– Это не ложь. – Он одарил ее мальчишеской улыбкой. – Мне действительно очень жаль, но я собирался только заскочить, сказать «здравствуйте» и внести свой небольшой вклад. – Из кармана рубашки он вынул чек.
Зеленые глаза округлились.
– Благодарю. Ты так щедр!
– Это всего лишь деньги. Причем на доброе дело. – Он поднес к губам руку с розовыми ноготками. – Нет, я был счастлив с тобой повидаться. На следующей неделе позвоню. Вместе пообедаем и обсудим предложение, которое у меня есть.
К удивлению и огорчению Кейт, мать просияла, как четырнадцатилетняя фанатка, встретившая своего рок-идола.
– В любое время, – с придыханием произнесла она.
Слоун не подал виду, что заметил, какое впечатление он производит на актрису сорока с чем-то лет. Повернувшись к Кейт, он спросил:
– Вы готовы ехать?
– Я вам говорила, что меня подвезут.
– Блайт не станет возражать, если вы передумаете. К тому же я буду рад доказать вам, что не держу на вас зла после нашей стычки.
– Стычки? – При этих словах Натали напряглась, как кошка при виде мыши.
Слоун быстро сказал:
– Это долгая история. – Он чувствовал, что Кейт дошла до точки кипения, и решил, что для него это хороший шанс. – А нам пора ехать, правда, Кейт?
Она хотела сказать ему, что скорее сядет в машину с гунном Аттиллой, но знала, что если останется здесь, то мать вот-вот учинит ей допрос с пристрастием. Да, и Натали Ландис может быть не менее беспощадной, чем самый грубый следователь из отдела убийств.
– Вы скажете Блайт, что я отвезу вас домой, – сказал Слоун, – а мне тоже надо ей кое-что сказать.
– Вы не повезете меня домой, – продолжала Кейт спорить даже тогда, когда он повел ее прочь. Он обнял ее за талию, но она не хотела устраивать сцену и привлекать к себе внимание.
– Не упрямься, как осел. – Глаза его вспыхнули, хотя улыбка оставалась неизменной.
От дальнейших пререканий Кейт спасло то, что они подошли к Блайт, которая только что закончила безуспешный разговор с Уолтером Стерном.
– Он совершенно не желает сотрудничать, – пожаловалась она.
– Может, нанять кого-то, кто умеет раскрывать старые секреты? – предложил Слоун.
– Частного детектива?
– Именно.
Блайт повернулась к Кейт:
– Ты кого-нибудь знаешь?
– Тебе повезло. – Кейт порылась в сумочке, достала карточки, с которыми в последнее время не расставалась, и выбрала одну из них.
– Кейдж Ремингтон?
– Мы с ним были партнерами. Кейдж научил меня всему, что я знаю об уличной работе полицейского. Сейчас он открыл свое дело.
– Тут нет адреса офиса.
– А у него нет адреса. Он живет на катере в Марина-дель-Рей, там у него основная база – офис, по-твоему.
– Поговорить вреда не будет, – решила Блайт и положила карточку себе в сумку.
– Может, сразу и позвоните? – предложил Слоун. – По крайней мере узнаем, стоит ли овчинка выделки.
– Можешь позвонить из библиотеки, – сказала Кейт: ей очень хотелось помочь Кейджу в бизнесе. – Его не было в городе, но сегодня утром он вернулся. Если поторопишься – успеешь нанять его, пока он не взялся за другое дело.
Им повезло: Кейдж Ремингтон был готов встретиться с Блайт в течение часа. Поскольку Марина дель Рей находился на другом конце города, Блайт не могла отвезти Кейт домой.
– Сообщите, как пойдут дела, – сказал Слоун. – А мы с Кейт поедем. – Взяв Блайт за плечи, он наклонился и поцеловал ее в щеку. – Блайт, похоже, работать с тобой будет приятно. У меня такое чувство, что мы составим отличную команду.
Поцелуй был дружеский. Блайт улыбнулась.
– Я очень на это надеюсь.
Пока они стояли, поджидая, когда слуга подаст «порше» Слоуна, Кейт обиженно сказала:
– Считаете, что вы очень умный?
– Умный?
Подошла машина. Величественный слуга, видимо бывший голливудский статист, открыл дверь, Кейт села, взмахнув юбками.
Слоун не отвечал, пока не отъехал от дома по длинной закругленной дороге из красного кирпича.
– Не умный, просто отчаявшийся.
– Отчаявшийся? – В ее голосе слышалось недоверие.
Слоун Уиндхем? Самый высокомерный, самоуверенный человек, которого ей доводилось встречать!
В течение четырех долгих ночей и пяти столь же длинных дней Слоун отчаянно мечтал об этой женщине. Он свернул к обочине и остановился.
– Отчаявшийся, – повторил он. – Ты не представляешь себе, как мне этого хотелось!
Прежде чем она догадалась о его намерении, прежде чем смогла шевельнуться, чтобы воспротивиться, он обнял ее.
Глава пятая
Бесконечно долгое мгновенье спустя Кейт подняла на него глаза. Сотни, тысячи чувств боролись в ней, дыхание остановилось, она смотрела и ждала.
Он завладел ее ртом с уверенностью человека, который целовал женщин бессчетное количество раз. Его губы как-то умудрялись быть твердыми и мягкими одновременно; беспечные, влекущие, они заманили ее в ловушку тончайших оттенков чувств.
Кейт было 25 лет. Конечно, ей уже приходилось целоваться, начиная с Джонни Мэтьюса в школьной библиотеке, в секции истории, но это, наверно, не в счет, потому что она врезала ему в челюсть так, что он затылком ударился о полку.
Маленькая ябеда Кристи Лонгвью видела и сказала учительнице, та передала директору, в результате Кейт и ее несостоявшемуся Ромео пришлось в течение недели после уроков отбывать наказание – вытирать доски по всей школе.
Мэтьюсы – м-р Мэтьюс был адвокатом – грозили подать в суд, но отец Кейт поднял их на смех и сказал, что 11-летний мальчик будет всеобщим посмешищем, если станет известно, что его побила девочка.
После этой не слишком удачной прелюдии любви по пятам за Джонни последовали другие мальчики, Кейт приветствовала их поцелуи с разной степени энтузиазмом, но до сих пор ни один из парней не вызывал такого опустошения в душе. Только Слоун.
Надо остановить его.
Она его остановит.
Сейчас.
Но все связные мысли растворились в клубах затопившего ее сладкого тумана.
Его руки ласкали ее волосы так, как будто имели на это полное право. В карих глазах пылала необузданная страсть. Зачарованная, слегка напуганная, Кейт хотела бы держать глаза открытыми, но, когда его зубы стали нежно покусывать ее нижнюю губу, веки сами опустились, и Кейт прерывисто вздохнула.
Сладкая. Слоун не подозревал, что офицер Карриген может быть такой невообразимо сладостной. Как будто пьешь нектар. Его рука скользнула от волос к щеке, и он обнаружил, что притронуться к ее коже – все равно что потрогать теплый атлас.
Слоун хотел потрогать ее всю.
Дотронуться до всего.
Он хотел ее.
Вопреки здравому смыслу, Кейт тоже хотелось запустить пальцы в его волосы, и только в последний момент она одумалась.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
