Читаем без скачивания Кто ты? - Дороти Сэйерс

– Вы хотите сказать?.. – медленно произнес детектив.

– Я хочу сказать, – перебил его лорд Питер, – что кухарка видела не сэра Рувима Леви. Это был другой человек, который на пару дюймов ниже его ростом. Но он пришел сюда в одежде сэра Рувима и открылдверь ключом сэра Рувима. О, Паркер, мы имеем дело со смелым и хитрым дьяволом. Он надел ботинки сэра Рувима, его носки, его рубашку, короче говоря, все, что былона нем. А на руках у него были резиновые перчатки, которые он ни разу не снял. Он все сделал, желая, чтобы мы поверили, будто сэр Рувим спал в своей постели в тузлосчастную ночь. Он рискнул и выиграл. Прошел наверх, разделся, даже помылсяи почистил зубы, правда, не воспользовался щеткой для волос из опасения оставить на ней рыжие волосы. Он попытался представить, как Леви поступает со своей одеждой дома, и в одном случае – с туфлями – угадал, а в другом – с сюртуком, рубашкой и прочим – не угадал. Кровать тоже должна была выглядеть, как будто он спал на ней, и он, надев пижаму своей жертвы, улегся на нее. А ночью, скорее всего, между двумя и тремя, когда все спали, он встал, оделся в свою одежду, которую принес с собой, спустился вниз и ушел. Если бы кто-нибудь проснулся, он бы пропал, но он смелый человек и, видимо, привык рисковать. К тому же, он знает, что, как правило, никто не просыпается ночью... И никто не проснулся. Он открыл дверь, прислушался, нет ли на улице случайного прохожего или полицейского, и выскользнул наружу. Тихонько закрыв дверь, он быстро ушел прочь в своих резиновых калошах. Через несколько минут он уже рядом с Гайд-парк-корнер. Потом... – Лорд Питер помолчал. – Вот так это было, и, все поставив на кон, он выиграл. Или сэр Рувим Леви испарился, сыграв со всеми дурацкую шутку, или мужчина с рыжими волосами виновен в убийстве.

– Боже мой! – воскликнул детектив. – Вы так говорите...

Лорд Питер устало провел рукой по волосам.

– Мой друг, – проговорил он с чувством, – вы напомнили мне детские стишки. В них как раз речь идет о священном долге легкомысленных людей.

В Уайтхэвен жил один старик,

С вороной он плясать привык,

Но вдруг соседи стали кричать,

Негоже, мол, с вороной плясать,

И что? В Уайтхэвен был убит старик.

Все правильно, Паркер. Несчастный старый хрыч исчез... вот такая шутка... сам он, думаю, мухи не обидел... отчего шутка еще смешнее. Знаете, Паркер, а мне стало как-то все равно.

– Что "все равно"?

– Все "все равно". Пойдемте-ка лучше домой. Скоро ланч. А там можно в "Колизей".

– Вас никто не держит, – отозвался детектив. – Но вы забыли, что это моя работа, и я получаю за нее деньги.

– А я даже денег не получаю... Ладно. Что теперь? Как бы вы поступили, приняв мою версию?

– Я бы скрипнул зубами и начал все сначала, – ответил Паркер. – Во-первых, забыл бы о Сагге, во-вторых, тщательно проверил бы всех соседей. Обследовал бы их квартиры, выходы на крышу, побеседовал бы с ними о том, о сем, как бы между прочим вставив в разговор слова "труп" и "пенсне", и посмотрел бы на их реакцию.

– Да? – усмехнулся лорд Питер. – Меняемся делами. Вы занимаетесь тем, о чем только что сказали, а я отправляюсь в "Уиндхэм".

Паркер поморщился.

– Ладно, – неохотно согласился он. – Не думаю, чтобы вам приходилось заниматься подобными вещами, так что уж лучше я сам. А вам никогда не стать профессионалом, если вы не научитесь делать черную работу. Итак, Вимси, что насчет ланча?

– Я приглашен на ланч в клуб, – с важностью произнес лорд Питер. – Придется заехать домой и переодеться. Не могу же я смущать Фредди Арбатнота своим видом. Бантер!

– Слушаю, милорд.

– Упакуйте все, что у вас есть, а потом помогите мне умыться. Я еду в клуб.

– У меня тут работы еще часа на два. Так что я занят. Ничего не получится.

– Вот видите, Паркер, как со мной обращаются? Ладно, и не такое бывало.

Он засвистел и стал спускаться по лестнице.

А мистер Паркер, тяжело вздохнув, вновь углубился в бумаги сэра Рувима Леви, подкрепив свои силы лишь сэндвичами и бутылкой пива.

Лорд Питер и достопочтенный Фредди Арбатнот выглядели как ходячая реклама одежды для аристократов, когда вместе входили в обеденную залу "Уиндхэм".

– Давненько тебя не видел, – сказал достопочтенный Фредди. – Что ты поделывал?

– Так. Ничего особенного, – со скукой в голосе отозвался лорд Питер.

– Суп или бульон? – спросил официант у достопочтенного Фредди.

