догадался Пит. – Они тут тело к погребению готовили.
– А почему здесь? В склепе же для этого место есть, там и стол каменный, – удивился Скай.
– Козлы потому что, – пожал плечами Пит. – В склепе холодно. А тут камин. А присматривать за ними было некому: тут же вместо родни только служащий из ратуши был, следил, чтобы покойного, как и положено, погребли да чтобы не украли ничего. По крайней мере, ничего заметного.
Обжитыми были библиотека и кабинет на втором этаже да маленькая гостевая спальня на третьем. В спальне, впрочем, на кровати не нашлось не только простыни и одеяла, но и подушек, и даже перины. Видимо, здесь господин Юстиниан и скончался, а по поверью, нельзя оставлять на кровати постель, на которой кто-то умер. Не пустое суеверие, между прочим, а разумная предосторожность: нечисть такие постели обживала с превеликим удовольствием.
Расположенная в подвале левого крыла кухня тоже не была полностью заброшена. Грязная посуда громоздилась на моечном столе рядом с пустым тазом. На плите стояла кастрюля с чем-то неузнаваемым под подушкой пушистой белой плесени. В корытце на полу ссохлись картофельные очистки.
– А почему мух нет? – поинтересовался Пит. – Тут же всякая пакость просто тучами кишеть должна.
– А вот это как раз понятно, – сказал Скай, показывая на висящую в углу на гвоздике связку шаров, которые под слоем жирной кухонной грязи не походили на стеклянные, но наверняка таковыми были. – Это Мухогон. Ну, то есть у него какое-то название покрасивее есть, чтобы лучше продавался, но мы так зовем. Очень полезная в хозяйстве вещь. А вон та коробочка в углу отпугивает мышей и крыс. Хорошие штуки, и заряжены под завязку. Ты, кстати, не слыхал: покойный господин не был волшебником?
– Что вы, – рассмеялся Пит. – Говорят, он вашего брата на дух не переносил. Хотя это могут быть и сплетни, раз у него столько волшебных вещиц в доме. Ведь если кого терпеть не можешь, то и покупать у него что-то не захочешь, правда?
Допустить, что волшебником мог быть привратник, Скай не мог никак. Даже если на старости лет маг по каким-нибудь причинам окажется совсем уж на мели, лишится здоровья или силы, на столь презренную должность он не согласится. Тем более что при Академии имелась богадельня, гордо именуемая Приютом Почтеннейших. Почтеннейшим кланялись и часто спрашивали их мнения по разным не особо важным вопросам, так что уже почти потерявшие силу стариканы чувствовали себя всегда при деле. К тому же здесь поработал вовсе не слабосильный старец или освоивший пару фокусов самоучка.
Скай поднял коробочку и перевернул. Судя по клейму, сделана она была в мастерской почтеннейшего Дейра пятнадцать лет назад. Мастерская была, конечно, прославленная, вещи делала качественные, но за столько лет коробочку надо было перезарядить не меньше трех раз. Странности, вместо того чтобы разрешаться, только разрастались.
Дверь, которую ему наконец удалось найти, была незаперта. Судя по знакомому запаху, за ней ждал коридор. Тьма по-прежнему стояла кромешная, но это было правильно и даже хорошо. Значит, в подвале никого нет, дух ушел куда-то. От облегчения хотелось расплакаться, но тратить силы еще и на слезы Ник не мог себе позволить. Вот когда выберешься отсюда и наешься, тогда можешь хоть волком выть. А пока – отдышался и ползи дальше. Где-то там, впереди, за много-много движений отсюда, свет, тепло и еда.
– Стемнело уже, сударь Скай, – окликнул Пит, выглянув в крошечное окошко возле кухонной двери. – Может, завтра посветлу продолжим, а то мне тут как-то не по себе.
Скай с радостью согласился: в домике привратника ждали оставшийся с обеда суп и уютный тюфяк. Осмотр дома только с виду выглядел плевым делом. А попробуйте-ка обойти десятки комнат, ощупывая магией каждый подозрительный угол, да еще пристально рассматривая каждый волшебный предмет – нет ли в нем каких дополнительных свойств? Ничего подозрительного не нашлось, и это было подозрительно само по себе. Где охранные чары? Куда все-таки девалась остаточная сила от падения и возвращения на место гаргульи? Зачем вообще на особняке чары, скрывающие волшебство, если волшебства тут ненамного больше, чем в любом другом богатом доме? Сплошные вопросы без ответов.
– Ладно, пойдем. Завтра осмотрим остальной подвал. И на чердак поднимемся.
Еще надо бы подняться на крышу и осмотреть внимательно гаргулий, да и вообще проверить, что там. Но об этом Скай пока старался не думать. Высота пугала его, пусть не до ступора, а всего лишь до холодного пота, но все равно радости никакой. А перед сном нужно думать исключительно о приятном: так отдыхается лучше.
Кухонная дверь открылась легко и без скрипа, выпуская волшебника и его спутника на узенькую лесенку, ведущую вверх.
– Эту дверь мы с Донни тоже проверяли, – заметил Пит, оглядевшись.
– Охранные чары могли быть не очень сильными, – пояснил Скай. – Сработали на вас и разрядились.
«Вот только куда делись все их следы?» – хотелось добавить ему, но пока что волшебник решил промолчать. Пит непременно доложит нанимателю о том, что тут было, так что показывать ему, что ты чего-то не знаешь и не можешь понять, совсем не нужно. Своей репутацией Скай очень дорожил. Так или иначе, но он в этом разберется. И выглядеть это должно как: «Задача была сложная, но мудрый волшебник с ней справился», а не как: «Этот баран долго созерцал новые ворота, прежде чем догадался, что в них можно войти».
Возле домика их поджидала новая неприятность. Оставленная без присмотра лошадь сумела оборвать повод и удрала. Конечно, ворота были закрыты, но забор вокруг имения был сломан во многих местах. А волков они слышали прошлой ночью, хоть и в отдалении.
– Придется искать эту глупую скотину, – вздохнул Пит. – А вы пока можете поужинать.
Ужин манил своей близостью, но Скай поддался благородному порыву.
– Пошли вместе, вдруг надо будет ловить? Вдвоем сподручнее.
Пит спорить не стал, и они зашагали по тропинке вдоль ограды.
– Сначала проверим дорожку к колодцу, – решил Пит. – Она натоптанная, и рядом лужайка хорошая. Лошадь в кусты без надобности не полезет, она открытое поле любит. То есть бегать она будет по дорожкам и полянкам. Вот, что я говорил!
Кучер торжествующе указал на глубокие следы подков на мягкой глине рядом с дорожкой. Рядом с подковами виднелся и человеческий след: каблук сапога скользнул и четко отпечатался в глине.
– Эк вы тут оступились, – посочувствовал Пит.
– Я? – удивился Скай. – Я тут не ходил.
– Но это и не я. – Кучер поднял ногу и продемонстрировал почти плоскую подошву с ровным рядком гвоздиков.
