него, как будто его там и не было.
- Это с тобой я так поступала?
- А ты как думаешь? - oн говорил как разочарованный ребенок.
- Мне очень жаль, - сказала она. - Я не собиралась тебя игнорировать. В этом не было ничего личного.
- Знаешь что, Шэрон? Здесь все личное. И все имеет последствия.
- Я не хотела тебя игнорировать. Если бы ты когда-нибудь подошел ко мне, поговорил со мной, дал бы мне знать, что ты чувствуешь...
- О, конечно.
- Ты что, хотел меня куда-то пригласить?
Неудачно выразилась, - подумала она.
- Я хотел, чтобы ты обратила на меня внимание. Хотел тебе понравиться.
- Возможно, я бы так и сделала, если бы ты когда-нибудь обратился ко мне. Что я должна была делать, подходить к каждому встречному парню и спрашивать, не хочет ли он назначить мне свидание?
- Ой-ой-ой! - вскрикнула Тэффи.
Шэрон поморщилась.
- Эй!
- Тэффи обращает на меня внимание. Правда, Тэффи?
Всхлипывая, девочка выпалила:
- Да.
- Оставь ее в покое, - взмолилась Шэрон. - Пожалуйста. Перестань причинять ей боль. Отпусти ее. Это касается только тебя и меня. Она тебе ничего не сделала. Ну давай, она же еще ребенок. Отпусти ее.
- Кто я такой?
В голове у нее шепотом звучали слова старинного стихотворения:
- Я - Никто. А ты - ты кто? Может быть - тоже - Никто?[11]
- Как я могу догадаться кто ты, если ты ни разу не представился?
- Это твоя проблема.
- Это нечестно!
Он рассмеялся.
- Прости, что я тебя проигнорировала. Я действительно сожалею.
- Держу пари, что так оно и есть. Сейчас. Задним числом все всегда сожалеют - когда приходит время расплаты. Но они никогда не сожалеют, когда игнорируют тебя.
Должно быть... я ему нравилась, иначе не было бы этой проблемы.
- Должно быть, я тебе очень нравилась. Так ведь?
- Конечно.
- И ты хотел, чтобы мы стали друзьями. Ты хотел, чтобы я была твоей девушкой. Ты хотел куда-нибудь пойти со мной.
- Ну, да.
- Ну вот, теперь ты меня заинтересовал. Я пойду с тобой. Прямо сейчас. Мы можем пойти куда-нибудь поужинать и... все, что ты захочешь. Хорошо?
- Слишком поздно. Уже слишком поздно.
- Нет, это не так.
- Скажи мне, кто я, или я начну с этой девочки.
- Но это же безумие! Как я могу...?
Крик боли, вырвавшийся у Тэффи, заставил ее замолчать.
12.
- Дай мне минутку подумать, - сказала Шэрон. - Теперь я тебя вспомнила. Все дело в том, чтобы восстановить в памяти твое имя.
Стараясь не упасть на скользкий пол, она поспешила во внутренний кабинет - личные владения мистера Хэммонда - и осторожно открыла дверь.
На полу перед столом адвоката лежала груда одежды, как она и ожидала.
В одном кабинете громоздились обнаженные тела, в другом - их имущество.
Больной, - подумала Шэрон.
Больной, странный и почему-то знакомый.
Я знаю, как тебя зовут, ублюдок. Адольф. Или, может быть, Генрих[12].
Она испытывала искушение назвать эти имена, но знала, что это только добавит страданий Тэффи. Кроме того, он услышит, что ее голос звучит не так, как обычно и поймет, что она двигается.
Придерживайся плана.
Она поспешила к куче и принялась изучать ее.
Во что он был одет?
В джинсы? В камуфляжные штаны?
Она попыталась представить, как он выглядел, когда еще был одет.
Был в джинсах?
Может быть. Похоже на то.
Она увидела блузки, носки, коричневую сумочку, туфли, трусики, брюки, юбку, черную сумочку, синий галстук... Много чего. Даже очки. Бифокальные очки мистера Хэммонда.
Эту одежду носили шесть человек, пятеро из них лежали мертвыми в офисе, один стоял в коридоре с Тэффи и ружьем.
Надо только вытащить из кучи его штаны.
Мог ли он взять с собой бумажник на такое дело, как это?
Может быть. Судя по тому, что она читала, большинство преступников не блистали интеллектом.
- Шэрон? - спросил мужчина.
Не отвечай.
Не сейчас.
Не видя никаких джинсов (носить их было против правил мистера Хэммонда, даже по пятницам), она упала на колени, положив пистолет, затем сгребла одежду в охапку и отбросила в сторону.
- Шэрон! - на этот раз голос Таффи, высокий и дрожащий.
Она нашла синюю штанину, схватила ее и потянула. Из-под трусиков-стрингов, черных туфель с крыловидными мысками, бледно-голубого топика и блестящей зеленой блузки Ким – топик и блузка были порваны и забрызганы кровью - вылезли синие джинсы.
Его?
Должно быть.
- Ответь ему! - воскликнула Тэффи. - Он делает мне больно!
- Минуточку! - крикнула она.
Получилось!
В левом заднем кармане джинсов она нащупала что-то размером и формой напоминающее бумажник.
- Шэрон! - позвал мужчина. - Что ты делаешь? Где ты?
Хотя ее тело сотрясала дрожь, ей удалось засунуть левую руку в карман и вытащить бумажник. Она открыла его.
- Прекрати! - выкрикнула Тэффи. - Отпусти! Не делай этого! Нет! Мне больно!
С бумажником в одной руке и пистолетом в другой, Шэрон вскочила и выбежала в приемную.
- Нет! - взвизгнула Тэффи. - Пожалуйста, пожалуйста! Ты не должен этого делать! Ой-ой-ой!
Ноги Шэрон заскользили по окровавленному полу. Резко остановившись, она повернулась к двери и открыла бумажник.
Тэффи всхлипывала и хныкала.
- Я вспомнила твое имя!
- Неужели? - eго голос звучал странно: глухо и с придыханием.
Она покосилась на водительские права.
- Энди! - выкрикнула она. - Энди Карвелл!
- Ха! Ты права!
- Отпусти Тэффи!
- Ну, я не знаю.
- Ты же обещал!
- Я знаю, но... мы здесь так хорошо проводим время.
- Вовсе нет! - выпалила Тэффи, всхлипывая. - Мне больно!
- Черт возьми, отпусти ее! Мы же договорились!
- Ты ведь не жульничала, правда?
- Я вспомнила!
- Сделка отменяется, если ты сжульничала.
- Я не жульничала!
- Я думаю, что ты побежала в другой кабинет, где я свалил все вещи, и нашла мой бумажник. Я думаю, именно так ты "запомнила" мое имя.
- Вовсе нет!
- Да, именно так. Очень жаль. Жулики никогда не преуспевают. Попрощайся с Тэффи.
- Не надо!
Взрывная волна ударила в уши Шэрон. Она подпрыгнула и вскрикнула, потом рванулась вперед и рывком распахнула дверь.
Готовая застрелить Энди, но его
