Читаем без скачивания 1647 год. Королева Наташка. - Павел Кучер

— И как меня булочнику представили? — не иначе, Фриц «главным бухгалтером» своего феода назначил… Позор! Вчера, целый день, тысячными суммами крутила, а сама, за кофе с булочкой — чудом расплатилась. А мужик с булками, как на грех, персонально от меня денег ждал, словно от принцессы…

— Канцлер Священной Римской Империи!

Лист одиннадцатый. Статистика — наше всё

Пока мы развлекались булочками с кофе (чай, в Европе, считается за драгоценный деликатес, гм, будем отвыкать) — за окном рассвело окончательно. Открылась довольно таки широкая (хотя меньше, чем казалась в тумане) площадь, пестрая от разноцветных мокрых булыжников. На дальнем её краю проявилась из мглы стоянка самолетов. Маленьких одномоторных штурмовиков, судя по разметке, здесь базируется штук шесть. Увидела только два. Биплан (вроде древнего тренировочного У-2 с Земли-1) и ещё с одинарными крыльями, покрупнее. У обоих, по бокам, подвесные штуковины. Не то — дополнительные баки, не то — контейнеры для вооружения.

Давешняя бочка с горючим обнаружилась там же. Значит, не к нашему длиннокрылому красавцу ехала. Полоса оказалась вообще пустой… Получается, что пилоты высадили меня, дождались солнышка и полетели дальше. Не думала… Ну, да ладно, позывные у меня записаны. Надо будет — свяжемся. Кстати, про окончание полетов я погорячилась. Просто забыла, что Эзель — крупный анклав и здесь базируется собственная авиация, малого радиуса действия. А из здания КДП меня вежливо попросили — начал подходить народ, стало шумно и тесно, вдобавок, голова разболелась. Выбралась на свежий воздух. Ждать попутчиков до Аренсбурга (так тут называют старый епископский замок, где собственно располагается База). За те минуты, что я просидела на бревнышке у стены, один из самолетов успел уехать со стоянки и взлететь, два других сели, прикатили поближе к бочке и стали заправляться. Ещё один — шикарно выехал на середину площади, не стопоря винтов, быстро принял в контейнеры под крыльями заранее сложенный там груз и снова поднялся в воздух. Напряженно они летают… Похоже — со вчерашнего дня. То-то, и у дежурного, и прочих, от бессонной ночи — круги под глазами…

Наконец, ночная смена толпой вывалилась наружу. У меня отняли рюкзак, и все дружно зашагали, по узкой дороге, к мосту через крепостной ров. За рвом зеленели мхом и свежей травой покатые земляные валы, в некоторых местах укрепленные каменной кладкой. Мост упирался прямо в такое место, зияющее входом в подземный тоннель. Лезть через вал не понадобилось — прошли его насквозь. За валом открылась приличных размеров поляна, с квадратным рыцарским замком посередине. Добрались! Народ как-то сразу рассосался… Остался коренастый парень, подхвативший мой рюкзак. Сказал, нам по пути. Справа за замком обнаружилась россыпь одноэтажных белых домиков под красной черепицей. Замок, своей тушей загородил их со стороны моря. Здесь? Не казарма… Скорее, общежития старшекурсников. Мне сюда? Спасибо! Куда стучать? Найду?

Вошла и нашла. На массивной двери, из темного дерева, в торце маленького коридора — лист бумаги. На листе, вензель плакатным пером, черной тушью. Переплетающиеся большая латинская F и арабская четверка. Ниже — размашистое «Willkommen!» И тишина… Совсем никого. Подошла… Постучала… Потянула дверь на себя — открылась. Вошла. Узенькая комната с одним окном. Две деревянных койки под серыми шерстяными одеялами. Два стула… Стол… На столе — скипидарная лампа, глиняная бутылка с крышкой и две кружки. Зато рядом — телефон. Нормальный такой, из светло-коричневого лакированного дерева, с телеграфным ключом в качестве номеронабирателя. Шикарно! Можно выйти в сеть, как с обычной рации. Ага, вот и список номеров, на стене. Не фига себе — у них тут АТС! Жируют, товарищи. Даже на старой Базе ручной коммутатор! Пустая оружейная пирамида — у двери слева, пустая вешалка — справа. Сосулька твердотельной лампы накаливания — под высоким беленым потолком. Так-с, выключатель поворотного типа — имеется. Латунный рукомойник над латунным же ведром (у нас бы была нержавейка) и рядом — кусок мыла. Кстати, зеркало… Мама дорогая! Это — я? Хорошо, что Фриц не видит… Добро пожаловать в «королевские апартаменты», госпожа рейхсканцлер!

Выскользнула в коридор. Двери без замков, только внутренний крючок. Санузел — в противоположном конце дома. Душевая, рядок кранов над желобом, а рядом, за стеной — две «ячейки задумчивости». И горячая вода… Кто-то включил на малый газ водогрейку. Мелочь, а приятно. Так, быстро-быстро потрошим рюкзак… Глаза уже слипаются, но надо ощетиниться… Хорошо! Даже шлепки, с деревянными подошвами, отыскались. Цок-цок-цок! По коридору — туда… Теперь — обратно. Дверь — на крючок… Судя по щели в косяке — если что кому надо, откроют. А случайно — не войдут. Которая из кроватей моя? Наверное, та, где сверху ничего не лежит. Пододеяльников тут не водится (фи, казарма!), просто — вторая простыня, под подушкой… Ну, и ладно… И ничего меня больше не волнует… Спать, спать, спать! Бр-р-р-р! Дзинь-дзинь! Бр-р-р-р! А? Что? Телефон?!

