Читаем без скачивания Тин (ЛП) - Робинсон Кэндис

— Нет.

Она пойдёт.

Прошло совсем немного времени, когда дыхание Тина выровнялось, и он уснул. Её левая нога онемела там, где Тин давил на неё своим телом. Дороти едва чувствовала ногу, она не могла уснуть в такой позе, поэтому попыталась передвинуться.

Все, чего она добилась, это теснее прижалась к Тину. Девушка замерла, когда почувствовала, как задела нечто твёрдое напротив своих бедер. Дыхание Тина оставалось ровным. Но когда она подвинулась ещё, чтобы вытащить ногу, он проснулся, его тело перестало быть расслабленным.

— Прости, что разбудила, — смущённо прошептала она. — Я хотела устроиться поудобнее.

— Тебе нравится все усложнять, не так ли, — он тяжело вздохнул. — Всё просто. Я сейчас перевернусь на другой бок. А ты, надеюсь, послушаешься и не будешь шевелиться до конца ночи, — затем он отвернулся. Теперь Тин лежал к ней спиной, подогнув ноги, чтобы плащ мог скрыть их. Одна нога Дороти лежала у него на талии, а другая упиралась ему в зад.

— Ну вот, — пробормотал он и тут же заснул.

Через какое-то время она закрыла глаза и почувствовала, как дыхание Тина изменилось: он больше не спал, Дороти решила, что его что-то потревожило. Она протянула руку и провела кончиками пальцев по шрамам, надеясь облегчить боль. Жар от раскаленного железа покалывал её пальцы. Он резко вздохнул, но не сказал ни слова. Даже его любимое «нет».

Она опустила ладонь и погладила грудь там, где было его каменное сердце, вспоминая о том, каким он был раньше. Ей захотелось узнать, какова его кожа на ощупь, если бы она провела пальцами под его рубашкой.

Хватит, Дороти. Ты находишься посреди леса, кишащим дикими тварями, которые, возможно, наблюдают за каждым твоим движением, и как ты можешь думать о прикосновениях к нему в такой момент? К тому, кто был просто несносен? Хотя она и понимала, почему он такой, какой есть.

Хлопанье крыльев послышалось снова, и она не смогла сдержать лёгкую дрожь, прижимаясь к теплому телу Тина. Даже если бы у неё был дробовик, пуль не хватило бы, чтобы убить их всех.

Глава 7. Тин

Если одной ночи в объятьях Дороти было недостаточно, чтобы свести его с ума, то второй — вполне. Будь прокляты эти пикси, из-за, которых им пришлось провести ночь под его плащом. Летающие обезьяны, как называла их Дороти. Без сомнения, это был ещё один термин, которому она научилась у Глинды. Почему она хотела отправиться к этой тупой ведьме, было выше его понимания. Кроу — другое дело, вместе они путешествовали по Оз, а Глинда всего лишь подарила ей серебряные туфли. Глинде следовало защищать Юг от Ленгвидер, которая всеми силами пыталась его захватить. Тин промолчал, что Ленгвидер владеет западными территориями, потому что не хотел упоминать её имя.

— Пожалуйста, расскажи, что это за городок, — Дороти поспешила к Тину, указывая на поселение, виднеющееся среди деревьев. Целый день они не видели ничего кроме леса, поэтому он не мог винить её за вспышку любопытства. Ещё один день их молчаливого путешествия подошёл к концу. — Это ведь не галлюцинация?

Вид соломенных крыш и покосившихся домов был не слишком гостеприимным. Города означали фейри. Фейри означали неприятности. Но дорога из жёлтого кирпича пролегала прямо по центру города. За эти годы Тин обошёл почти весь Оз, но никогда не бывал на территории Ленгвидер.

— Нет, это действительно город, — ответил Тин.

Но они не пойдут через него. Им нужна дорога, но они легко найдут её, обойдя стороной этот маленький очаг цивилизации. Если продолжат двигаться, то уже вечером окажутся на Юге. Даже если остановятся на привал, то все равно окажутся на месте на день раньше намеченного срока. Отдых же в городе затормозит их, и они прибудут день в день, хотя и Тин не планировал проспать всю ночь. Но Дороти еле волочила ноги и, казалось, могла рухнуть от лёгкого дуновения ветерка.

— Не могу дождаться, когда приму ванну и съем что-то кроме орехов, — она мечтательно вздохнула и закрыла глаза.

