В телефонном консультировании жизненно необходимо, чтобы эти взаимоотношения оставались «тонкими» (thin), как определяет их Кэрол Гиллиган (Blum, 1988), в отличие от «плотных» (thick), к которым относятся все связи и отношения, возникающие в остальной жизни абонента. У волонтера обычно не бывает никаких предыдущих контактов с собеседником, какой-либо совместной отягощающей истории; они не являются родственниками или членами одной семьи. У них нет возможности продолжить взаимоотношения, которые потому и остаются «тонкими», существуя ровно столько, сколько длится беседа. Как только она завершается, «тонкие» отношения прекращают свое существование, то есть по своей природе они являются ситуационными, краткими и возникают при специфических обстоятельствах.
Разумеется, «тонкие» отношения не означают, что волонтер не испытывает никаких теплых чувств к абоненту, и их беседа представляет что-то вроде общения роботов, избегающих настоящих человеческих взаимоотношений. Как уже упоминалось, абонент, в разумных пределах, является тем единственным, кто реально существует для волонтера в момент беседы. Это означает, прежде всего, что его внимание сосредоточено на абоненте, его (ее) чувствах, отношении к происходящему и его (ее) нуждах. В течение всей беседы абонент получает внимание и заботу волонтера, проявляющего сочувствие и участие к обсуждаемой проблеме. Что же представляет собой забота и теплое отношение, проявляемое волонтером?
Заботливое отношение (Caring)
В своей книге «Забота. Женский подход к этическому и моральному воспитанию» Нел Ноддингс (Noddings, 1984) приводит следующее определение заботы как теплого и небезразличного отношения, данное в свое время Милтоном Маероффом: «Проявлять теплоту и заботу по отношению к другому человеку, в наиболее значимом cмысле этих слов, означает помогать ему расти и актуализировать себя». Сама Ноддингс продолжает: «Осознание реальности другого человека, как можно более полное чувствование того, что он испытывает, является совершенно необходимой частью заботы (caring) с точки зрения проявляющего ее человека» (Noddings, 1984).
Оба эти определения вполне подходят для описания взаимодействия собеседников Горячей Линии. Волонтер должен осознавать реальность другого, знать и понимать его проблему, сочувствовать, насколько это возможно, горю и озабоченности человека на другом конце Линии. Однако ему важно соблюдать осторожность и разборчивость в проявлении этой заботы. Ибо заботиться о другом – вовсе не означает подавлять человека или вмешиваться в избранный им образ жизни. С другой стороны, избегать непосредственного вмешательства в дела или неприятности собеседника не означает «аннулирования» абонента и его обращения, или отношения к нему, как к чему-то незначительному.
Само по себе «вхождение» в беседу, в реальность другого человека, является центральным моментом этих взаимоотношений. Волонтер осуществляет его с помощью эмпатического выслушивания, неосуждающего и деликатного расспроса и, при необходимости, предлагает обратиться за очным консультированием, если оно служит интересам абонента. По окончании собеседнику предлагают обратиться еще раз, понимая, что общение продолжит другой волонтер в свою смену. Это способствует беспристрастности в отношении поступающих обращений и предотвращает возникновение зависимости абонента от конкретного волонтера.
Действуя описанным образом, волонтер помогает абоненту улучшить его самоосознание, и, возможно, научиться новым способам разрешения личных проблем, что повысит интенсивность проживания его (ее) жизни, обогатит новым личностным ростом и обратит на путь самоактуализации, который является чрезвычайно важным для достижения зрелости.
В согласии с приведенными определениями Маероффа и Ноддингс, вполне справедливо утверждать, что волонтеры должны быть прежде всего заботливыми. Тогда они соответствуют требованиям вхождения в жизненную реальность другого, сочувствия (эмпатии) и оказания помощи человеку для продолжения личностного роста, ведущего к самоактуализации. Забота проявляется в каждой беседе и по отношению к каждому абоненту, независимо от содержания и особенностей процесса консультирования. Ранее она была охарактеризована как ситуационная, существующая лишь во время беседы. Но означает ли это, что волонтер начинает проявлять заботливое отношение, поднимая трубку, и прекращает его, когда беседа завершается? Или же в каждом волонтере присутствует более широкий спектр феноменов заботы?
