Читаем без скачивания Чай, чапати, чили, чилим... - Кристина Камаева

Утром на крыше гостиницы встретили восход. Наблюдение закатов и восходов такое популярное развлечение в Каньякумари, что крыши многих домов специально приспособлены для этих целей. Город Каньякумари произвел доброе впечатление. Маленький, чистый, спокойный, с красивым собором на берегу моря, с вереницей рыбацких лодок на пляже. Если б я родилась индианкой, то, пожалуй, согласилась тут жить. В этот день мы не рассматривали город, а поехали в Сучитрам, в храм Шивы, где вместе со всеми совершили положенный ритуал. Обошли вокруг статуи Шивы, который выглядел как Ганеша, слоноголовый бог, сын Шивы. Нам объяснили, что это он просто принял его образ. Бросили монетку на поднос подошедшему брахману, и умылись священным огнем. А на лбу нам нарисовали пятно из красного порошка кумкумы — знак того, что мы совершили паломничество в храм. Во дворе храма была еще одна статуя Шивы, в виде аскета, находящегося в пещере. А рядом — статуя быка Нанди, ездового животного бога. Мы заплатили другому жрецу монетку и шепнули на ухо Нанди свои желания. Теперь Нанди был обязан передать наши просьбы Шиве. Здесь тоже были огромные каменные колесницы, на которых божества вывозят из храма по праздникам.

Позже нас повезли на пляж Ковалам. Дорога туда опять изумила. Керала не зря считается самым красивым штатом Индии. По обе стороны дороги сверкали чистые озера, окаймленные стройной чередой пальм, зыбко отражавшихся в темной воде. Во всех озерах цвели лотосы. Индианки и мы тоже высовывались из окон и ахали от восторга: "Смотрите! Лотосы! Белые. А здесь красные. А здесь снова белые"! Остановили автобус, и вышли фотографироваться.

Знаменитый пляж Ковалам не произвел особого впечатления. На Гоа есть пляжи красивее. Были здесь живописные рестораны, сплетенные из пальмовых листьев, на песчаном берегу, гостиницы при них, пальмовые рощи, красные скалы и художественно разбросанные камни, и море ласковое, всегда теплое. Но купаться-то было нельзя! Купальники мы не взяли. Зачем только набрали с собой столько теплой одежды и одеял? Солнце жжет невыносимо, а на море можно только смотреть.

Один знакомый иранский художник говорил нам, что в центре пляжа, где скалы, всегда сидит продавец зеленых камней. На них удобно вырезать узоры. Он очень просил разыскать продавца и приобрести эти камни. Пол часа мы разъясняли учителям, для какой цели нам необходимо идти в другой конец пляжа. Им совершенно не хотелось оставлять нас без присмотра, но идти куда-то по такой жаре тоже было лень. В конце концов, отпустили на двадцать минут. Учителя опасались не зря. Стоило нам покинуть группу, как из-за камней появились коварные люди с коварными предложениями.

— Дешевые комнаты на ночь!

— Мадам говорят по-английски? Вот здорово! А у меня есть замечательный гашиш. Может, покурим?

— Ах, вы путешествуйте с колледжем? Под надзором? Какая жалость. В другой раз приезжайте одни. Сразу обращайтесь ко мне!

— Всего доброго! Увидимся позже!

Никто ничего не знал о продавце зеленых камней.

Когда мы вернулись, девушки были перевозбуждены и мокры с головы до ног. Они купались в море в одежде. Индусы всегда так делают. Редко кто умеет плавать, поэтому они радостно плещутся в прибрежной волне, брызгают друг на друга, падают в воду и хохочут. Мужчины могут снять брюки и рубашки, но девушкам обнажаться неприлично, если только они не модели и не получают за это большие деньги. Зато теперь им не было жарко. Мы завидовали. Но в джинсах в соленую воду не полезли.

После пляжа нас отвезли в столицу Кералы Тируванантапурам, накормили и предложили на выбор самим прогуляться в зоопарк или в музей киноискусства. Почти все разбрелись по кафе или просто слонялись по улицам. Здесь мы открыли для себя новый напиток — соленый ласси. Он готовится из простокваши и здорово утоляет жажду. Потом мы приехали в храм, посвященный Шри Падманабхасвами, проще говоря, одной из реинкарнаций Вишну. Но нас туда не пустили. Не пустили даже индийских девушек, которые были не в сари. Правда, в сари можно было обернуться тут же, рядом с храмом, за умеренную плату. Храм только для индусов, так что в сари мы или без, не имело значения. Мы узнали, что упомянутая реинкарнация Вишну покоится внутри храма на священной змее, и пошли в сувенирные лавки. В шкатулке, купленной в тех местах, у меня до сих пор хранятся украшения.

