Беги, куколка, беги. Так всем будет лучше.
— Гор, вот ключи, — тихо прошептала Ави.
Беги, кукла, беги же!
Она торопливо вынула связку из кармана джинсов, сделала шаг к двери, но хриплый голос заставил ее замереть на месте.
— Филипп, — проговорил Гор, стоя лицом к окну и глядя на здание общежития бессмысленным взглядом.
Секунда и он сам лично поставит крест.
— Что? — не поняла девушка.
Гор вздохнул, скрестил руки на груди и повернулся к девушке. На лице — непроницаемая холодная маска.
— Меня зовут Филипп Пятигорских.
Вот она точка. Оказывается, больно. А Гор думал, будет легче.
Аврора затрясла головой.
— Ты — Гор, — повторила она, словно напоминая себе, и будто старалась убедить его.
— Это кличка, — возразил Гор, — Я Филипп Пятигорских, сын Ящера.
— Прозвище, — машинально поправила Ави, — Кличка у животных.
— А я и есть животное, — все также холодно сказал Гор. Он смотрел на ее лицо, в ее глаза. Четко распознал, когда до Ави дошел смысл того, о чем Гор хотел ей сказать.
— Ты? Ты…ты… — шептала девушка.
— Да, — не стал возражать Гор.
— Как ты мог… — прошептала Ави, а по ее лицу текли горячие слезы, — Мы ведь живые, мы не твоя собственность. Мы… Папа… Ты все забрал… Зачем тебе?
Гор молчал. А что сказать? Раньше, когда он не был знаком с куклой, не знал, какая она, все было как-то неважно. А сейчас все изменилось. Да только прошлое он изменить не может.
Аврора вышла из квартиры Гора. Парень заставил себя считать до сотни. Потом обулся, взял ключи, телефон, и вышел вслед за куклой. Оказавшись на улице, поискал взглядом хрупкую фигурку. Девушка, сутулясь и опустив голову, шла в сторону общежития. Туфли она несла в руках, прижимая их к груди. Она шла медленно. Шла и не замечала, что наступает на острые камни, мусор, битое стекло. Зато это видел Гор, неосознанно морщась от ее боли, подмечал, как ее плечи вздрагивают. А перед глазами стояло ее потерянное лицо.
Убедившись, что кукла добралась до общаги, Гор вернулся к дому. Но не стал подниматься. А позвонил по телефону. Спустя десять минут возле высокой фигуры парня притормозила машина. Сев в салон, Гор откинулся на спинку, сжал переносицу пальцами.
— Домой, — скомандовал он.
6.
Больно. Сердце щемило. Но таблетки не помогут. Аврора точно знала. Хотелось курить и уснуть, а потом и не проснутся вовсе. Хотелось к маме, к папе, к брату. Но они там. Далеко. По другую сторону. А она здесь. Одна. Еще час назад у нее была надежда. Казалось, у нее появился человек, рядом с которым она не чувствует одиночества. Забывает горе. Но нет. Он — и есть ее горе.
Балкон, пачка сигарет и воспоминания. А еще слезы. Ави плакала, мысленно перебирала картинки в памяти.
Ее отец был барменом. У него была репутация, уважение и признание на международном уровне. Постоянные разъезды, мастер-классы, выступления. Он брал учеников, и после его школы выходили отличные бармены. Как Ави. Поднакопив, Михаил Михайлов взял заем в банке и купил помещение под бар в центре города. Михайлов назвал бар 'Утренняя звезда', в честь дочери. Перспективы были отличные. Дело развивалось. Михайловская школа процветала. Долг банку — почти выплачен.
Аврора восхищалась отцом. Еще с детства, когда после школы прибегала к нему на работу, за что получала от мамы нагоняй. Брат подался в спорт, и увлечением отца не очень интересовался. Колька был боксером. У него получалось. Соревнования, турниры, перспективы. А потом вдруг случилась травма. Всего лишь вывих плеча и легкое сотрясение. Но этого хватило. С чемпионата его сняли. А Колька не вынес. Ринг звал. Азарт и адреналин кипели в крови. И брат подался к нелегалам. Бой. Второй. Третий. Ему везло, он побеждал. Честно побеждал. До тех пор, пока на него не поставили влиятельные люди. А другие, не менее влиятельные поставили против. Пришли к нему перед боем и вежливо попросили 'лечь'. Колька был молодым, горячим и справедливым. Дал в морду. Бой выиграл. Но до утра не дотянул. Шальная пуля, так сказали менты, появившись на пороге дома Михайловых. Сердце матери не выдержало такой новости. Она тихо умерла во сне, оставив дочь-подростка и мужа. Спустя неделю выяснилось, что у Кольки были большие долги. Отец отдал все свои накопления. И вроде бы хватило. Еще два года Аврора с отцом потихоньку сводили концы с концами. Но потом на пороге их бара появился человек в строгом дорогом пиджаке. Осмотрел помещение и сказал, что сын Ящера очень сильно хочет купить именно этот бар. Но был послан далеко и надолго. Человек ушел. Но на следующее утро появилась целая бригада. Небольшой разгром. Казалось бы, ничего ведь страшного. Но Михаил отдавать свое не хотел.
Последним воспоминанием Авроры стало бледное лицо отца и беспощадный непрерывный звук пищащих приборов в палате реанимационного отделения.
Похоронив отца, Аврора столкнулась с юристами. И в итоге вышло так, что бар уже и не ее. А все, что у нее было — долги поставщикам. Пришлось продать квартиру и перебраться в общежитие. Вырученные деньги Аврора отдала в счет долгов и расплатилась с персоналом. Остаток положила на счет в банке. Но поскольку сумма была довольно скромной, просто держала их на черный день. А сама пыталась выживать в безумном и несправедливом мире. Все два года она четко помнила, кто виновен в ее бедах. Сын Ящера. Нет, в смерти Кольки и мамы она его, естественно, не винила. Но вот отец погиб по его прихоти. Умные люди рассказали, кто такой Ящер. И Аврора понимала, что шансов на месть, или хотя бы на справедливость, у нее нет. Посоветовали забыть все и жить дальше. И она послушалась.
А теперь она лично познакомилась с сыном Ящера.
Аврора курила третью сигарету. Давно ей не было так больно. Взгляд постоянно возвращался к дому напротив. Казалось, вот именно сейчас на крыше появится парень с оголенным торсом в черных широких штанах. Начнет тренировку. А она все также с замиранием сердца будет наблюдать за его игрой с удачей. Будет, затаив дыхание, смотреть, как он шагает по краю, едва успевает удержаться, заставляя тело совершать невообразимое.
Нет. Это было раньше. Теперь она не сможет смотреть на него. Не теперь, когда знает, кто именно тренируется на той крыше.
А перед глазами возник Гор. Гор. Так ей легче его называть. Не соглашаясь объединить этих два человека. Гор и Филипп.
Высокий, широкие плечи, черные будто ночь волосы, коротко острижены на затылке, а на лоб падает косая челка. Темно-ореховые глаза, почти шоколадные. Нос с горбинкой. И сильные руки. В таких не страшно. Такие заставляют забыть обо всем. Такие уберегут и укроют от невзгод. А еще причинят непереносимую боль.