Тин прикусил язык, чтобы не напомнить ей, что он охотился за их обедом несколько часов назад. Мясо было жестким и его было не слишком много, но достаточно сытным. Ему даже не пришлось охотиться за второй порцией.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— И поспать в постели… В одиночестве.

Последнее добавление к ее списку заставило Тина нервничать. Разве ей было так неприятно спать рядом с ним? Ведь он держал свои руки при себе. Хотя его очевидное влечение к ней было слишком явным, когда она прижалась к нему своим телом. Он знал, что прошлой ночью она почувствовала его желание, но плащ был недостаточно большим, чтобы он мог держаться от нее на расстоянии. Зачарованная ткань спасла их от чудовищных пикси, а тепло его тела не давало ей замерзнуть, когда стало холоднее. Как бы он не хотел этого признавать, но его каменное сердце дрогнуло, когда она коснулась его шрамов. Ее пальцы без тени отвращения провели по его изуродованному лицу, а потом рука легла на его грудь, как будто это было самым естественным в мире. Даже шлюхи, которым он платил, не прикасались к нему и не смотрели ему в лицо. Но Дороти… Её тепло, ее сострадание даже сейчас посылали через него гудящие вибрации.

— Мы не остановимся, — сказал он, прежде чем смог остановится.

Дороти недоуменно уставилась на него.

— Что, прости, ты сказал?

— Мы продолжим идти.

— Я же сказала тебе, я найду Кроу. Я осталась с тобой только на один день, потому что ты обещал, что мы найдем город, а мне нужны припасы, — он должен был догадаться, что она не оставит попыток найти Кроу.

Тин фыркнул. Даже с припасами она не протянула бы и дня на дороге из желтого кирпича без него. Изумрудный город был еще более опасным из-за продолжающихся боев. Почему Дороти предполагала, что Кроу все еще будет там, ему невдомек. В каком бы состоянии сейчас ни находился его мозг, Кроу был достаточно умен, чтобы не болтаться там, когда идет ожесточенная борьба за власть.

— Мы нашли городок, — он указал на сонную деревню. Дым поднимался из труб, но улицы были пусты, поскольку феи попрятались по домам на вечер. Запах жарящегося мяса наполнял воздух даже на расстоянии. Было бы ложью сказать, что от этого у Тина не потекли слюнки, хотя он знал, что это того не стоит. — А теперь обойдем его.

Дороти поджала губы, её глаза угрожающе блеснули, и она рванула с места в сторону домов.

Тин стоял ошарашенный её дерзостью. Она была единственной, кто не боялся его гнева, и открыто бросала ему вызов.

Дороти была почти у окраины города, когда он бросился за ней. Нагнав, он схватил ее за запястье и рванул на себя. У девушки вырвался резкий вздох, когда он прижал ее к широкому стволу дерева, поймав в ловушку своим телом.

— Ни один здравомыслящий фейри не отправится в Изумрудный город.

— Я не фейри, и меня много раз называли сумасшедшей, — сказала Дороти, в ее глазах пылал гнев. — Если твое сердце снова окаменело, возможно, мозг Кроу тоже перестал работать. Он все еще может быть там.

Тин выругался себе под нос.

— Даже до того, как Кроу вставили мозги на место, он не был таким глупым, так что не будь наивной. Ты не уйдешь, пока мы не доберемся до Лиона.

Она толкнула его в грудь, но он не двинулся с места от ее слабой попытки.

— Я не твоя пленница, Тин. Ты не можешь заставить меня остаться с тобой.

— Я заключил сделку, и я всегда выполняю её условия.

— И это все, что я для тебя значу? Глаза Дороти сверкали гневом. — Работа?

Так ли это? На его челюсти дернулся мускул. Она была работой, но все ли это? Дороти не похожа на всех, кого он знал — она ​​превратилась в бесстрашную, решительную женщину. Но также она была наивной, сострадательной, смелой… Его взгляд упал на ее губы, и он наклонился. Еще дюйм — и он поцелует ее. Как он хотел преодолеть это расстояние. Узнать, какова она на вкус. Он подавил стон при этой мысли.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Она была работой. Скоро ее лицо — это безупречное лицо — больше не будет принадлежать Дороти. Оно будет стоять в стеклянном коробе или, что еще хуже, на плечах Ленгвидер. Будет ли Лион заниматься любовью с ней, пока она будет носить голову Дороти? Откроются ли ее губы, чтобы он мог исследовать его своим языком? Будет ли смотреть в эти теплые карие глаза, когда войдет в нее? Сильная волна гнева захлестнула Тина, и он наклонился, касаясь носом нежной кожи на ее шее, чтобы успокоиться.