, самую важную роль в своей жизни.
Пока Виола пыталась освоиться с незнакомой ей ипостасью хозяйки дома, Грей в гостиной стремился по мере сил уклониться от назойливого внимания женщин. Виола видела, как роскошная брюнетка с длинны ми ногами и впечатляющим бюстом бросала полные обожания взгляды на хозяина дома. Тот в ответ только поприветствовал ее жестом, слегка приподняв бокал с шампанским, и вновь придал своему лицу непроницаемое выражение.
— Надеюсь, это скоро кончится, — пробормотала себе под нос Виола.
Она медленно прошла к столу, где был установлен хрустальный многоярусный фонтан, из которого била струя шампанского. Официанты во фраках и с накрахмаленными салфетками, переброшенными через руку, церемонно разливали этот напиток богов по бокалам.
Отсюда Виола двинулась к буфетной стойке. Там было еще достаточно икры, тарталеток, фаршированных грибами, и миниатюрных пирожков с курятиной. Скоро придет время подавать суп из дикого риса, суфле из лангустов и множество прочих экзотических блюд.
Грей тем временем начал разговор с морщинистым пожилым джентльменом.
— Счастлив вас видеть, мистер Миллер. Как вам вечеринка?
— Чудесно, Джонсон.
— Благодарю вас, мистер Миллер. Очень рад, что вы смогли прийти.
— Вообще-то я стараюсь избегать подобных мероприятий. Все это как-то легкомысленно, фривольно. Слишком много шампанского и слишком мало жареного мяса. Надеюсь, ты понимаешь, что я имею в виду? Но к нынешнему приему это не относится.
Грей улыбнулся про себя и записал очко на счет Виолы. Ей удалось устроить именно такой прием, какой мог бы понравиться Джорджу Миллеру: добропорядочный, стильный и с определенной долей раскованности, то есть весьма похожий на самого старика. Грей уже давно мечтал стать одним из немногих «избранных», войти в число влиятельных акционеров, которые составляли совет директоров его компании. Но, хотя Джордж Миллер, кажется, ценил Джонсона как делового партнера и доверял ему, приглашения так и не последовало. Возможно, сегодня наступит перелом…
— Отведайте копченого лосося, — предложил Грей. — Виола сказала, что лучшего она в жизни не пробовала.
— Виола? Вот, значит, как ее зовут. — Маленькое клоунское личико мистера Миллера засияло от удовольствия. — Я все ждал, Джонсон, когда же ты найдешь себе достойную спутницу жизни. Надеюсь, у тебя серьезные намерения в отношении ее. Пора бы тебе остепениться.
— Извините, сэр, не понял.
— Ос-те-пе-нить-ся. Ну, знаешь, перестать «резвиться на лужайке». Сомневаюсь, что эта твоя Виола будет поощрять подобные шалости, и искренне рад этому. Я никогда не понимал, что ты находишь в бесконечном количестве женщин, которые вечно вьются вокруг тебя. Могу допустить, что это льстило самолюбию, но, поверь старику, наносило вред твоему имиджу.
— Имиджу? — эхом отозвался Грей.
— Это нечто, на что я всегда обращаю внимание при формировании своего совета директоров. Моя корпорация не против новых членов, но она имеет репутацию учреждения, твердо придерживающегося определенных принципов. Надеюсь, что ты наконец-то понял это, мой мальчик.
Грей одарил мистера Миллера понимающей улыбкой.
— Тогда, думаю, вы останетесь довольны продолжением вечера, сэр.
Старик поднял седую бровь. В уголке его рта дрогнула слабая улыбка.
— В самом деле? Весьма интригующе… Ну а теперь, пожалуй, надо попробовать твоего хваленого лосося.
Как только Джордж Миллер отошел, позади Грея вырос Марк и с силой хлопнул его по плечу.
— Интересный был разговор, Грей?
— О-очень интересный. Теперь я знаю, что мешало мне все эти годы.
— И что же?
— Семейные ценности, столь почитаемые мистером Миллером. Это и было преградой. А я-то думал, что он не обращает на меня внимания, считая, что я не обладаю достаточным количеством знаний или опыта, которые устроили бы его. Но, оказывается, он просто не одобрял моей привычки волочиться за женщинами!
— И он тебе об этом так и сказал?
— Да, так и сказал. Значимость полученной информации трудно переоценим, Марк, — продолжал Грей. — Это ключ к волшебной дверце, о которой я мечтал столько лет. Подумать только, и сегодня это чудо свершиться!
— Ничего не понимаю. Грей. О чем ты говоришь?
— О Виоле, конечно! Я нанял ее, чтобы вырваться из безумной круговерти моей жизни, но место в совете директоров Джорджа Миллера стоит того, чтобы надеть ей на палец настоящее обручальное кольцо как ты думаешь? Марк удивленно посмотрел на друга.
— А не слишком ли ты увлекаешься? Если так пойдет дальше, тебе придется нанимать детей-актеров, которых можно было бы выдавать за собственных.
— Некоторые из влиятельнейших людей страны входят в совет директоров Миллера, Марк. И я мог бы стать одним из них. Мне противно говорить это, но иногда я думаю, что сделал бы что угодно, лишь бы оказаться там. — Он поднял глаза и увидел приближающуюся к ним Виолу. — В чем дело?
— В моем жакете. Мне кажется, я оставила в нем губную помаду.
Грей извлек из внутреннего кармана смокинга тюбик.
— Ты дала его мне.
— О, хорошо, спасибо. — Виола взяла тюбик, еще теплый от жара его тела.
Мысль о том, что губная помада какое-то время пролежала рядом с сердцем Грея заставила ее задохнутся. Неимоверным усилием воли заставив себя успокоиться, Виола направилась к десертному столу. Но не успела сделать и пары шагов, как какой-то тучный мужчина схватил ее за руку и повернул лицом к себе. Потом дружески обратился к Грею:
— Ты нашел себе настоящую жемчужину, приятель! Это лучший прием из всех, которые ты когда-нибудь устраивал. Где ты ее нашел?
Грей стал холоден, надменен и величествен, как наследный принц.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
