– Гуляю, – сказал Олег. – Тренируюсь. Это очень хорошее упражнение – бегом на восьмой этаж и обратно.
И с непроницаемым видом пошёл вниз. По дороге физрук споткнулся о скелет, но сгоряча не обратил внимания – мало ли что тут валяется. Послышался звук подъезжающего лифта – это приехала Саша от подруги.
– Слава богу, ты вернулась, – обняла её мама. – А то тут такое творится…
– Да, по всему дому мафия… У них длинные руки, – объяснила Клара Никифоровна.
– Давайте я валерьянки вам налью, – предложила соседке мама, и все пошли к Сергеевым реанимировать жертву мафиозного нападения.
Стасю мало интересовало спасение соседки. Она тихо выскользнула на площадку и огляделась. Было очень темно.
«Сейчас я всё расследую, – думала Стася. – Главное – найти улики. Тут топталась такая прорва народу, что наверняка хоть одну улику обронили. Например, вот там, внизу, что-то белеется». Стася спустилась на несколько ступенек. Несчастный скелет тихо лежал на лестнице, свернувшись калачиком, и ни на что уже не надеялся. Стася не очень-то разобрала в темноте, что тут валяется, но решила, что такая большая улика ей в любом случае пригодится. Она взяла скелет за ребро и поволокла наверх, брякая черепом по ступенькам. И через приоткрытую дверь квартиры втащила в коридор.
– Папа, – позвала Стася, пыхтя от усилий. – Я тебе такую здоровенную улику нашла! Это мафия потеряла!
Папа оторвался от постанывающей Клары Никифоровны, которой он пытался поставить градусник в лечебных целях, и подошёл к Стасе. Потом издал странный звук и побледнел.
– Папа, ты чего? – встревожилась Стася. – Тебе эта улика не нравится? Так я её обратно отнесу, пусть на площадке лежит. Ты только не волнуйся.
– Это же мой скелет! – завопил папа не своим голосом. Клара Никифоровна испуганно посмотрела на него и засобиралась домой, бормоча:
– Свихнулся. А вот нечего было по Япониям разъезжать.
Мама бросилась к скелету, обняла его, как родного, и сказала:
– Вот видишь! Ничто не исчезает в никуда! Скоро все твои кражи вернутся. Всё будет хорошо.
– Интересно, он сам пришёл? – оглядела скелет Саша. – Или его принёс раскаявшийся вор. Наверное, скелет свистнули по ошибке, перепутав его с… с…
– С короной Российской империи, – сказала мама. – Не говори глупости, Сашка, скелет трудно с чем-нибудь перепутать.
Пришедший в себя папа поднял скелет на руки, отнёс на диван и заворковал над ним, проверяя, не сломался ли он во время побега, не подвернул ли последнюю ногу, ведь на улице гололёд. Остальные тоже переместились в комнату, потому что папа не хотел расставаться со скелетом, а мама – с папой. Клара Никифоровна почувствовала себя оскорблённой тем, что внимание аудитории переключилось с неё на скелет, и сказала:
– Я всех выведу на чистую воду. Здесь одна сплошная мафия кругом. Если бы не моя бдительность, всё бы уже вокруг подорвали и обворовали! Вот крутятся тут на площадке подозрительные личности. На старушек нападают. Так и на вашу квартиру скоро нападут.
– Ну и дураки, – пожала плечами мама. – У нас ничего ценного нет, кроме шкафа.
Папа подумал о ценной рыбе и решил обязательно отнести её с утра в школу – для безопасности.
Иван, уже порядком притомившись ждать, когда утихнет вся эта паника со скелетом, пробирался с десятого этажа к своей квартире, когда на площадке уже никого не было.
– Пришло привидение, – рассказала Дашенька брату о последних событиях, – очень нервное. Бяка.
– Пока ты был у Вити, Клару Никифоровну кто-то напугал, – пояснила бабушка. – Кажется, она считает, что это Андрей Викторович специально мафию нанял, чтобы свести её в могилу.
– Да ну? – удивился Иван. – Не похож Андрей Викторович на сводителя в могилу. Он умный и добрый. А зарплата у него маленькая, на киллера не хватит.
– А на шоколадку хватит? – поинтересовалась практичная Дарья.
– Ты спрашиваешь или утверждаешь? – Иван взял Дарью под мышку и понёс в комнату.
– Шоколадки Даша ест, ам-ам, – ответила сестрёнка. Бабушка и Кошмар тоже прошли в комнату.
– А я вот собачий корм не ем, – продолжил тему Иван, проскакав из угла в угол красивым аллюром. – Кто мне насыпал в рюкзак «Чаппи»?
– Привидение, – не растерялась малышка.
– Ой, действительно! – вплеснула руками бабушка. – Ванечка, скорее кушать! Не думаю, чтобы ты наелся одним собачьим кормом. Мы с Дашей сегодня котлетки налепили.
