Защищая принцип непредубежденного и свежего взгляда, Макс Сингер приводил примеры не только из вашингтонской сферы: среди клиентов института есть промышленные корпорации, городские муниципалитеты. Взять, к примеру, крупнейшую сталелитейную корпорацию «Юнайтед Стейтс стил» или другую большую корпорацию, говорил он. Высшие ее администраторы слишком заняты текучкой, у них физически нет времени взглянуть на дело шире, с точки зрения завтрашнего дня. Кому же поручается эта важнейшая задача? Экспертам-консультантам той же корпорации, не занимающим высокого положения. Предположим, что они пришли к важным, верным и смелым решениям. Но прислушаются ли к ним всерьез? У них нет достаточного авторитета, тогда как у учреждений типа Гудзоновского института авторитет велик — прежде всего авторитет его главы и директора Германа Кана.
Вернемся к «РЭНД» — не только к методу, но и целям. И к вопросу о том, кто черпает из этого резервуара. Проект «РЭНД» (сокращение от слов «Research and Development» — исследование и развитие) возник в марте 1946 года по инициативе начальника штаба ВВС США генерала Арнольда, желавшего и после войны оставить группу ученых при бомбардировщиках и первых атомных бомбах для «продолжения программы научного изучения и исследования с целью рекомендации военно-воздушным силам предпочтительных методов, техники и средств».
На государственной службе оклады в то время были слишком малы, чтобы прельстить ученых, и потому на первых порах генерал Арнольд пристроил свой проект филиалом к авиационной корпорации «Дуглас эркрафт компани». Первый доклад, вышедший из «РЭНД», сразу как быка за рога взял будущее: «Предварительная конструкция экспериментального космического корабля, вращающегося вокруг Земли»,
В 1948 году «РЭНД» стала «независимой неприбыльной корпорацией», субсидируемой фондом Форда и более живучей, чем материнская «Дуглас эркрафт компани», недавно слившаяся с авиационной корпорацией «Макдоннел». В ее стенах выросла плеяда «стратегических мыслителей». В списке своих заслуг «РЭНД» числит, например, изучение вопроса о дислокации баз американских стратегических бомбардировщиков, предпринятое экономистом-статистиком Албертом Уолстеттером. Ученый, не имеющий прямого отношения к Пентагону и ВВС, в начале пятидесятых годов подверг сомнению концепцию, согласно которой упор делался на заморские базы. Изучив вопрос на разных уровнях, «РЭНД» рекомендовала Пентагону пересмотреть эту концепцию и сконцентрировать действующие базы стратегической авиации на территории США, отведя заморским базам роль перевалочных и заправочных. Уолстеттер и его коллеги провели около ста совещаний с военными и правительственными чинами прежде, чем их совет был принят.
В официальном отчете «РЭНД» за 1966 год сообщается, что с ВВС — главным клиентом корпорации, которому было посвящено 70% ее «усилий», — заключено новое пятилетнее соглашение, по которому «РЭНД» получает заказы на 75 миллионов долларов. 23% «усилий» отдано другим ведомствам Пентагона и НАСА — правительственному агентству по космосу. По оплаченным заданиям своих клиентов «РЭНД» подготовила в 1966 году 335 меморандумов и 8 докладов по вопросам стратегическим, тактическим и «контрповстанческим», политическим (от «культурной революции» в Китае до аграрного развития в Перу), научно-техническим, по системам связи и т. д.
«Стратегические исследования», сообщает отчет, касались широкого круга проблем— от новых концепций стратегии и дислокации вооруженных сил до практических рекомендаций по увеличению эффективности существующего ядерного и авиационного потенциала. Изучали, например, «последствия ядерной войны с точки зрения биологической и окружающей среды... степень первоначальных жертв среди населения, исходя из гипотетических нападений разных масштабов, и последствия неравномерностей в выживании различных групп населения для их деятельности в период после нападения...»
«Контрповстанческие исследования» были в основном посвящены Вьетнаму: «...Наше внимание по необходимости было сосредоточено на Юго-Восточной Азии, но наши исследования по контрвосстаниям предназначены также для использования в других районах, где могут произойти восстания, для извлечения из вьетнамского опыта таких уроков, которые могут быть применены в других районах.
