желание оттащить ее за волосы в дальний угол комнаты. Они постоянно о чем-то перешептывались и смеялись. Это очень раздражало. Соседка явно переигрывала, ну не может быть каждое его слово таким смешным.
Боковым зрением я замечала, как Влад периодически смотрит на меня. Его взгляд украдкой блуждал по моему телу. Было странно ощущать некоторое волнение и возбуждение от этого. Для меня это было несвойственно. Я вообще редко возбуждалась. Обычно парни не особо заботились о моем удовольствии и просто брали меня, когда приспичит. Наверно, поэтому я ни с кем не встречалась долго. Отношения длились максимум пару месяцев. Потом парень начинал меня бесить, и я его бросала.
О моем первом сексуальном опыте вообще вспоминать не хочется. Такое может только присниться в кошмарах. Но со мной произошло наяву. Но чудовище осталось в прошлом. По крайней мере я очень на это надеялась.
Отбросив неприятные мысли, я снова вернулась к реальности. Влад кинул на меня очередной взгляд, обжигающий кожу. Мое дыхание участилось, грудь вздымалась все выше. Еще чуть-чуть и я наброшусь на него прямо здесь.
Этот идиот не мог меня так провоцировать! Ну уж нет!
Я показательно потянулась, подняв руки вверх и прогнув спину. Таким образом моя грудь выступала в максимально выгодном свете. Я заметила, как Соколов сглотнул и отпил большой глоток кофе. Видимо, я все-таки действовала на него и не была совершенно безразлична. Нужно было лишь понять какова сила моего влияния.
— Пойду переоденусь, — я показательно зевнула и, неспешно встав, пошла к шкафу.
Шкаф в нашей комнате стоял таким образом, что если открыть дверку, то ты будешь скрыта от посторонних глаз. Но мне было не нужно полностью скрываться. Наоборот, нужно было, чтобы Влад видел меня.
Я открыла дверку и принялась снимать маечку. При этом встала так, что моя спина оставалась на виду. Потом сняла шортики. На мне остались только кружевные черные трусики и резинка на голове, что собирала в пучок непослушные кудри. Намеренно медленно я выбрала подходящий наряд. Это было платье-майка фисташкового цвета. Такой обтягивающий чулок в мелкий рубчик. Оно немного просвечивало, поэтому под него был необходим бюстгальтер. Я выбрала черный в цвет трусиков. Такой же кружевной и полупрозрачный. На чашечках был замысловатый рисунок, который прикрывал соски.
Переодевшись, я распустила волосы и вернулась на кровать. Настя смотрела на меня во все глаза. Ее точно шокировало мое поведение. Но этот театр с переодеванием был рассчитан не на нее, а на конкретного зрителя.
Я украдкой посмотрела на него. Парень часто дышал и немного покраснел. Он точно все видел и явно не остался равнодушным. Стаканчик с кофе уже превратился в комок. Соколов смял его в кулаке, и теперь остатки кофе просто капали на его джинсы.
— Ой, ты облился! — Настя как курица наседка спохватилась и принялась вытирать джинсы парня салфетками, что всегда были у нее в тумбочке.
Она усердно натирала его бедро, почти у самого паха. А он в это время смотрел на меня. Я смотрела на него, не моргая и не отводя взгляд. Казалось еще чуть-чуть и что-нибудь в этой комнате загорится. Настя все старалась зачистить джинсы. Влад первым прервал зрительный контакт и отвел взгляд.
— Хватит! — Соколов рявкнул и вскочил с кровати, он быстрым шагом вышел из комнаты.
Настя была в растерянности. Она явно не ожидала, что он так быстро уйдет, да еще и крикнет на нее. Я же не могла сдержать улыбку. Меня прямо распирало изнутри. Соколов все-таки испытывает ко мне что-то.
Глава 6
Несколько дней прошли в обычной будничной суете. Очень не хотелось, но пришлось снова начать посещать пары. За прошедшую неделю накопилось много долгов, которые теперь пришлось закрывать. Работы было много, но мне все удалось. Моя совесть перед преподавателями была чиста, все получили свои отчеты и доклады. Несколько промежуточных тестов также были успешно сданы.
Всю неделю я не видела Антона. Это было странно, ведь он хоть и был туповат, но исправно посещал занятия. Одногруппники утверждали, что и на прошлой неделе его не было. Никто не знал, что случилось. Даже его лучшие друзья не могли сказать ничего вразумительного. На все мои вопросы они утверждали, что ничего не знают. Меня это несколько беспокоило. Я с ужасом представляла, что Соколов с дружками закопали его где-то под тополем около клуба. Или вывезли его в лес и там забили до смерти. У меня была довольно бурная и больная фантазия, но я ничего не могла с собой поделать. Нужно выяснить как можно скорее, где Воробьев и жив ли он вообще.
На перерыве я обратилась в деканат, чтобы уточнить были ли от него какие-то пояснения по поводу пропусков. Благо отношения с секретарем у меня сложились просто прекрасные. Я то и дело приносила ей конфетки и шоколадки, а она закрывала глаза на мои пропуски и позволяла приносить документы с опозданием. После очередной порции хороших и офигенно дорогих конфет, она по секрету рассказала, что Антон перевелся на заочное обучение. Эта новость принесла облегчение и успокоение. Я была рада, что с ним хотя бы все в порядке. И еще больше рада, что не увижу его.
Очередная пятница тянулась невероятно долго. Почему-то методист в моем институте считала, что все семинары и самые заунывные предметы нужно непременно впихнуть в последний учебный день недели. Ее миссией здесь, видимо, было добить студентов и преподавателей перед выходными.
К счастью ничто не вечно. Прозвенел звонок, оповещающий об окончании занятий. Поднялся радостный гул. Все быстро собирались, чтобы поскорее убраться прочь из института и отправиться на законные выходные.
Я тоже максимально быстро скидала тетради и пенал в рюкзак. Хотелось поскорее отправиться загород. Нас с девчонками туда пригласили общие друзья. Вообще намечалась масштабная тусовка. Было приглашено около пятидесяти студентов с третьего по пятый курсы. Единственное от чего мне было немного не по себе, так от того, что Соколов тоже будет там.
Мысли о нем не покидали меня все эти дни. Они как назойливый пищащий комар постоянно звучали в голове и не давали уснуть. Вчера я сдалась и окончательно себе призналась, что знатно влипла. Я не могла выбросить его из головы. Хотелось еще раз почувствовать его руки на своем теле. Хотелось большего. Мне было необходимо, чтобы Соколов принадлежал только мне.
Я много размышляла, но так и не смогла понять, когда влюбилась в него. Однако это был факт. Я запала. Признаться в
