Потом мне повезло еще больше: я познакомился с П. Тханкаппаном Нейром, здравомыслящим, энергичным, доброжелательным мужчиной, внешне похожим на Ганди. К тому времени он написал около десятка книг о Калькутте и в свои 74 года все еще был полон идей.
Вместе с Нейром мы наведались к историкам, посетили архивы и литературные общества и много других мест, перемещаясь на автобусе, метро, велорикшах и электричках (с распахнутыми дверьми, из которых открывался вид на деревни с дымящимися утренними кострами). Денег он не брал. Нейр объяснил, что помогает мне из чувства гражданского долга.
Пол родился в Бенгалии (при рождении ему дали имя Нобин Чандер Пал, или, согласно другим интерпретациям, Навина Чандра Пала, или Нобин Чандра Пал), получил хорошее образование и сумел продвинуться по социальной лестнице. В начале XIX века британские колонизаторы безжалостно эксплуатировали индийский народ, но они же основали для индийской молодежи школы с европейской программой, где обучение шло на английском. Смысл этого предприятия заключался в том, чтобы создать класс квалифицированных мелких чиновников, которые помогали бы британским управленческим кадрам. Пол был одним из первых выпускников, успешно закончивших учебу по этой программе. В Калькутте, в те времена столице Британской Индии, он поступил в Медицинскую школу и погрузился в интеллектуальную жизнь города. Он посещал лекции Общества по распространению знаний – там можно было встретить всех, кто метил наверх, – и узнавал о таких передовых идеях, как «интересы женского пола».
По окончании колледжа, в 1841 году, Пал с гордостью добавил к своему имени инициалы В. Б. М. К. – выпускник Бенгальского медицинского колледжа. Они свидетельствовали о его новообретенном элитном статусе, как и новая фамилия, переделанная на европейский манер – «Пол» вместо «Пал».
Большой удачей для Пола стал его перевод в Бенарес (Варанаси). Этот город для индусов – самый священный во всей Индии; он расположен на берегу Ганга, самой священной из рек. Новое назначение позволило ученому увидеть жизнь йогов в непосредственной близости. Вдоль берега реки выстроились сотни храмов; паломники со всей Индии съезжались сюда искупаться в водах Ганга или кремировать тела своих близких; всем им не терпелось смыть с себя грехи и заслужить спасение. К гатам – широким каменным ступеням – стекались и мистики, чтобы окунуться в воду, пройти ритуал очищения и заняться медитацией. Здесь всегда можно было встретить как минимум одного лежащего на гвоздях йога. Неподалеку отсюда когда-то Будда прочел свою первую проповедь. Веками Бенарес был центром индуизма, играя для приверженцев этой религии ту же роль, что Мекка для мусульман, а Ватикан – для католиков. Для многих жителей Индии этот город до сих пор остается самым священным местом на земле.
«Трактат о йогической философии» увидел свет в 1851 году. В том году в Лондоне проходила Всемирная выставка, устроенная с целью привлечь внимание к Британии, лидеру мировой промышленности. А военный хирург Пол хотел показать, что и колонии не чужды прогресса.
В своем трактате Пол упоминал и об агхори, секте каннибалов, отмечая их злоупотребление спиртным. Однако, в общем и целом, его книга не принимала во внимание удивительное разнообразие индуистских мистических течений, во главу угла Пол ставил умение йогов «приостанавливать жизнь», точнее, как он выразился в предисловии, «в течение долгого времени не употреблять пищу, не дышать и становиться нечувствительными к внешним воздействиям».
В основу его исследования лег эксперимент с сорокадневным захоронением. Пол отмечал, что торжество над смертью, одержанное Пенджаб Йоги, «привело в замешательство многие европейские умы». Но он взял на себя смелость просветить научное сообщество, несмотря на то что был всего лишь обычным хирургом из Бенгалии.
Объяснение Пола не имело отношения к сложным позам и техникам очищения. Не упоминал он и об анатомии. Вместо этого он сосредоточил внимание на невидимом факторе, замерами и анализом которого в человеческом теле и природе занимались многие ученые той эпохи.
Речь шла о двуокиси углерода – продукте распада, образующемся при клеточном дыхании: мы все его выдыхаем. Основная информация об этом прозрачном газе была известна Полу еще по Медицинской школе, и он очень быстро сообразил, что йогические практики помогают накопить углекислый газ в организме. Главной манипуляционной техникой при этом является пранаяма – так на санскрите называются дыхательные упражнения, а точнее, управление праной – жизненной силой человека. «Прана» означает «жизненная сила», «яма» – обуздание или контроль.
