привлекательнее.
– Ты ведь знаешь, что он поможет тебе, – настаивает Келси.
Качаю головой и разворачиваюсь, чтобы вернуться домой.
– Это бесполезно. Мы должны придумать что-то стоящее, а не бродить по округе, изобретая чушь вроде того, как попросить работу у своего бывшего. Честно говоря, Келси, ты сегодня не на высоте.
– Я мало спала прошлой ночью, и думаю, смесь для коктейля была старой. – Сестра держится за живот.
Беру ее за руку и разворачиваюсь.
– Эта идея прогуляться была отстойной.
– Лучше, чем сидеть на диване с кувшином «Маргариты».
– Позволю себе не согласиться, – возражаю я, когда к нам подъезжает черная машина с тонированными стеклами. – Знаешь, этот человек в машине может стать моим спасителем и помочь мне выпутаться из передряги. Я все еще думаю, что богатый муж – это выход.
– Ты бредишь. Понимаешь это? Особенно учитывая, что одета как бродяжка. Никто не захочет иметь с тобой дело в таком наряде.
– Хочу, чтобы ты знала – это мои лучшие шорты. Им всего три года.
Келси медленно аплодирует.
– Браво, сестренка.
Мы переходим улицу, направляемся к дому, и тут телефон в руке издает сигнал. Двигаемся дальше по тротуару, когда я смотрю на телефон.
А затем замираю как вкопанная.
Келси замечает это и спрашивает:
– Что? Что случилось? Мама с Джеффом знают, что мы дома?
Я качаю головой и показываю ей свой телефон.
– Мне написала Анджела.
– Не-е-ет. – Келси забирает у меня телефон и вводит пароль. Ага, мы настолько близки. – Какого черта, по-твоему, она хочет?
– Не знаю, ты отняла у меня телефон.
Мы наклоняемся, и Келси держит телефон так, чтобы мы обе могли прочитать сообщение.
Анджела: Привет, подруга, раз уж теперь у тебя появилось свободное время, не хочешь помочь мне с планированием встречи выпускников? Мне бы очень пригодились твои волшебные навыки. У тебя все так классно получается.
– Что за бред? – кричит Келси. – У нее хватает наглости писать тебе и просить о помощи? Она что, совсем сдурела? Свободное время? Вообще-то именно из-за нее у тебя и нет свободного времени, тебе приходиться тратить его на поиски новой работы.
Я лишь смотрю на текст, не в силах пошевелиться, потрясенная тем, что Анджела написала мне. Что она вообще считает, будто это нормально – писать такое после того, как уволила меня?!
Ничего личного…
Ага, вот только для меня это личное.
Я качаю головой.
– Она худший человек, которого я знаю.
– Рада, что ты наконец заметила. – Келси гладит меня по спине и тянет в дом, но я продолжаю стоять на месте.
– Ни за что не пойду на эту встречу выпускников. Знаешь почему? Потому что она будет унижать меня.
Келси разворачивает меня лицом к себе и заставляет посмотреть ей в глаза.
– О нет… ты пойдешь на встречу выпускников. Слышишь меня? Отправишься туда под руку с каким-нибудь сексуальным красавчиком, на которого Анджела будет пускать слюни, и на фоне которого Кен будет похож на дурацкого тролля.
– Встреча состоится через два месяца. На сегодняшний день у меня нет работы, я живу с мамой, и нет ни единого кандидата на роль спутника. – Указываю на сестру: – И если ты хотя бы пошутишь о том, чтобы нанять эскорт, я отрекусь от тебя. Поняла?
Келси кивает.
– Понимаю. Эскорт – не вариант. – Она задумчиво смотрит вдаль. – Давай зайдем внутрь и все обсудим. Составим план. Мы вытащим тебя из этой передряги, даже если тебе придется несколько недель спать на полу в моей студии.
– Только я думала, что достигла дна, как ты в красках описала еще более низкий уровень.
* * *
Келси: Знаешь, я только что измерила свою квартиру. Учитывая наличие у меня мебели, сюда не поместится еще одна двуспальная кровать. Что, если мы положим несколько подушек под мой маленький столик? Будет похоже на двухъярусную кровать или что-то вроде того.
Лотти: Я не буду жить у тебя.
Келси: Вчера мы весь день пытались что-то придумать, и это лучшее, что пришло мне на ум. Знаешь, если бы я могла себе это позволить, с удовольствием наняла бы тебя и поручила занимался всеми деловыми вопросами, тогда я могла бы сосредоточиться на работе с клиентами. Но тебе нужны деньги.
Лотти: Работать с тобой – моя мечта, но если я хочу выбраться из маминого дома, мне нужны деньги. Однако не волнуйся, у меня все схвачено.
Келси: Что значит «все схвачено»? Я же сказала, никакого стриптиза, и неважно, какая красивая у тебя грудь.
Лотти: Я не пойду в стриптизерши. Не думаю, что мои соски готовы к такого рода обнажению.
Келси: Тогда даже боюсь спрашивать, в чем состоит твой план.
Лотти: Я не говорю, что это конечная цель, но, по крайней мере, хоть что-то, пока не придумаю вариант получше.
Келси: Лотти, какого черта ты творишь?
Лотти: Просто… вышла на прогулку.
Келси: Боже мой! Ты сейчас во Флэтс?
Лотти: Нет ничего плохого в небольшой прогулке. Нужно хоть немного тренировать мышцы, понимаешь?
Келси: Что на тебе надето? Если скажешь «каблуки и платье», я приеду и заберу тебя. Это не «Красотка». Слышишь меня? Джулии Робертс повезло с Эдвардом. Такое бывает раз в жизни.
Лотти: Это ведь выдумка.
Келси: Как бы там ни было, что на тебе?
Лотти: [картинка] Простая одежда для тренировок.
Келси: На тебе спортивный лифчик без майки. Это вульгарно.
Лотти: Ага, и эти люди тоже вульгарные. Высокий хвост, чтобы казаться открытой и веселой, и, конечно, косичка сбоку. Ярко-белые кроссовки, потому что они кричат о том, как я люблю теннис. И вчера, когда притворялась, что иду домой с работы, я нашла на земле бутылку с водой фирмы Fuji. Я принесла ее домой, помыла и теперь ношу с собой, чтобы все думали, будто я покупаю дорогую воду.
Келси: Фу-у-у. Ты пьешь из нее?
Лотти: Боже, нет. Я не готова заразиться сифилисом. Это просто реквизит.
Келси: Реквизит? Прости, ты снимаешься в фильме, о котором я не знаю?
Лотти: Пока нет, но я обратилась в одну фирму, которая занимается подбором массовки для телевидения и кино. Там можно заработать сорок долларов в день. Так-то.
Келси: Знаешь, никогда не думала, что увижу тебя такой, но… ничего себе.
Лотти: И что это значит?
Келси: Ты в восторге от возможности зарабатывать сорок долларов в день, прогуливаешься по улицам в поисках одиноких богатых мужчин в районе, где тебе не место.
ПОЗВОНИ КЕНУ!
Лотти: ЧЕРЕЗ МОЙ ТРУП. У меня предчувствие, Келс. С меня хватит. Сегодня моя жизнь изменится, даже если это означает, что мне