Изучение политики и практики Вьетконга намного увеличилось за 1966 год. Ряд аналитических исследований был почти готов к концу года, включая изучение операций Вьетконга на уровне деревни, вьетконговскую практику рекрутирования, роль коммунистической партии в Национальном фронте освобождения, воздействие бомбежек Северного Вьетнама на мораль северовьетнамских сил, действующих на Юге. Исследования, ведущиеся в настоящее время, включают изучение действий нескольких батальонов Вьетконга в дельте реки Меконг, поведения беженцев, эффекта применения гербицидов и операций по обезлесению, экономической стратегии и деятельности Вьетконга...»
Сколько людей — дополнительно и дешевле — убито по их рекомендации? У «РЭНД» еще нет метода, который определял бы коэффициент ее полезности путем учета загубленных вьетнамских жизней и сэкономленных американских. Но атмосфера общественного остракизма густеет над милитаризованной наукой, и «РЭНД» остро нуждается в гражданской маскировке, чтобы сгладить скандальную репутацию, даже чтобы уцелеть. Речь опять же о молодых, одаренных людях — при нынешних восстаниях против милитаризации университетов их все труднее заполучить, потому что все-таки работает ветхозаветный принцип: мне отмщение, и аз воздам...
Через год после короткого визита в «РЭНД» я узнал из американской печати, что шесть ее сотрудников публично, хотя и в качестве частных лиц, выступили против продолжения вьетнамской войны, настаивая даже на одностороннем выводе американских войск, — не по моральным соображениям, а убедившись, что военная победа недостижима, а сама война политически невыгодна и нецелесообразна. Теперь «РЭНД», не отказываясь от ВВС — своего главного заказчика, рекламирует начинания в области мирной. Одним из них был заказ на шестьсот тысяч долларов от мэра Нью-Йорка с поручением применить комплексные методы к нью-йоркским проблемам, внести рекомендации по вопросам пожаров, полиции, здравоохранения, жилищного строительства. И «РЭНД» снарядила экспедицию не за Тихий океан, а на Атлантическое побережье США, открыла выездную штаб-квартиру на Медисон-авеню, и глава группы с характерной, уверенной небрежностью заявил: «Если вы утверждаете, что Нью-Йорк делает на нас ставку, я вынужден буду согласиться».
Нью-Йорк делает ставку на их «методологическое искусство». Пока они изучали операции партизан на уровне вьетнамской деревни, масса проблем накопилась в американских городах: горят кварталы в дни негритянских мятежей, полиция бессильна сладить с преступностью, отравленным воздухом все труднее дышать, через автомобильные пробки — пробиваться. В отчете «РЭНД» за 1968 год после военных проблем следуют «домашние», а в списке клиентов за авиационными генералами стоит мэр Нью-Йорка.
■С Германом Каном мне довелось встретиться незадолго до поездки в Лос-Анджелес. В день визита в Гудзоновский институт директор был в отъезде, но Макс Сингер, президент и главный администратор, обещал свидание с патроном и сдержал обещание. Герман Кан в общем охотно идет на беседы с советскими журналистами, хотя по опыту знает, что наш брат его не щадит — «стратегический мыслитель», автор книг «Мысля о немыслимом», «О термоядерной войне», «Об эскалации», «Год 2000-й; рамки для предположений» выше этих мелочей. А кроме того, американцы частенько безразличны к характеру славы: скандальная, но пусть будет! Исходя от противника, она не помешает, а скорее поможет при получении заказов, а наш футуролог и термоядерный сценарист работает по заданиям клиентов. Например, его книга «Об эскалации», ужаснувшая многих скрупулезным подсчетом всех возможных сорока четырех ступенек в ад — от «мнимого кризиса» до финального «спазма», представляет конечный результат заказа корпорации «Мартин Мариэтта».
Нас, вдвоем с Георгием Николаевичем Остроумовым, ответственным секретарем редакции «Известий» и научным популяризатором по влечению, Герман Кан принял в манхеттенском особняке «Центра межамериканских отношений». Центр возглавляет банкир Дэвид Рокфеллер, один из пяти братьев, которые как бы курируют Латинскую Америку от имени американского капитала и правительства. Кан консультирует этот центр, как и ряд других организаций, приплюсовывая гонорары к годовому директорскому окладу в 35 тысяч долларов в Гудзоновском институте (сам он считает, что мог бы делать вдвое больше денег, и действительно, по американским масштабам сумма невелика для человека его известности).