Название города Каньякумари переводится как "Царевна-девица". Считается, что Парвати, прежде чем стать женой Шивы медитировала здесь и мечтала о супружестве. Кроме этого, она в одиночку разбила легионы демонов и освободила землю от их власти. Пилигримы со всей страны приходят, чтобы выразить богине свое почтение. В храме Кумари Амман мужчины снимают не только обувь, но и рубашки. Недалеко от города находится остров, где есть храм, посвященный Деви Канье и музей индийского деятеля Вивекананды. На остров мы добирались на пароме. Доска запретов инструктировала строго "На пароме можно только сидеть. Не фотографировать. Вещи крепко держать". Оказалось не зря. Волны у берегов Каньякумари настоящие океанские, и паром несет на скалистый остров каждый раз, как в последний. Хорошо, что ехать туда только пол часа. Прежде всего, нас, конечно, разули. В индуистских храмах всегда чисто. А тут весь остров был словно выскоблен и вымыт с мылом, ходить по нему было приятно. Мы увидели божественный след Парвати, огромный, обнесенный решеткой. В него кидают монетки и цветы. Посетили музей Вивекананды и зал для медитации. В этом зале было темно, только светилась голубым светом знаменитая индийская мантра, звучащая как "ОМ". С этим звуком Вселенная появляется из небытия.

На пути к гостинице нас встретил скромный мальчик, увешанный гирляндами разноцветных бус из бисеринок и кружевной проволоки.

— Сколько?

— Двадцать пять рупий.

— Что?!

Через пять минут торга оказалось, что бусы стоят две рупии. За такую цену у него скупили все. Тут же повесили на шею, и шли как приверженцы одной секты.

Разместившись в автобусе, поехали в Кодайканал. Ехать пришлось далеко, в сумерках подъехали к горам, а подъем и вовсе проспали.

— Как хоть горы называются? — спросила я индианок.

— Просто горы, — изумленно подняла брови одна из них, — невысокие же.

На самом деле это были Западные Гаты. Горный курорт Кодайканал расположен на южной стороне хребта Палани, на высоте две тысячи сто метров над уровнем моря. Пока доехали до места продрогли, а в гостинице оказалось холодно, как в склепе. Быстро достали теплую одежду, закутались с головою в одеяла (все-таки хорошо, что взяли!), и все равно ночью стучали зубами. Громкоголосые индианочки проснулись, конечно, раньше нас и, окатив себя, как следует, обязательным утренним душем, весело носились по гостинице с мокрыми волосами.

— Бррр, как холодно!— делились они впечатлениями друг с другом. Вода в кране ледяная, я замерзла, пока умывалась.

— Вы же все простынете! — возмущалась Жанна.

— Русские мерзнут? — спросила мадам, преподавательница хинди. — Не может быть. Нам известно, что в России очень холодная зима.

Да, но у нас есть отопление, горячая вода и меховые шубки. Незакаленные, мы не можем падать на снег в тоненьких сари, как это делают индийские актрисы на съемках в Гималаях. А они при этом катаются по снегу и поют страстные песни. В медовый месяц индийские новобрачные обожают ездить в Гималаи. Также как наших тянет на море, их тянет на снег.

Нам не слишком повезло с погодой, все замечательные виды, которые обычно открываются с здешних высот, были скрыты густыми белыми облаками. Все покатались по озеру на катамаране и вокруг озера — на лошадях. Нам предложили экскурсию к водопадам, но мы с Жанной ездоки неважные. А индианки все держались в седле бесстрашно. Когда они успевают всему научиться? Один водопад мы все же посмотрели. В окрестных лесах было целое скопище обезьян. Они ждали, что туристы покормят их чем-нибудь вкусненьким. Мы отдали им мерзкие печеньки. Обезьянки плакали, но ели. Они даже чили едят. А потом мы пошли в тибетский ресторан, где готовят пельмени, жаренные и вареные, но называют их момо. В магазине у горца приобрели себе расшитые яркими узорами шерстяные куртки, так что теплой одежды стало больше. Наше путешествие близилось к концу, уезжать не хотелось. По пути нам встретилось несколько автобусов с выпускниками. Юноши студенты при виде нашего транспорта орали, как сумасшедшие и пытались выпрыгнуть на ходу.

Дорогу вниз мы не проспали. Было страшно. Наш водитель, по-видимому, новичок в этих местах, ехал осторожно и сигналил на каждом повороте. Еще бы, дорога узкая, кажется, что не разминуться на ней даже с лошадью. Всякий раз, когда автобус замирал над пропастью перед неизвестностью, екало сердце. Кудлатые, густо белые, плотные облака льнули к скалистым выступам, а между ними открывались виды на гладкие озера, крошечные деревни и новые горы. А когда заходящее солнце подсветило всю эту картину розовым тоном... Господи, нет у меня слов, описать чудо твоего творения.