Читаем без скачивания Чай, чапати, чили, чилим... - Кристина Камаева

— Утром встаешь, — рассказывает она, — и первым делом цепляешь на себя кучу золотых украшений. Носить можно только сари. Всех дел — следить за служанками. "Почему здесь пыль не протерла? Почему цветы несвежие в вазе?" Днем сидим дома со свекровью. Она тоже мается, каждый день велит слугам мебель переставлять в доме. Пойдешь в свою комнату, включишь телевизор, свекровь непременно рядом взгромоздится. "Какой стыд! Какой срам! Как ты можешь это смотреть"! Это она музыкальный канал MTV комментирует. Муж придет с работы, свекровь сразу к нему: "Сыночек! Побудь с мамочкой"! К жене, сына ревнует! Арджун тоже изменился. Все запрещать стал. К родителям подлаживаться просил. А раньше так свободу любил! Собрала вещи, сказала, что уеду. Он мне: "Ну, потерпи немного, свое дело открою, в Дели переедем". А я ему говорю: "Когда откроешь свое дело, тогда и перееду". Так и расстались, а какая любовь была! Куда делась? — удивляется Туша. В Бангалоре она сняла квартиру, устроилась на приличную работу, возобновила связи с модельными агентствами и поступила на очередные курсы. И сразу воспрянула духом, современная независимая индийская женщина Туша.

Экзамены в Махарани колледже сдают раз в год, в мае-июне. Есть промежуточная сессия в октябре, но это только для тех, кто не сдал какой-нибудь экзамен. Студент с хвостами переходит вместе с ними на следующий курс. Можно закончить колледж, а потом еще нескольких лет сдавать проваленные в прошлом экзамены, каждый раз за отдельную плату. Диплом, разумеется, выдается только тем, кто все сдал. В медицинских колледжах по-другому. Там пока все экзамены не сдашь, на следующий курс не перейдешь. И плата за пересдачу очень высокая. В Махарани же — все за копейки. Но подход к приему экзаменов одинаково суровый. Теорию сдают письменно. У каждого студента есть свой экзаменационный номер. Указывать свое имя на листах для ответов запрещено и карается исключением. Эти номера заранее нарисованы мелом на партах. Расстояние между студентами такое, что как не вытягивай шею, списать не удастся. Да, прежде чем войти в аудиторию, студенты оставляют все свои вещи у входа. С собой берут ручку. Листы для ответов выдают экзаменаторы. В назначенный час они вскрывают конверт с вопросами, поступившими из Бангалорского университета, и раздают студентам листки с перечнем вопросов. Как правило, там восемь или девять вопросов по всем крупным разделам изучавшегося предмета. Отвечать надо подробно. На экзамене по хинди все вопросы написаны тоже на этом языке. По другим предметам вопросы даются на английском и на языке штата. За три часа необходимо дать развернутые ответы на пять вопросов.

Студентки лихорадочно строчат и могут исписать три-четыре тетради для ответов (каждая 6-8 листов). Но многословие не гарантия успеха. Достаточно и одной тетради, если ответы четкие и правильные. В аудитории находится человек пять-шесть взрослых: преподаватели и полицейские в гражданской одежде. Они зорко следят за экзаменующимися, пресекают любой шум или неосторожное движение, ходят вдоль рядов. За шпаргалку студента выводят из аудитории и на три последующих года лишают возможности сдать экзамен. Списать практически невозможно. Для индианок экзамены — настоящий стресс. Рассказывали о случаях самоубийств накануне испытаний, приступах и обмороках во время оных, но нам столкнуться с экстремальными ситуациями не довелось.

Учеба нас особенно не обременяла и экзамены тоже. Максимальное количество балов, т.е. сто из ста, не ставят никому. Выше шестидесяти баллов — это уже первый класс. восемьдесят баллов и выше получают только гении. В разных университетах соответствие классов и баллов несколько различается. А от сессии до сессии, как и везде в мире, живут студенты весело.  

Глава 6. Выпускное паломничество

— Жанна! Смотри, как интересно! Старшекурсники едут в путешествие по индийским храмам. Колледж все организует: проезд, питание!

Жанна заглядывает в проспект о поездке.

— Главное, изумительно дешево! — хмыкает она.

— И абсолютно безопасно, — киваю я.

— Лучше уж поехать на Гоа, самим, чтобы некому было нас обсуждать.

— На Гоа в любой момент можно съездить, — возражаю я, — а тут за такие деньги увидеть так много мест...

— За такие деньги так укатают, что свету белому рад не будешь! Подумай, что будешь есть? Ты же нос воротишь от индийской пищи!