— Наталья Сазонова слушает! Привет! Уже… Всё в порядке. Запомнила… Позвоню… Целую…

Интересно, где Фрица носит? Помехи, словно забрался к черту на кулички и по переносной рации сюда докричался… Хм, может попробовать родне позвонить? Выход на радиоканал и цепочка позывных имеются… Глаза слипаются! Хватит над собой издеваться… Кому надо — уже знают. Все остальные — идут лесом. Отбой!

Остров Эзель. Крепость Аренсбург.

Кто как, а я, на новом месте, всегда сплю отлично. Главное — сразу задать установку, когда проснуться. Не люблю, если будят. Поэтому и с радио в ухе спать не люблю. Есть у нас специально выделенная частота — «Подъем». Там четко, четыре раза в сутки — писк. Для любителей дрыхнуть придумано. Такой принудительный будильник нам не нужен! Между Ангарском и Эзелем 6 часов поясного времени. Легла в полседьмого, сдвиг на 6 часов специально сделала в полете. Вторые сутки нового ритма. После бессонной ночи — чувствую себя почти штатно.

Проснулась сама. Чуток ещё понежилась под одеялом, потом прикинула высоту солнышка над горизонтом в окне… Удачно, на запад смотрит. Около трех дня, по местному времени. В комнате прохладно. Что-то вылезать из-под одеяла мне не особенно хочется… Опять же — льняные простыни. Гладенькие… Так бы на них и провалялась, до самого вечера. Скоро, наверно, понадобится в полный рост изображать из себя аристократку. Ночами — балы, а отсыпаться до обеда? Или, это в XVIII веке французы придумали, а здесь ещё по старинке живут? Узнаем…

В коридоре шаги. За стеной — стук молотка, звуки перетаскиваемой мебели. Ремонт они затеяли? Ладно… Рукомойник для того и придуман, что б не отвлекаться на бытовые мелочи. Умылась, расчесалась. Подумала над своим поведением и вызывающий синий комбинезончик упаковала подальше. Оделась в парадное «хаки». Официально и женственно. Только сняла значок «вожатой». Мало ли, как его местные воспримут? Символы в Азии и Европе — разные. Померещится кому-то неладное, оправдывайся потом. Хотя, на мой взгляд, комбез, полностью скрывающий ноги, заметно целомудреннее юбки до колен. Зато, под юбку можно надеть туфли. А прилетела я — в ботинках на шнуровке. По местным брусчатке и булыжникам туфли — вполне. Тем более, места обжитые. К туфлям с юбкой и чулки надеть не грех. Последний раз, небось, как белый человек, по земле хожу. Скоро напялят на меня что-нибудь, более «подобающее местной моде». Фриц уже мягко намекал… Тоска! За стеной — сверлят, рубят, пилят. Выйти спросить? Фиг там! Папочка может мною гордиться — я, как образцовая дочка, честно сдержала данное ему ещё в полете обещание — как приеду, сразу почищу револьвер. Потому, что иначе мама будет беспокоиться — девочка совсем одна, среди чужих и так далее… Разложила на столе чистую тряпочку, из собственных запасов, добыла из кобуры убойную железяку и занялась. Строго по наставлению… Патроны с разрывными пулями заменила на обычные, бронебойные. Медведей тут нет, зато любители носить кирасу — могут подвернуться. Телефон зазвенел, когда, по моим прикидкам, крепко перевалило за 4 часа дня.

— Вы Наталья? Не спите? Можете, на минутку, зайти в соседнюю комнату? — так, меня уже знают совсем незнакомые люди…

— Сейчас! — затянулась ремнем, глянула в зеркало (сойдет для сельской местности) и шагнула к двери…

Мама дорогая! Пока я прохлаждалась, вокруг жизнь била ключом. На всех дверях — аккуратные таблички с трафаретным росчерком F4, точно скопированным с той бумажки, который Фриц для меня спальню пометил. Вместо неё, на двери моей комнаты, теперь висит белая фанерка с трафаретом — «F4 — Спальня». Рядом, откуда стуки раздавались, на двери трафарет — «F4 — Рейхсканцелярия». Моё рабочее место, значит… И зачем писать русскими буквами немецкое слово? Следующая комнатка помечена совсем скромно — «F4». Ясно без перевода — здесь принимает Сам. Последняя дверь, у санузла, помечена — «Узел связи». Штаб… Гм, всю жизнь мечтала жить при штабе, да… Фриц приедет — я ему! Хотя, он бы вопиющего ляпа с «Рейхсканцелярией» не допустил. Кстати… Думаю, что скоро этот домишко, судя по замаху, будет играть роль временной резиденции монарха. Летний дворец, блин! Только мажордома не хватает… посохом о паркет стучать и гостей выкликать.