крайне неясна, но, без сомнения, в главном оно появилось не раньше, чем в эпоху позднего средневековья — то есть, начало такого разделения совпадает с окончательным противопоставлением Добрых и Злых Духов. В Египте, в Индии и в Греции не было ничего похожего на дьяволов в христианском понимании;
Typhon (мифическое чудовище, олицетворяющее буркэ),
Juggernaut (один из Инд. богов) и
Hecate (древнегреческая богиня Земли) были не менее божественны, чем главные боги, и обряды, вероятно, были в своём роде столь же священны, как и мирные таинства
Ceres (в дорийскую эпоху — божество земледелия).
Каждая из оккультных наук по чисто внешним признакам, но совершенно неправильно по сути, причислялась к тому, что известно под именем Черной Магии. Астрология, или оценка небесных влияний на характер и жизнь человека, могла быть причислена к ней из-за создания направленных против других и использующих эти влияния талисманов.
Эзотерическая Медицина, которая практиковала применение оккультных сил влечении человека и включала в себя традиционное знание целебных свойств, присущих некоторым веществам, игнорируемых фармакологией, породила тем самым тайную науку создания ядов, порчи и разрушения здоровья, разума или жизни неведомыми силами. Попытки превращения металлов алхимиками свелись к искусству их подделывать. Подобным же образом, искусство Предсказания, или то, что, как предполагается, вносит в человеческую жизнь ясность, скатилось до разнообразных форм колдовства, а Церемониальная Магия — до общения с дьяволами. Белая Церемониальная Магия — это, по определению, попытка связаться с Добрыми Духами в добрых, или по крайней мере невинных, целях. Черная Магия — попытка связаться со Злыми Духами с целью причинения зла или с иной неблаговидной целью.
Установленные здесь различия, на первый взгляд, совершенно ясны. Однако когда мы начнём сравнивать литературу Черной и Белой Магии, то обнаружим, что, если исходить из определений, разница вовсе не столь очевидна, как это может показаться. Начнём с так называемого Теургического Церемониала, относящегося к Белой Магии, который включает в себя Ритуалы обращения к Злым Духам. Предположим, что они вызываются для усиления выполняемых действий вопреки своей природе, и тогда вопрос сразу усложняется, и Белая Магия, таким образом, должна быть определена как попытка связаться не только с Добрыми, а и со Злыми Духами, но в благих, или по крайней мере невинных, целях. Здесь, конечно, все еще сохраняется довольно чёткое различие, но, если обратиться к практической стороне предмета, его явно недостаточно. Однако рассуждение на тему о том, что считать доброй, а что- невинной целью, содержит в себе возможность для дальнейшей путаницы. Впоследствии станет ясно, что цели и устремления Магии в большинстве своём совершенно ребяческие, так что мы должны различать Черную и Белую Магию не как бесспорно добрую и злую, но как то, что является несомненно злым и то, что может быть просто глупым. Но этим трудность не исчерпывается. Как будет показано далее, Белая Церемониальная Магия допускает, видимо, возможность обращения к ней с целями, неподобающими для неё, а также во многом легкомысленными. С необходимостью следует вывод, что нет никакого строгого различия между двумя ветвями магического Искусства. Нельзя даже сказать, что Черная Магия неизменно злая, а Белая — злая только иногда. То, что называется Черной Магией, ни в коем случае не является однозначно дьявольским; она соприкасается с нелепыми и глупыми процессами столь же часто, как Белая Магия — с неблаговидными действиями. Таким образом, максимум, что может быть установлено, — это деление магической литературы на две основные группы, одна из которых обычно именует себя Черной, но в общем они совпадают.
Вероятно, обоснованность мнения, что существует различие между сущностью Магии и её Ритуалами, заключается в том, что всегда был зримый контраст между сферами влияния Мага и Колдуна, а тот факт, что в церемониальной литературе это различие выражено слабо, можно, судя по всему, охарактеризовать только как путаницу. Но утверждать, что тексты были искажены или извращены редакторами, нельзя. Белая Магия обычно не упоминалась в текстах Чёрной; а Ритуалы Goetic не описывались в псевдорелигиозных выражениях. Они, в основном, соединялись естественным образом, и разделить элементы без вмешательства в их структуру невозможно.
Современный оккультизм воспринял и развил это очевидное различие. Тайное традиционное знание — существующее как бы помимо письменного слова Магии — это та невидимая наука, которая, как полагают, существует в тени всей науки, это религия вне всех религий; между ним и Магией как будто существует некая связь или они тождественны. Обращение к тайному знанию подтверждает, что начало развитию оккультизма было положено двумя отрядами его приверженцев, которых иногда неверно называли «Правые Братья» и «Левые Братья»; в качестве их целей декларировались соответственно абстрактное добро и абстрактное зло, и в каждом случае это было нечто отличное от того, что принято понимать под Белой или Черной Магией. Как и ожидалось, литературные источники не подтверждают такой вывод, но, в рамках данного предположения, это едва ли должно расцениваться как возражение. Что же до остального, если множество слухов и несколько сомнительных открытий приведут нас к некоторым уступкам, что, возможно, вызовет некоторое оживление дьяволизма не в одной стране Европы и попытки в наши дни открыто связаться с Силами Тьмы, то надо сказать, что эти попытки возвратятся в старом обличье, но вовсе не будут сопровождаться ужасом и размахом, свойственным современности. Парижский Дьяволизм, например, если вообще правомерно говорить о существовании такового, — это Черная Магия Гримуара, а не такие уж страшные Братья Левой Руки, несущие своё зло словно венец, и вовсе не бессмертные в своём одухотворённом зле. Эти загадочные персонажи просто выдуманы, а затем- как и их confrères (фр. — коллеги) — возвеличены или, по крайней мере, обелены. Между Розенкрейцерами, посвященными в астральные тайны и amatores diaboli, несомненно, существует обязательство союза, который является результатом одного факта: il n'y a pas des gens plus embêtants que ces gens-là.
§ 3. Рукописные тексты Церемониальной Магии
В целях настоящего исследования будет удобнее рассмотреть Ритуалы в трех разделах: Трансцендентальные, Смешанные и Ритуалы Черной Магии. Что касается Трансцендентальных Ритуалов, некоторые отдельные уточнения будут представлены во второй главе, кроме того следует осознать, что все три представляют собой единство. Возраст каждого из Ритуалов, насколько это возможно, будет определен по ходу изучения, но поскольку это исследование основано, за одним очень важным исключением, на печатных источниках, которые собственно и оказали реальное влияние, будет уместно — в качестве заключения к вводной части- рассказать вкратце о магических процедурах, которые остались в рукописях и которые следует искать, или, по крайней мере, узнать о которых можно только в публичных библиотеках Европы. Источником практически