Через три минуты Иван задумчиво жевал котлеты и даже не сразу заметил, что в некоторых из них что-то подозрительно похрустывало. Что-то похожее на…
– Дарёха, ты помогала делать котлеты? – осенило Ивана.
– Да-а, – кивнула сидевшая напротив сестра и ангельски улыбнулась. Кошмар тоже улыбнулся.
– Смерти моей хотите! – зашипел старший брат, выплёвывая остатки котлеты.
– Нет, – удивилась Дашенька. – Камушки чистые. Из аквариума. Без микробов. Даша мылом помыла. Мойся, мойся, умывайся, грязь – смывайся, грязь – смывайся!
Иван проглотил кусочек детского мыла «Чебурашка» и поплёлся к аквариуму.
Рыбки его успокаивали. Но только не в этот раз. Сквозь мыльную пену едва были видны полудохлые гуппи.
– Сколько стоит подыскать этому ребёнку приёмных родителей? – чуть не плача простонал Иван, пересаживая рыбок в банку. Бабушка, совершенно не разбирающаяся в рыбках, погладила внука по голове. Из-за её широкой юбки высунула виноватый и любопытный нос Дашенька.
– Даша Ванечку рисовала. Подарить, – и она протянула Ивану рисунок, сделанный на листочке из его секретной тетради.
Ванечка вздохнул и решил тоже сделать подарок. Подарить аквариум Андрею Викторовичу. На время. Пока Даша не подрастёт. Ну и чтобы как-то компенсировать временное исчезновение скелета.
Часть 3 Суббота
Глава 1. Скелет в автобусе
Утром папа повёз на работу рыбу и скелет. Сначала он намучился, пытаясь пересадить Кукуреку в термос для удобства транспортировки. Но строптивая японка чуть не откусила папе палец, и папа плюнул и решил везти её прямо в банке, только крышкой закрыл поплотнее, чтобы вода не выплёскивалась.
– Злая всё-таки зверюга, – заметила мама, бинтуя папе палец. – Ты к ней всей душой, а она…
– Может, у неё переходный возраст? – спросила Саша. – В смысле перехода от рыбы к ухе.
– Я тебе дам уху! – пригрозил папа. – В смысле по уху. Подумаешь, немного царапнула. Не откусила же. И даже если бы и откусила: у человека десять пальцев, парочка явно лишних.
– А скелет как повезёшь? – спросила мама. – В обнимку?
– Я рассчитывал, что со скелетом ты мне поможешь, – замялся папа. – Он же не кусается.
Мама с сомнением посмотрела на оскаленные скелетовы зубы и покачала головой:
– Не знаю, не знаю… Может, и кусается, я просто пальцы не подставляю. И вообще, дорогой, я тебя, конечно, люблю, но не до такой же степени! В одном автобусе с этим зоопарком я не поеду. У меня и так Стася с Сашей…
– Я вместо рыбы, а Стася – вместо скелета, – заметила Саша, уловив сходство. – Я свирепая, а Стаська худая.
– Я тоже свирепая, – обиделась Стаська. – Р-р-р!
– Но я, к сожалению, не худая, – вздохнула Саша. – Хотя после вчерашней тренировки чувствую себя просто как Кэти Перри.
– А я сегодня в школу вообще не иду, – объявила Стаська. – По субботам первый класс не учится.
– Да, я помню, – отмахнулась мама. – Я попросила Лидию Семёновну присмотреть за тобой.
Тем временем папа укутал банку старым Стасиным пальтишком, из которого она уже выросла, чтобы рыбка не простудилась. Потом перекинул скелет через руку, как плащ в тёплую погоду, и спросил:
– Как я выгляжу?
– Сногсшибательно! – выразила общее мнение Саша. – Полный отпад с улётом. Папка, я и не знала, что ты у меня такой крутой мен.
Папа немного возгордился и спросил у мамы:
– Тебе тоже нравится?
– Нет слов, – сказала мама. – Чистый сюр. Сальвадор Дали умер бы от зависти. Только я боюсь, что скелет в автобусной тесноте развалится. Может, его как-нибудь в кучку собрать?
– Да, пожалуй, – согласился папа.
Сложили скелет в авоську. Он нормально поместился, только рёбра торчали, как у Стаськи.
– Не так эффектно, но более функционально, – одобрил папа и пошёл на автобусную остановку.
На остановке к папе особенно не присматривались. Только какая-то незнакомая бабулька поглядела на сетку со скелетом и спросила папу:
– Почём копчёные рёбрышки брали?
Папа тоже посмотрел на сетку и честно сказал:
– Они сами ко мне пришли. Бесплатно и своим ходом.
Больше бабка вопросов не задавала.
Подъехал автобус, папа в него втиснулся. Подошла кондукторша и, увидев у папы в руках банку в пальтишке, громко сказала:
– Посадите мужчину с ребёнком. Вон там девочка пусть встанет.
– Это не ребёнок, – поправил папа. – Вот, поглядите сами.
