– Бери меч и убей этого чужака. Если справишься за минуту – возвращаешься за мой стол.
Попавший в опалу командующий тут же расправил грудь, лицо его прояснилось, и он ответил с непоколебимой уверенностью:
– Слушаюсь, мой повелитель!
Противников развели на пять метров, дали каждому одинаковые длинные узкие мечи и оставили дожидаться последней команды. Недавний военачальник уже явственно представлял себя на прежнем посту и, выписывая мечом восьмерки, подпрыгивал на месте от нетерпения. Семен же, наоборот, лишь опробовал балансировку меча, взял за рукоять двумя руками, опустил к животу и приподнял острие меча на уровень груди. Такая стойка для отчаянных наездников была совершенно нова и выглядела нелепо. Что и привело к издевательскому смеху и быстро нарастающим ставкам. Визирь тоже решил отыграться, предложив еще два камня из своего совсем не тощего кошелька. Хан согласился с полным равнодушием и дал отмашку начинать бой.
Лихой рубака, известный мастер подобных поединков, недавний командующий шестой армией не стал раздумывать ни мгновения. Словно смертоносная мельница, он понесся на замершего чужака, надеясь раскромсать его на первых же секундах боя. К всеобщему удивлению, пришелец из другого мира не стал уходить в оборону или отступать, а стоял на месте. И только в момент столкновения как-то плавно перетек в сторону, да так и замер. Но теперь его меч был опущен, а по клинку стекала кровь. Сам же разжалованный командующий, скрутившись баранкой, лежал на полу и пытался запихнуть обратно в распоротый живот вывалившиеся внутренности. Еще через полминуты он затрясся в агонии, и хан брезгливо махнул в его сторону рукой:
– Убрать!
И тут же указательный палец вновь отправил к пленнику разносчика вина.
– Заслужил…
Семен же в этот момент лихорадочно размышлял над той возможностью, которая у него появилась. Уж очень хотелось убить этого разнузданного кровавого диктатора. Пусть даже ценой своей жизни. Но шансы для удачной атаки были мизерные. Все было против этого покушения: расстояние, стол с яствами, латники с мечами на изготовку, несколько оруженосцев, держащих в руках заряженные арбалеты, и приближающийся сбоку огромный распорядитель в своей несерьезной безрукавке. Именно последний и просипел требовательно:
– Меч давай!
Пришла запоздалая мысль о том, что надо было всех увлечь более продолжительным боем, приблизиться к центру стола и только тогда… Но время было упущено, меч отдан, а взамен в руках у Семена оказался самый большой кубок с вином.
«Ну что ж, – подумал Семен. – Дети уже наверняка очень далеко, можно и напиться до любого состояния. Если успею…»
Словно подслушав его мысли, Завоеватель и Покоритель Всех Миров проворчал на весь зал:
– Пей и радуйся жизни… а потом поведаешь мне название того острова и скажешь, где там тот Масторакс Знаний, в котором так отменно учат сражаться на мечах. Обязательно отправлю туда сотню воинов для досконального изучения, а затем и повторения этого великолепного стиля. Или на этот вопрос тоже осмелишься не ответить?
Пришелец взглянул на него:
– Скорей всего, твой визирь и сам знает обо всех боевых школах фехтования. Так что мой ответ для твоего ханского могущества – все равно пустой звук.
Многие пирующие, в том числе и сам хан, задумались над услышанным. Что прозвучало из уст чужака: насмешка с издевкой или тонкая и великая лесть? Как бы там ни было, вслух о своих сомнениях не сказал никто. А то вдруг твое мнение пойдет вразрез с мнением кого-то другого? А этот кто-то может и попросить показать свое умение в сражении с этим странным пришельцем из другого мира. И как сражаться, если раздувшиеся от пищи кишки уже и сидеть мешают? А отуманенные вином мозги вряд ли достойно скоординируют движения ослабевших рук. Да и полночь близится, чуть ли не сутки то на ногах, то за столом…
Сапфирное сияние
Первым забеспокоился распорядитель. Видимо, этот детина обладал неким даром предвидения или инстинктивно чувствовал опасности. Именно он первый замер как истукан, а затем бочком стал продвигаться к окну. Затем и сам Великий хан напрягся как струна, заметался глазами по залу, пытаясь понять, откуда исходит опасность, а потом поднял левую руку. Приближенные, призванные к полному молчанию, тоже насторожились и подобрались, даром что пережрали и перепились, как последние животные. Но и до них стало доходить самое главное: звуки, долетающие снаружи в пиршественный зал, кардинально изменились. Хотя и раньше оттуда доносились крики боли и предсмертного ужаса, но всегда после них слышался или одобрительный гул, или разудалый хохот выигравших пари. Тысячники оттягивались на рабах, убивая их голыми руками и таким способом давая выход своим негативным эмоциям.
Но сейчас вопли ужаса и боли доносились снаружи почти безостановочно, хоть постепенно их становилось все меньше. Распорядитель только начал выглядывать в окно, когда в зал ворвался один из наружных охранников. Лицо его выражало скорее удивление, чем страх. Да и голос звучал мощно и уверенно:
– О Великий! Какой-то странный туман поднимается в замок. Разогнать его не получается: он густой и липкий и почти заполнил нижнюю караулку.
Тут же от окна отозвался и огромный распорядитель:
– Весь город покрыт зеленовато-желтым туманом! Уже и нижние террасы полностью покрыты. Факелы просвечивают с трудом. И что-то в этом тумане ворочается непонятное. Похоже, оно убивает наших воинов…
Звездный вскочил на ноги:
– Убивает?! Что же это такое?!
Повернувшийся к столам распорядитель был бледен, словно белая скатерть. Но сообразительность у него не пропала.
– Мне кажется, это действительно в Кариандену пришла Сапфирная Смерть.
Завоеватель Всех Миров на мгновение замер. При всей своей неграмотности и дикости это был человек действия и звериной сообразительности. Сомневаться и сожалеть о прошедшем было ему не присуще. Поэтому тут же во все стороны понеслись четкие и уверенные команды:
– Забаррикадировать все двери и окна! Щели плотно замазать медом и соусами. Затем сверху закидывать остальной пищей. Приготовить факелы! Если где-нибудь туман начнет просачиваться внутрь, сразу выжигайте его! После этого заклеивайте щели промасленными тканями. И не сбивайтесь в кучу! Рассредоточиться вдоль всех стен!
Начавшаяся беготня вначале была немного бестолковой, но быстро обрела организованность. Да и ослушаться хана никто бы не осмелился. Скорее всего, и опасность большинству таковой и не казалась: ну, подумаешь, туман! Мало ли туманов! И еще неизвестно, отравил он там кого-то внизу или нет. Может, он и подниматься больше не будет?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