Пол привел множество примеров того, как йоги управляют дыханием, чтобы выдыхать меньше углекислоты. К примеру, он описал общеизвестную практику, при которой делается меньшее количество дыхательных движений. Подобный контроль, писал он, «производит потрясающее действие» на объем выдыхаемого углекислого газа. Приведенные им цифры демонстрировали мощное снижение этого объема при дыхании в самом разнообразном темпе. Для начала он взял быстрый темп. Согласно проведенному им эксперименту, у йога, делавшего 96 дыхательных движений в минуту, вырабатывалось 79 кубических дюймов углекислоты. При замедлении дыхания до 24 дыхательных движений в минуту этот объем уменьшался более чем вдвое и составлял уже 24 кубических дюйма. При 6 дыхательных движениях в минуту (то есть во много раз ниже нормы) объем углекислоты снова падал более чем вдвое: до 10 кубических дюймов. Другими словами, замедление дыхания влекло за собой сильное уменьшение уровня выдыхаемой углекислоты.
Около 10 страниц трактата было посвящено описанию других йоговских практик, приводящих к тому же эффекту. К примеру, Пол утверждал, что повторение мантры «ом» – священного слога в йоге – «значительно снижало» потери углекислого газа. Еще одним методом было вдыхание и выдыхание одного и того же воздуха – действие, которое, по мнению Пола, являлось «одним из простейших способов» ввести себя в эйфорический транс.
Кульминацией его анализа стало описание распространенного среди йогов обычая медитировать в гупхах , или пещерах, слабоосвещенных и плохо вентилируемых подземных убежищах с высокой концентрацией «отработанного» воздуха, используемого для «вторичного» дыхания. Пол отметил, что помощник йога обычно замазывал небольшой вход в пещеру глиной – совсем как во время эксперимента Ранджита Сингха, когда у входа в склеп соорудили глинобитную стену. Благодаря этому возникала «замкнутая атмосфера», в которой йог выдыхал гораздо меньше углекислого газа, чем на «свежем воздухе со свободной вентиляцией».
Не боясь предстать истинным натуралистом [7] , Пол сравнил этот процесс с рутинным явлением природного мира, исключив все домыслы о йоговских чудесах. Умение йогов замедлять течение жизненных процессов, по его словам, было не более чем «человеческой спячкой», а пещеры, куда святые уединялись для медитации, – теми же берлогами для уходящих на зимовку зверей.
В подтверждение своей точки зрения Пол отмечал, что спячка – обычный способ, используемый многими животными для сохранения энергии. Он заявлял, что святые отшельники ничем не отличаются от летучих мышей, ежей, сурков, хомяков и сонь. Точь-в-точь как зимующие животные, йоги выстилают свои гупхи теплоизоляционным материалом – травой, хлопком, овечьей шерстью. «Гупха для йога так же необходима, – писал он, – как нора для зверя, уходящего на зимовку».
Именно «спячка», заключал Пол, помогла Пенджаб Йоги пережить захоронение. «Если сравнить повадки зимующих зверей с поведением йогов, – отмечал Пол, – то можно увидеть, что они совершенно идентичны».
Современная наука доказала, что хирург из Бенгалии был абсолютно прав в своих доводах о физиологии дыхания – несмотря на то, что экстатические состояния йогов, постигших высшие ступени знаний, мало чем напоминают дрему впавших в спячку животных. Ученые выяснили, что, готовясь к зимовке, млекопитающие действительно «запечатывают» свои норы, а их дыхательный процесс претерпевает те же изменения, что и у находящихся в пещерах йогов. По словам Дэвида Э. Уортона, зоолога и автора книги «Жизнь на пределе возможностей» (Life at the Limits), закрытое пространство берлоги «способствует накоплению углекислого газа, подавляя тем самым обмен веществ животного». Замедляются биоритмы, и организм готовится к глубокому сну.
Нужно отдать должное исследованию Пола, особенно с учетом того, что он был всего лишь скромным врачом и в его распоряжении, как и у всех ученых той эпохи, находились весьма ограниченные средства. Пол приоткрыл завесу над одной из главных йоговских тайн, обнаружив, что йога замедляет обмен веществ человека.
Как мы еще увидим, дыхательные практики йоги меняют концентрацию углекислого газа в крови, тем самым оказывая влияние на энергетические процессы, протекающие в организме, и помогая контролировать различные состояния, в том числе уровень возбуждения нервной системы. Применение этих практик приносит определенную пользу для здоровья, а кроме того, чревато прибавкой в весе.