– Ты что возьмешь, Вимси? – спросил достопочтенный Фредди, вручив право выбора своему гостю. – И то, и другое – отрава.

– Тогда бульон. Его легче глотать.

– Бульон, – повторил достопочтенный Фредди.

– Могу предложить соnsоmmе Polonais. Сегодня он очень хорош, сэр.

Беседа никак не налаживалась, пока достопочтенный Фредди не обнаружил кость в мясе и не послал за главным официантом. Когда эта неприятность была улажена, лорд Питер нашел в себе силы проговорить:

– Сочувствую тебе, старина.

– Да уж, несчастный старик, – произнес достопочтенный Фредди. – Говорят, он долго не протянет. Что? А... Восьмого года? Здесь совсем нечего пить, – мрачно заметил он.

Сказав несколько нелестных слов в адрес благородного вина, достопочтенный Фредди опять надолго умолк.

– Как у тебя с "мелочью"? – спросил лорд Питер.

– Плохо, – ответил Фредди, налегая на рагу из дичи.

– Могу я помочь?

– О нет, спасибо... Ты очень добр, но я все получу в свое время.

– Неплохое рагу, – заметил лорд Питер.

– Я ел и похуже.

– А что с аргентинскими?.. Официант, у меня в бокале пробка.

– Пробка! – вскричал достопочтенный Фредди, как будто немного воодушевившись. – Невероятно! Им платят, чтобы они работали, а они не могут справиться даже с пробками! Что ты сказал? А, да... Полетело к черту. Старик Леви исчез, словно его никогда не было, и на рынке, черт знает, что творится.

– А что с ним случилось? – поинтересовался лорд Питер.

– Будь я проклят, если имею хоть малейшее представление. Наверно, попался под лапу медведю.

– Или отправился в одиночное плавание? Возможно, он вел двойную жизнь? Среди бизнесменов таких немало.

– Ну нет, – как будто даже возмутился достопочтенный Фредди. – Только не он, Вимси, поверь мне. Он предпочитал домашний уют, а дочка у него – само очарование. К тому же, он чересчур прямолинеен. Ему ничего не стоило вышибить кого-то с рынка, но действовать исподтишка и долго ждать развязку – это не в его духе. Ты бы послушал старика Андерсона.

– Кто такой Андерсон?

– Богач. Член клуба. Он должен был во вторник встретиться с Леви. А теперь он боится, как бы не вмешались железнодорожники. Тогда все заберут профсоюзы.

– А кто командует железнодорожниками? – спросил лорд Питер.

– Некий янки. Отвратительный тип: Джон Миллиган. Говорит, имеет право. Не верю я ему.

– Андерсон может с ним справиться?

– Андерсон – не Леви. У него мало денег. Кроме того, он один. Главный – Леви. Он мог бы, если бы захотел, бойкотировать дурацкую дорогу Миллигана. И взял бы верх!

– Кажется, я уже встречался с Миллиганом, – задумчиво проговорил лорд Питер. – У него черные волосы и черная борода.

– Нет, – возразил достопочтенный Фредди. – Миллиган примерно моего роста, то есть пяти футов, десяти дюймов, и совершенно лысый.

Лорд Питер раскурил сигару и задумался.

– Вот уж не знал, что у Леви очаровательная дочка.

– Еще какая очаровательная, – оживился достопочтенный Фредди. – В прошлом году я встретился с ней и ее матерью за границей. Так я и со стариком познакомился. Он былочень мил. Ввел меня в свои аргентинские дела. Теперь тебе понятно?

– Могло быть хуже, – заметил лорд Питер. – Деньги это всего лишь деньги. Правда, положение спасает леди Леви. По крайней мере, моя матушка была знакома с ее родителями.

– О, с ней все в порядке. Да и старика теперь нечего стыдиться. Он, конечно же, из тех, что в первом поколении, но он и не претендует ни на что. Ни с какой стороны. Каждое утро ездит в Сити на девяносто шестом автобусе. Говорит: "Не могу привыкнуть к такси, мой мальчик. Я считал каждый пенни, когда был молодым, и, видимо, от этого так просто не избавиться". Хотя, когда он выводит в свет свое семейство, он тратит, не задумываясь. Рашель, его дочь, всегда шутит над отцовской экономией.

– Наверное, леди Леви уже вызвали в Лондон? поинтересовался лорд Питер.

– Наверное. Надо будет заехать к ней и выразить соболезнование. Нехорошо, если я этого не сделаю. Как ты думаешь? Но положение дурацкое. Что я ей скажу?

– Какое это имеет значение? Я бы спросил, не могу ли я чем-нибудь помочь!

– Вот спасибо! – просиял влюбленный молодой человек. – Так и скажу. Я энергичен, и вы можете на меня положиться. Всегда к вашим услугам. Звоните мне в любое время днем и ночью. Правильно?

– Да...

Мистер Джон Миллиган, лондонский представитель железных дорог Миллигана и судоходной компании Миллигана, диктовал телеграмму секретарю,находясь в своей конторе на Ломбард-стрит, когда ему принесли визитную карточку, на которой стояло всего несколько слов: