– М-м-м, – сказала Дашенька. У неё рот был меньше, чем у Стасй, и булочка полностью не залезла.
– Не подавись, – сказала Стася голосом опытного человека. – Жуй помедленнее. А то у тебя есть какое-то жуткое дыхательное горло, не дай бог туда что-нибудь попадёт, сразу будет взрыв. Правда, я не знаю, где оно, это горло, может, вообще в животе. И знать не хочу. Смотри, в сумке лежит записка. Я думаю, это пиратская бумажка, как найти клад. Ты хочешь найти клад?
Даша добыла изо рта остаток булочки, решив угостить им Кошмара, и сказала:
– Да! Очень!
– Я тоже, – кивнула Стася. – Какой неразборчивый почерк… «Верни туда, а то будет…» Непонятно, где клад. И карты нет. Некачественная какая-то записка. Наверное, пираты были глупые.
Стася передала Даше бумажку, и Дашенька тут же принялась из неё делать мелкие-мелкие снежинки.
– А дальше в сумке какая-то штука… Ух ты!
В сумке поблёскивал никелированными деталями совершенно неизвестный Стасе механизм. Стасю взяло сомнение – вдруг всё-таки бомба. А не тикает из вредности. Чтобы усыпить Стасину бдительность и ка-ак рвануть!
Опять раздался звонок. Стася схватила трубку.
– Да, Лидия Семёновна, – сказала она. – У нас всё в порядке. Мы бомбу обезвреживаем. Даша ведёт себя хорошо.
В трубке слабо ойкнули, послышались короткие гудки и через десять секунд – стук в дверь. Стася открыла.
– Где бомба? – задыхаясь, спросила Лидия Семёновна.
– Вон, – показала Стася на сумку. – Она не тикает, но я её всё равно узнала. Теперь по правилам её надо не трогать.
Лидия Семёновна отодвинула девочек и бросилась к сумке.
– Ой, – сказала она. – Какая это бомба… Это не бомба.
– Да? – разочарованно спросила Стася. – А что это?
– Не знаю, – оглядела странный предмет Лидия Семёновна. – Какой-то прибор…
– Может, он хоть немножко заминированный? – Стасе было жалко расставаться со своей идеей.
– Нет, нет, это что-то научное, – сказала Лидия Семёновна. – А как же ты не знаешь, Стася, что в вашей сумке?
– Сумка не наша, – важно сказала Стася. – Её подбросили бандиты, укравшие папину рыбу, и я всё расследовала. Сначала они съели конфету «Коровка» и невоспитанно бросили фантик на ковёр. Но не наелись и отобрали у Картахены сухарик 10 на 12. Потом вконец озверели и отломили у Марианны левую ногу. Хорошо хоть левую.
– Почему? – удивилась Лидия Семёновна.
– Потому что она правша, – пояснила Стася. – Без правой ноги ей было бы труднее. Потом бандиты подавились семечком от яблока и уползли под ковёр, надев для маскировки мои трусы и завязав зелёную ленточку.
– Ох, – вздохнула Лидия Семёновна. – Какой ты странный ребёнок, Стася. Может, ты есть хочешь?
– Нет, спасибо, мы только что обезвредили по булочке, – отказалась та. – Хотя смотря что дадите.
Лидия Семёновна засмеялась и повела обеих девочек к себе кормить свежеиспечёнными ватрушками. И Кошмара тоже. Так что расследование пришлось временно прервать.
Глава 6. Долгая дорога домой
«Это мой звёздный час! – на бегу думал Иван. – Физрук прятать рыбу просто так не будет. Он злодей – это давно было понятно. Я должен вернуть рыбу Андрею Викторовичу. Главное, уйти от погони. А там пойму, что делать дальше».
Бежать с трёхлитровой банкой и двумя килограммами минтая в рюкзаке было нелегко. Банка била по спине, минтай морозил даже через тёплую куртку. Рюкзак трещал по швам. Бладт быстро приближался.
– Эй, Лапшов! Стой! Я тебе ничего плохого не сделаю! – крикнул физрук.
– А кому сделаете? – не останавливаясь, через плечо спросил Иван.
Физрук растерялся.
Лапшов забежал в построенный к Новому году ледяной городок. Укрыться было решительно негде. Впрочем… Он бросился к лабиринту. Это был гигантский Чудо-юдо Рыба-кит из ершовской сказки. Чудище гостеприимно распахнуло пасть.
Иван нырнул внутрь. На четвереньках добрался до китового желудка и принялся торопливо заталкивать минтая в сетку, чтобы разгрузить рюкзак. Проверил, плотно ли закрыта крышка банки, закинул рюкзак на спину. Так-то лучше! Слегка высунувшись, Иван увидел физрука, который тоже забрался в чрево гигантской рыбины.
