Вдруг все шары в корзине одного фламинго разом взорвались. Белая пелена плотного инея накрыла его и двух соседних фламинго. Шары в корзинах этих двух птиц тут же сдетонировали. Белый шар стал расширяться во все стороны.
Никто из наездников ничего не понял, а облако накрыло еще пять птиц, и тут же взорвались их шары…
Мгновение спустя вся казавшаяся непобедимой армада птиц и их всадников превратилась в ослепительно блестевшее на солнце, густое, как масло, увеличивающееся облако. Из смертоносного сугроба сначала еще раздавались крики людей и оглушительное карканье птиц, потом все стихло. Мгновение спустя белоснежные, застывшие, как мраморные статуи, птицы со всадниками стали падать. Они летели вниз, и их искрящиеся, неподвижные крылья не улавливали ни малейшего сопротивления воздуха.
Две или три птицы еще планировали, распахнув крылья, но от давления воздуха в хрупкие крылья тут же стали разваливаться на куски…
Теперь эти острые, секущие, как лезвия, обломки могли разрубить гондолу.
Купсах, вдруг охрипнув, бросился к рулям, отпихнул от них Санса и принялся работать как бешеный. И это помогло. «Летящее Облако» сделало несколько резких движений, и почти все падающие фламинго прошли мимо. Кроме одного.
Острый, вытянутый, как стрела, клюв птицы воткнулся в левое крыло корабля и пробил его насквозь. Отломанная кулиса с оглушительным щелчком ударила в гондолу, и матерчатая «колбаса» стала проминаться в середине.
Мертвый фламинго с мертвым наездником в седле свалились с накренившегося крыла и улетели вниз. Но из гондолы с резким звуком стал выходить подъемный газ.
Теперь Лотар очень хорошо понимал, почему гондола была такой маленькой. Конечно, без магии здесь не обошлось. Корабль дернулся, потерял управление, повалился на левый борт и начал терять высоту.
Лотар уцепился за кстати подвернувшийся канат. Он знал, что корабль все-таки не упадет. Гондола была с мудрой предусмотрительностью разделена на секции, и газ не должен истечь без остатка.
Глава 7
Как следует ремонтировать корабль после сражения с фиолетовыми фламинго они начали уже в одном из замков короля Задоры Астафия. После первой вынужденной посадки, наскоро подлатав крыло, гондолу и наполнив ее летательным газом, стартовали и под утро оказались в столице Задоры. Кто-то из послов сообщил им, что король находится уже на самой восточной границе. Вылетели туда еще до полудня и под вечер душного, жаркого осеннего дня, с трудом увернувшись от двух небольших гроз, они нашли этот небольшой замок Астафия. Король, услышав имена Джимескина и Шивилека, сразу принял их.
Военный совет проходил в большой комнате главной замковой башни, которую Лотар и Сухмет, быстро осмотрев стены, посчитали за бывшую детскую, и не ошиблись. Совет еще не начался, но все уже были в сборе. Вдруг дверь неожиданно открылась, и в комнату вошла грустная, немного усталая женщина. Она была так хороша, что заставляла сильнее биться сердце любого мужчины, – высокая, с тонкой талией, четко обрисованной грудью, тяжелыми, цвета спелой пшеницы волосами вокруг красивого и ясного лица.
Она улыбнулась и повернулась к Астафию:
– Прошу прощения, мой король, я забрела сюда, чтобы вспомнить, как мы здесь играли с детьми, и… Я совсем забыла, что у тебя тут новый кабинет.
В ее объяснении Лотара удивила необязательность почти всех слов, но они имели некий неясный смысл, который был, вероятно, важен для этой женщины. Увидев, как командиры западных армий Присгимул и Вернон склонились в низком поклоне, Лотар понял, что видит перед собой королеву.
– Извините, господа, если помешала. – И женщина сделала движение к двери, чтобы уйти.
– Нет-нет, любовь моя, – быстро произнес король Астафий – высокий, некогда очень красивый человек, которого беспокойства и неуверенность последних месяцев превратили в постаревшего суетливого чудака со слабым голосом. – Я прошу тебя остаться, ты же знаешь, в твоем присутствии я гораздо лучше думаю.
Да, решил Лотар, вот что на самом деле привело сюда королеву. Странное дело, сама она немного стоила как советник, но в ее присутствии король действительно стал уверенней, в нем появилась как раз та черта, которой ему до сих пор не хватало, – сосредоточенность.
– Хорошо, – снова улыбнулась королева. – Господа… – Она обвела всех взглядом и величественно наклонила голову.
– Да, позволь тебе представить наших гостей. Вот… – Нет нужды тратить на это время. Я просто посижу в уголке, а кто есть кто узнаю из ваших переговоров. – И королева отошла в уголок, поближе к окну.
– Ну, тогда позволь представить тебя. Господа, королева Ружена. – Король Астафий подвел всех к огромной карте своих владений, расстеленной на не очень высоком квадратном столе. – Начинай, Присгимул.
Главнокомандующий армией Задоры Присгимул, светловолосый великан с глубоким свежим шрамом на подбородке, разгладил тяжелой ладонью грубую бумагу, из которой была сделана карта, и ткнул пальцем в обозначение замка, где они сейчас находились.
Краем глаза Лотар заметил, что всю карту буквально поедает глазами Купсах. Ему, навигатору и капитану, вероятно, страстно хотелось иметь такую же, но это было невозможно, и он стремился хотя бы запомнить ее. Лотар хмыкнул и сосредоточился на словах Присгимула, который принялся объяснять:
– Господа, мне приказано ничего от вас не скрывать. Общее положение таково: здесь, на перешейке между Западным континентом и прочими землями, стоят две армии. Моя, собранная за счет казны Задоры, и вторая, союзническая, которой командует генерал Вернон. – Второй командир, молодой человек с румянцем на щеках и веселыми глазами, поклонился присутствующим и попытался сдержать улыбку. – Нам предстоит встретить врага, который многократно превосходит нас численностью и, думаю, организацией. И все-таки у нас есть шансы. Прошу посмотреть сюда. – Присгимул провел пальцем по перешейку, проходящему почти строго с севера на юг. – Длина предполагаемой линии фронта около четырехсот миль. Но… – Он обвел взглядом всех собравшихся вокруг стола чужеземцев. – Самые южные миль пятьдесят составляют непроходимые топи, малярийные болота и джунгли. Вряд ли можно провести здесь организованную армию с обозами и тылами. Следующие пятьдесят миль нашего фронта не менее надежно прикрыты каменистыми и обрывистыми предгорьями, а горы занимают следующие сто миль на север, превращаясь потом в труднопроходимую песчаную пустыню.
– Уважаемый Присгимул, – произнес мэтр Шивилек, – горы – звучит внушительно, но часто лишь звучит.
– Просто Присгимул, без всяких дополнений, – буркнул генерал и вздохнул. – Вопрос неплох, чужеземец. Лишь одно я могу сказать: мы знаем те немногочисленные дороги, которые через эти горы проложены. По ним армию не проведешь.
