пояснил Скай.
– Господин-то из имения не выходил, а старик в город выбирался временами, еды там прикупить или еще что. Но про наследство вроде не от него слух пошел… – Кучер наморщил лоб. – Нет, не помню. Я ж не знал, что это важно. Мне в таверне рассказывали, еще когда мы сюда с Донни ехали. Слухи да слухи, кто ж догадается, что тут такие дела? Сейчас попробую вспомнить…
Пит помолчал, потом прикрыл глаза и начал рассказывать, медленно, будто сон вспоминал:
– Мне это рассказала Олси, она все всегда про всех знает. Когда господин помер, старый привратник сразу в город подался. Повез в имение лекаря – убедиться, что господин точно помер, да своей смертью к тому же. Положено тут так, а то всякое бывало. Значитца, повез лекаря и нотариуса городского – тот господские дела издревле ведет. И бургомистр с ними поехал, потому как не абы кто помер, а сам господин Юстиниан. Раньше Скалки его отцу принадлежали, но давно уже нет. Господскими тут только три деревни в горах остались да старый рудник, где уже давно ничего не роют. Но все равно ведь уважаемая персона.
Волшебнику очень хотелось перебить неспешную речь, поторопить… Но он сдерживался, понимая: спугнешь сейчас воспоминание – и оно может больше вообще не вернуться.
– С нотариусом ездил его секретарь, лекарь был один, а вот бургомистр… Да, бургомистров кучер это все Олси и рассказал. А он слыхал от слуги, бургомистр всегда с собой слугу и охранника берет. Точно!.. Съездили они, вернулись без привратника. Отправили туда гробовщика с помощниками. Назавтра уже его и схоронили. В завещании вроде было сказано: поминок пышных не устраивать, привратнику дать денег и чтобы ехал вон, и что наследником должен стать господин Рэйналд. Вот нотариус и послал бумаги господину Рэйналду. А наш господин их получил, потому как господин Рэйналд еще не достиг совершеннолетия. Да и дома его нет, он с учебы только на лето приезжает, теперь уже уехал.
– А привратника когда видели в последний раз, не знаешь? – влез-таки Скай, опасаясь, что сейчас рассказчик отвлечется на семейные дела господ, которые, конечно, интересны, но к делу совершенно не относятся.
– Нет, но не слыхал, чтобы он через Скалки проезжал, – ответил Пит, выходя из своего транса.
– Ну, это и неудивительно, – кивнул на груду тряпья Скай. – Но это дело не по нашей части. Расскажем о находке стражникам в Скалках, пусть разбираются.
– Точно, – кивнул Пит. – Вам рыбу как приготовить?
– А что, есть выбор? – удивился Скай.
– Могу зажарить, могу сварить уху с кореньями, их тут полно. Еще, кстати, я по пути туда грибов успел немножко насобирать. Добрый супец выйдет! Но могу и запечь, если вам суп не по вкусу.
– Давай суп, – обрадовался волшебник. – Его и выйдет побольше. Я, когда колдую, за троих ем.
– А это у всех так? – полюбопытствовал Пит.
– У всех. Силы на волшебство откуда-то брать надо, как и на любую другую работу.
– Вот оно как, – кивнул Пит, кажется довольный тем, что волшебник оказался таким же понятным человеком. – Тогда я побольше кореньев нарою, чтобы вы наелись.
– Дверь я, кстати, открыл, – сообщил Скай, не уточняя, что открылась она, в сущности, сама. – Но что-то там мне не нравится. Надо все проверить, убедиться, что опасности больше нет, до того, как господа приедут.
– А что там? – заинтересовался кучер.
– Я, признаться, еще не проходил. Зашел да вышел. Защита на особняке странная стоит. Как бы тебе это объяснить-то? Ну представь, что кто-то окно занавесил плотной тряпкой, чтобы наружу ни лучика света не просочилось… Представил?
Пит слушал внимательно, как мальчишка сказочника.
– Ну вот, а здесь что-то похожее, но от волшебства. Снаружи нельзя понять, что внутри творится. «Занавесом» эти чары и называются. А зачем, как ты думаешь, человек окно занавешивает?
– Скрывает что-то, – кивнул Пит. – Или злодейство творит, или деньги считает.
Скай рассмеялся.
– Про деньги я и не подумал. Но может, там и правда спрятано что-то ценное. Не деньги, конечно, а волшебная вещь. И найти ее мы должны первыми, потому что ценные вещи люди обычно обвешивают такой охранной магией, что гаргулья нам мелким камешком покажется. И будет совсем негоже, если юный наследник от этого пострадает.
– Не просто негоже, а прямо жуть, – согласился Пит. – Суп сварю, поедим да и пойдем?
Кучер явно воспринял это «мы» буквально. Скай хотел было сказать, что выразился так просто для красного словца, но тут же подумал, что взять Пита с собой не такая плохая идея. Если в доме и впрямь есть что-то настолько ценное, ему не помешает свидетель, что волшебник ничего себе в карман не положил. К тому же Пит явно не простой кучер – очень уж складно порой выражается. И знает, как правильно вспоминать забытое, – откуда простому человеку это уметь? Да и стал бы простой парень в одиночестве нырять в пруд в поисках покойника? Скорее выскочил бы из воды и отбежал подальше на всякий суеверный случай. Нет, он тут – глаза и уши хозяина. Вот и надо использовать их для доказательства собственной добросовестности. А если впечатлить как следует волшебством, то, глядишь, еще и премию какую за тяжкий труд удастся получить от господина Марка. Мало ли какие у дома окажутся «нежелательные особенности».
– Да, пойдем вместе. Только держись все время позади меня и ничего не трогай, пока я не скажу, что можно.
Пит радостно кивнул и почти бегом скрылся за домиком.
Скай сорвал травинку и зажал зубами кончик, чтобы хоть немного приглушить чувство голода. А это еще и работа толком не начиналась. Очень много сил пришлось сегодня потратить впустую, на защиту, которая так и не понадобилась. Но лучше ведь потерпеть голод, чем получить гаргулью на голову.
Глава пятая
Гаргулья не давала покоя. Да, дом закрыт Занавесом, оттуда магия не ощущается. Но гаргулья-то сидит снаружи. И падала она тоже наружу. И обратно собиралась. И там, где творилась такая могучая магия, просто обязаны были остаться следы. Да там все должно было пропитаться остаточной силой, как лужайка водой после ливня. И волшебник никак не может собрать эту силу обратно, как обычному человеку не собрать пролившуюся на лужайку воду.
А кто может? Куда могла деваться сила? Как такое можно сделать? Зачаровать предмет, чтобы он собирал остатки? Если он находится в доме, под Занавесом, то снаружи его не разглядеть. Ну не то чтобы создать такой предмет было абсолютно невозможно, но зачем? Такая вещь
