— Ты нашел себе настоящую жемчужину, приятель! Это лучший прием из всех, которые ты когда-нибудь устраивал. Где ты ее нашел?
Грей стал холоден, надменен и величествен, как наследный принц.
— Это секрет, Алекс. Виола моя. Человек по имени Алекс, не скрывая восхищения, разглядывал девушку.
— Да, чего Грей хочет, то и получает. — Затем, видимо вспомнив о правилах хорошего тона, добавил: — Клянусь честью, это великолепный прием, а вы — прекрасная хозяйка. Примите мои самые искренние поздравления.
Виола изобразила сладчайшую из своих улыбок. Однако ей надо было поговорить с арфисткой о репертуаре. Ледяная скульптура, изображавшая рождественскую елку, таяла слишком быстро, а миниатюрные сдобные ватрушки, кажется, слегка подгорели. К тому же у нее не было желания смотреть, как Грей «распускает перья».
— Вы очень добры. А теперь, если вы извините меня, я должна покинуть вас, чтобы заняться делами, которые требуют моего внимания. Могу я предложить вам еще шампанского? Трюфелей? Может быть, кофе?
Но прежде чем она смогла уйти. Грей поймал ее за руку.
— Подожди, думаю сейчас самое время.
Он повернулся к арфистке и кивнул ей. Гостиную заполнили звуки «Свадебного марша» Мендельсона, привлекая внимание всех присутствующих. Улыбаясь, Грей поднял бокал шампанского.
— Я ждал весь вечер, чтобы сделать очень важное сообщение. — Он обнял Виолу за талию и продолжил: — Мне доставляет большое удовольствие сообщить вам, что восхитительная женщина рядом со мной — отныне моя жена. Бракосочетание состоялось сегодня днем без официального объявления и гостей.
По залу прокатился общий вздох удивления, сменившийся шквалом аплодисментов, за которыми последовали поправления и пожелания счастья. Никто даже не заметил, что новобрачная выглядела не менее изумленной, чем все прочие.
Виола не слышала обращенных к ней слов, ибо губы Грея коснулись ее губ в таком нежном поцелуе, что она не могла уже больше думать ни о чем, кроме человека, который только что объявил на весь свет, что они женаты. Это длилось всего несколько секунд, но Виоле поцелуй показался вечностью. Она едва дышала, мучительно осознавая, насколько Грей Джонсон опасен для ее сердца.
— Для чего вы это сделали? Я думала, мы собираемся объявить о нашем мнимом обручении, а не о бракосочетании, — прошептала она. — Я пока не готова изображать вашу жену.
— Поверьте мне, так будет гораздо лучше, — сказал Грей успокаивающе.
— Лучше для кого? Можно ли кого-нибудь обмануть, если мы не живем вместе?
— Это легко исправить.
У Виолы потемнело в глазах.
— А как насчет моей мамы, моих друзей?
— Как мы договорились, можете сказать им правду, Виола, но будьте осторожны, чтобы не испортить всю игру.
Дальнейший разговор стал невозможен, так как их плотной толпой окружили гости с поздравлениями.
Как только суматоха немного улеглась, Виола выскользнула из комнаты, оставив Грея развлекать собравшихся. Она спряталась за колонну в холле, надеясь отдып ся и собраться с мыслями. В принципе неважно, подумала Виола, «обручены» они или «женаты». Раньше или позже ей все равно пришлось бы делать вид, что она жена Джонсона. Жаль только, что у нее не было возможности заранее предупредить мать. Виола тяжело вздохнула.
— У вас все получается отлично. Не волнуйтесь.
— Марк!
Она познакомилась с другом Грея сегодня, в самом начале приема. Марк Харди был фотографом, страстным любителем дикой природы, покладистым и приятным в общении человеком.
— Послушайте, — Марк взял Виолу за локоть, — вы выглядите слегка усталой. Может, вам хоть немного отдохнуть?
Виола недоверчиво покосилась на своего спутника, когда тот привел ее к двери спальни. Марк рассмеялся:
— Я не сделаю ни одного неверного движения в вашем направлении, Виола, хотя, должен признать, это будет стоить мне невероятный усилий. А несколько минут отдыха пойдут вам на пользу.
Этого Виола не могла отрицать. Весь день она ничего не ела. Ноги у нее подкашивались. Шеф-повар раздражал ее, так почему же не позволить себе небольшой перерыв?
— Но только на одну минуту, — наконец сдалась Виола.
— На две.
Марк взял два бокала шампанского с подноса, по счастливой случайности оказавшегося в комнате. Виола опустилась в одно из кресел, стоявших перед камином. Он уселся напротив.
— За вас, Виола. За ваше замужество и великолепный прием. — Он поднял в салюте свой бокал.
— Спасибо. — Она улыбнулась, принимая тост. — Но какая-то часть поздравлений должна относиться и к Грею.
Марк усмехнулся.
— Вы правы. Он сумел приобрести себе замечательную хозяйку… и жену. Почти.
Виола задумчиво отпила шампанского.
— Так вы знаете? И, похоже, не одобряете эту… сделку?
— Грей — отличный парень. Его стиль жизни несколько отличается от моего, но я уже давно привык не задумываться над его действиями. Обычно он оказывается прав.
— Как давно вы его знаете?
— Много, много лет. Я люблю Грея как брата.
— Расскажите мне о нем, — вдруг попросила Виола.
Марк откинулся в кресле и задумчиво погладил ножку бокала.
— На долю Грея выпало отнюдь не беззаботное детство. Ему рано пришлось повзрослеть. Его мать умерла, когда он был совсем маленьким. Отец женился снова, но мачеха… — Марк замолчал, тщательно подбирая слова. — Она никогда не была особенно добра к Грею и к его маленьким братьям. Ее больше привлекали веши, чем люди. Насколько я помню, Грей старался быть для мальчиков и матерью, и отцом одновременно.
Лицо Марка стало печальным, он как будто ушел в себя. Виолу же прямо-таки распирало от любопытства, но она боялась проявить нетерпение. На ее счастье, Марк решил продолжить:
— Моя мать была моим самым близким другом. Она подвигнула меня стать фотографом дикой природы. Приучила видеть красоту окружающего мира. — Он пожал плечами. — Может, Грей был бы более доволен собой, не так беспокоен, если бы у него была мать вроде моей. Если бы ему не пришлось так тяжело бороться, чтобы получить то, чего он был лишен в детстве.
Виоле хотелось выведать у Марка как можно больше о жизни Грея, и она уже придумала парочку наводящих вопросов, как вдруг…
— Так вот вы где! — С этим возгласом в дверях спальни возник— Грей. — А, между прочим, у шеф-повара какие-то вопросы по поводу буфетной стойки, и напор шампанского упал. Кроме того, гости хотели бы поздравить новобрачную.
Виола выбралась из кресла.
— Ну что ж. Я уже так глубоко увязла, что пути назад нет. Хорошо хоть довелось чуть передохнуть. С шеф-поваром переговорю немедленно, поздравления приму как положено.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