Перед тем как рассмотреть этот важный вопрос, стоит обратиться к некоторым искажениям заботливого отношения, влияющим на взаимодействие между волонтером и абонентом. Под видом заботы они губят позитивные наработки, которые может принести каждый звонок.
Искажения заботы
В любом хорошем деле всегда остается возможность искажения добрых намерений. Забота, проявляемая при работе на Линии, представляет собой тонкое равновесие между поддержкой, оказываемой абоненту, и реальной возможностью того, что волонтер окажется чрезмерно вовлеченным в обстоятельства личной жизни собеседника. Роберт Вузноу в своей книге «Акты сострадания» (Wuthnow, 1991) отмечает: «Терапевтическая перспектива является наиболее правомерной в жизненном опыте заботящихся людей. Но она одновременно предполагает наличие вполне естественных допущений: во-первых, что существуют более и менее здоровые проявления заботы; во-вторых, что она связана с необходимостью непосредственной интенсивной работы эмоций и даже настоящей эмоциональной включенностью; и в-третьих, что эта работа влечет за собой определенный риск, и ее следует выполнять корректно, сохраняя свое здоровье и благополучие другого человека». <…>
Именно поэтому волонтеры тщательно обучаются и работают под пристальным наблюдением (супервизией), чтобы абоненты на деле чувствовали, что Линия и ее волонтеры проявляют к ним реальную заботу. В этой связи предпринимаются любые усилия, чтобы обеспечить проявления здоровых способов заботы и выявить потенциально опасные ситуации еще до того, как они возникнут. Забота, предоставляемая Линией, требует прежде всего интенсивной непосредственной эмоциональной работы и в качестве обязательного компонента включает эмоциональную вовлеченность, особенно в серьезных случаях кризисных обращений. Поскольку эти проявления связаны с естественным риском, то их использование должно быть адекватным, чтобы предотвратить развитие отклоняющихся тенденций у абонента или волонтера. Тем не менее, встречаются случаи, когда забота становится искаженной или даже извращенной, и тогда приходится прилагать немалые силы, чтобы возвратиться в русло искренней и заботливой терапевтической работы.
Искажения заботы возникают, если волонтер оказывается недостаточно обученным или работает без надлежащей супервизии. Они могут обусловливать целый ряд проблем в его деятельности, например синдром сгорания, причинение реального вреда абоненту или даже возникновение насущной опасности для благополучия обоих собеседников, ведущей к ситуации, угрожающей жизни. Хотя последние эксцессы и являются редкими, их следует уметь предотвращать. Прежде всего возникает вопрос – что следует именовать искажением заботы волонтера? Существуют ли вообще отклоняющиеся формы его поведения, которые вступают в противоречие с основными целями Линии и интересами абонента? С полным основанием можно заявить: да, они имеют место и проявляются следующим образом.
В соответствии с обычным пониманием слова, «эгоист» – это человек, сосредоточенный лишь на своей личности и ставящий свои запросы выше интересов остальных. В контексте работы Линии – это сотрудник, для которого собственные интересы оказываются выше потребностей абонента. Помня о возможности такого отношения, правила работы кризисных линий, например, в г. Джольет, штат Иллинойс, фиксируют, что именно потребности абонента всегда должны стоять впереди всех остальных обстоятельств. Кстати, поэтому в помещении Линии не разрешается устанавливать телевизор. А трубку телефона рекомендуется снимать не позже третьего сигнала зуммера. Нельзя откладывать начало беседы до завершения привлекательного места в телепередаче. Вообще, эти и другие отвлекающие ситуации в ходе дежурства побуждают волонтера к тому, чтобы как можно скорее успокоить страхи абонента, не вникая в сущность беседы, и быстрее завершить неизбежно становящийся поверхностным диалог. Кроме того, если волонтер чем-то отвлечен, то он вряд ли уловит невербальную сторону общения во время беседы, и тем самым подвергнет абонента серьезному риску остаться не услышанным. Подобное поведение является существенным нарушением контракта (договора) относительно проявления заботы, который заключает каждый волонтер, приступая к работе на Горячей Линии. Заключая контракт, он по своей воле отдает себя в распоряжение абонента, откладывая удовлетворение собственных запросов и потребностей, которые могут возникнуть в ходе дежурства. Таким образом, «не-присутствие» в беседе является первым из искажений заботливого отношения.