Она права, мне мучительно трудно проглатывать слипшийся безвкусный рис, неважно, разбавлен он простоквашей или пересыпан какими-нибудь питательными зернами. А на чудесное лакомство идли-вада (такой же популярный в Индии завтрак, как яичница с беконом у англичан) я даже смотреть не могу без дрожи. Но разве это причина, чтобы отказаться от возможности посмотреть Тируванантапурам и Каньякумари?

— Ты как хочешь, а я пожалуй поеду. — Жанна смотрит на меня удивленно, обычно решения принимает она. Подумав день и ночь, она решается на поездку.

Это хорошая индийская традиция — небольшое путешествие выпускников после окончания колледжа. Они сами выбирают маршрут, согласовывают его с директором, сбрасываются на расходы. Администрация колледжа договаривается насчет транспорта, размещения и выделяет сопровождающих. Мы пока еще на первом курсе, но нас соглашаются взять с собой. Всем приятно, что иностранки хотят поехать вместе с индийскими девочками.

Приобретаем благотворительную путевку и готовимся к поездке.

По инструкции необходимо взять с собой теплую одежду, одеяла, посуду, фонарь. И тут же оговаривается, что багаж необходимо сделать как можно легче. "Неужели мы будем носить рюкзаки на себе?!" — опечалилась я. Мне нравится ходить пешком даже на далекие расстояния, но перетаскивать тяжести не люблю, да и не могу. Для поддержания сил необходимо было приобрести что-нибудь компактное и питательное в расчете на шесть дней. В магазинах широкий выбор. Продаются даже таблетки для космонавтов, но мы выбрали печенье, непростое, дорогущее, по девяносто рупий за пачку, со всеми компонентами, необходимыми для поддержания жизни. Еще запаслись шоколадом и таблетками от тошноты и поноса и сразу почувствовали себя спокойнее.

Всего в путешествие собрались пятьдесят девочек и четыре преподавателя. И эта толпа должна была погрузиться в один автобус.

"Один автобус? — удивился Али. — Странно. В нем тридцать два места, как же туда поместится пятьдесят четыре человека? А расстояния... большие: Карнатака, Тамилнаду, Керала! Маршрут дней на десять, не меньше". Друзья решили, что затея эта нереальна. Оставалось проверить, действительно ли это так.

В назначенный день путешественники и провожающие собрались во дворе колледжа. Царила веселая неразбериха. Автобус должен был приехать в четыре часа, но приехал в шесть. Это для Индии обычная история, так что никто даже не волновался из-за такого пустяка. К транспортному средству ринулись все разом, по части быстро занять места индийцы все мастера. Пока самые шустрые лезли в двери, самые умные закидывали вещи в открытые окна на сидения. Но и мы не зевали, так как знали, что мест меньше, чем желающих ехать. Нам достались два места за кабиной водителя, и, довольные, мы разместили свои рюкзаки с одеялами под ногами, оккупировав себе жизненное пространство на предстоящие дни пути. Как и ожидалось, не всем удалось разместиться, но девушки не унывали, они принесли стулья из колледжа и расставили их в проходе. Уже смеркалось, когда автобус тронулся в путь.

Мелькают за окном знакомые и незнакомые улицы, зажигаются первые фонари и вывески ресторанов и магазинов, спадает дневная жара. А в душе сверкает необъяснимая радость, я отправляюсь в неизведанные места и предвкушаю приключения, и все в этот вечер и после будет по-другому, а не привычным образом. Картинки за окном меняются, сердце веселится. Магнитофон работает на всю мощь, заливаются переливчатыми трелями популярные индийские певцы. Ехать в автобусе по Индии интересно. Здесь не бывает безжизненных пространств. Город сменяют поселки, поселки сменяют деревни, деревни перемежаются кокосовыми или банановыми плантациями, рисовыми полями, озерами и реками, в которых непрерывно моются люди и стирают яркие сари и белые дхоти. Стада буйволов или волов, процессии со слонами, люди, толкающие тележки с фруктами, движутся вдоль дороги навстречу проезжающему автобусу. То и дело впереди вырисовываются храмы и церкви, крепости и средневековые замки, которые не выглядят заброшенными. Беднота, собрав из разного подручного материала скромные лачуги, копошится вокруг них, разводит огонь, жарит кукурузу, жует тростник. Тепло, и не беда, что вся жизнь проходит под открытым небом. Такое впечатление, что всю дорогу показывают жизненный нескучный и ненавязчивый документальный фильм. Даже ночью не покидает ощущение, что я нахожусь среди тысяч и тысяч людей на этой древней земле. Но они настолько гармонично вписываются в эту среду, что их присутствие не раздражает, и мне не жаль делить с ними звезды, тонкий запах цветущих магнолий и ласковый южный ветер.