Иван присел и побежал по-гусиному, насколько возможно бежать в таком положении. Никакого аппендикса у ледяного кита не наблюдалось, банку с зубастым японским монстром спрятать было некуда. «Нужно оторваться, спрятать рыбу, а потом уже пусть пытает, – перебираясь где-то в районе пищеварительного тракта, думал Иван. – Как начнёт подтягивания заставлять делать на скорость. Или повесит на турник вниз головой. Ладно, лишь бы не щекотал, этого я не переживу точно, и Саша упадёт на мой скорчившийся от смеха труп…» И тут кто-то схватил его за ногу. Иван, не оглядываясь, дёрнул ногой и одновременно изо всей силы боднул стену лабиринта. Огромный кусок льда вылетел, и, словно пророк Иона, Лапшов, живой и почти невредимый, выкатился на животе из чрева к трамвайной остановке.
Физруку повезло меньше. Притормозив, чтобы выплюнуть выбитый зуб, он заметил, что кит махнул хвостом. Потом ледяное чудище качнуло плавниками и медленно тронулось. Ледяные кирпичи упали все разом, и только профессиональная ловкость спасла Бладта от ледяной могилы. Он подпрыгнул, оттолкнувшись руками от надвигающегося на него ребра, перевернулся через голову и следом за Иваном доехал до остановки, но уже на пятой точке. Сзади стало холодно: спортивные брюки не выдержали этой поездки.
Сочувствующий водитель подождал, пока прикатившиеся из лабиринта пассажиры поднимутся в вагон.
Иван надеялся, что трамвай будет полон и в толчее он сможет улизнуть. Но в середине дня трамваи шли пустые. В салоне сидели две бабушки, один нетрезвого вида гражданин и мама с ребёнком неопределённого пола. Ребёнок смотрел в окно, и всё мелькавшее там называл «би-би», чем сразу напомнил Ивану Дашу.
«Неизвестно, увижу ли я её снова, – невольно подумал Иван, потирая огромную шишку на темени. – Ситуация вышла из-под контроля».
Он сел рядом с мамой и ребёнком – может, физрук постесняется напасть при людях. Ребёнок отвлёкся от окна, ткнул Ивана в нос пальцем и радостно сказал:
– Би-би!
– Иго-го, – мрачно ответил Иван. – И где-то даже мяу.
Ребёнок с интересом посмотрел на Ивана и задумался. Иван тоже задумался. В трамвае физрук его не тронет, но стоит выйти… А трамвай уже далеко провёз Ивана, за окном мелькали какие-то сельские пейзажи… и к выходу незаметно не пройти, трамвай пустой. Бладт уселся неподалёку и не спускал с Ивана глаз. Когда к Ивану подошла кондукторша, Лапшова просто осенило. Он сказал:
– У меня нет денег. Я еду зайцем, – сказал он, стараясь сделать это как можно наглее.
Кондукторша удивилась:
– И ты не говоришь, что потерял проездной? Или что у тебя только что украли кошелёк?
– Нет, – сказал Иван. – Я бедный, но честный. Отведите меня в милицию, пожалуйста. Или хотя бы остановите трамвай и грубо выпихните из вагона. Как можно внезапнее. И тут же закройте двери и уезжайте.
Кондукторша обиделась:
– Вот какое мнение у народа о людях нашей профессии! Скоро кондукторами детей пугать будут! А мы – нежные и добрые. Езжай, мальчик, на здоровье. Билет в жизни не главное.
Эх, а Иван так хорошо придумал: кондукторша выбросит его на ходу из вагона, а Олег Эдуардович уезжает в трамвае. Не удалось.
Тем временем кондукторша подошла к физруку:
– Билеты покупаем, проездные предъявляем. На линии контроль.
Физрук с растерянным видом похлопал себя по карманам:
– А-э-э… того… я проездной потерял. И у меня только что украли кошелёк.
– Ага! – рассвирепела кондукторша. – Сам весь в кожаной куртке, а восемнадцать рублей на проезд зажилил. Ну, я тебя сейчас…
Она нажала на кнопку над дверью, трамвай затормозил, дверь раскрылась, и Бладт вылетел кверху ногами, выпихнутый лёгким движением могучей руки кондукторши. Трамвай поехал дальше. Иван ликовал. Ура! Он на свободе! Рыба спасена! Ликовал он целых две остановки, а потом услышал: «Остановка «Южное кладбище». Конечная».
Все заторопились к выходу.
– Тётенька, а теперь трамвай обратно пойдёт? – спросил Иван у кондукторши.
– Нет, милок, дальше мы в парк, – ответила та. – Смена кончилась.
Иван вышел, волоча сетку. Кладбище было совсем рядом, слева. Справа тянулись серые корпуса каких-то промышленных зданий.
Глава 7. Трудности пиратской карьеры
Наевшись ватрушек, девочки вернулись в квартиру Сергеевых.
– Мы пойдём дальше расследовать. Нельзя бросать дела на половине, – убедила Стася бабушку.
– У Стасй мышка, – сказала бабушке Даша. – Вот приходит мышка в гости, нацепила бант на хвостик… – и Лидия Семёновна согласилась, потому что ей нужно было заняться стиркой. Она старалась побольше успеть по хозяйству, пока Стася нейтрализовала Дашеньку.
