Идем. Филипыч, под мою ответственность,— охранник обиженно засопел, и бросил такой взгляд, что стало ясно, в его смену я так просто в больницу не пройду. Однако спорить с врачом не стал, подвинулся, освобождая проход.
Мы прошли по длинному коридору, поднялись на третий этаж и попали в хирургическое отделение. Противный больничный запах ударил в нос.
— Значит так, барышня, — строго предупредил меня врач, остановившись у кабинета с надписью — «Заведующий», — сейчас я все узнаю про вашего супруга, как, кстати, его зовут?
— Горский Антон Николаевич.
— Да-да, узнаю закончена ли операция, а вы ждите меня здесь. — Врач скрылся за дверью, а я прислонилась к холодной больничной стене. Минуты текли невыносимо долго, я расстегнула куртку, стащила шапку, перечитала все документы на доске объявлений перед кабинетом, выучила номер телефона отделения, а заведующий все не выходил. Я устала ждать, и решила сама заглянуть к нему…
— Можно? — не выдержав, я постучала в дверь и приоткрыв, просунула свою голову внутрь. Глеб Сергеевич сидел за столом, прижав трубку плечом к уху.
— Садись, — одними губами произнес он и указал на свободное место рядом.
Я воспользовалась предложением и опустилась на стул.
— … вы точно в этом уверены? — это уже невидимому собеседнику в трубке.— Благодарю
— Дамочка, что вы мне голову морочите?— положив трубку на место, нахмурился врач,— нет у нас никакого пациента по фамилии Горский, ни в моем отделении, ни в другом, во всей больнице таких нет.
— В больнице?— захлопала я глазами,— то есть вы хотите сказать, что… — В морге? в голове зашумело, и свои мысли я так не озвучила, принялась сползать набок, теряя сознание.
— Да чтоб тебя!— выругался врач, подхватывая меня, только благодаря его отличной реакции я не свалилась на пол.— Нет же! Ни в морге, ни в больнице, не поступал к нам такой.
Но все его слова проходили как сквозь вату, слышались сквозь шум в голове. Цветные звездочки перед глазами и отвратительная слабость. А потом наступлила темнота.
Я не видела, как в руках доктора словно из воздуха материализовался пузырек с нашатырем и ваткой. Он обильно смочил ее вонючей жидкостью и сунул мне под нос, возвращая к жизни.
Ему пришлось еще раз заверить меня, что пациента с такой фамилией скорая к ним не привезла. Ни сегодня, ни вчера, ни даже позавчера. Он все проверил. Это что, чья-то дурацкая шутка?
— Вот правда травма имеется утренняя, перелом со смещением…— призадумался Глеб Сергеевич, — привезли сегодня одного, но без сознания. Без документов, — Может быть ваш? Высокий, волосы темные… Одет джинсы, рубашка…— принялся зачитывать с экрана монитора описание больного, под которое полгорода может подойти. В том числе и Антон.
— Наверное, доктор, могу я его увидеть? — пока не удостоверюсь, что там не Антон, не уйду. Наверное, именно это прочел на моем лице заведующий, потому что тяжело вздохнул и согласился.
— Сейчас мы пройдем в реанимацию, но только что б вы убедились, что там ваш супруг. Или не ваш. А потом, если это действительно он, вернемся в мой кабинет и поговорим.
Глава 11
На кровати, окутанный проводами, без сознания лежал мужчина, рядом противно пищал монитор, выводя информацию о его состоянии.
Я подошла ближе и замерла. Это не Антон, это мой новый шеф. С одной стороны, я испытала облегчение, что это не муж, с другой — ситуация тоже так себе. Уйти, махнув рукой— не мое дело? Ну мое, еще как мое, от него, между прочим, моя зарплата зависит. Да, я меркантильная сволочь, стоя у постели больного, думаю в первую очередь о деньгах. Но это вполне объяснимо: у меня дома дети, а в сумке практически пустой кошелек, это раз. На носу развод с разделом имущества и в плюс к уже имеющейся задолженности добавится новая, это два. Ну и три, по-человечески мужика жалко, не без этого. Потому что сейчас он мало напоминал того злобного босса, что я видела в отделе кадров.
Неестественно бледный, бескровные губы, глаза плотно сомкнуты, но сомнений в том, что это Иван Дмитриевич, у меня не осталось.
На задворках сознания возник вопрос: «Почему звонившая медсестра назвала меня женой привезенного к ним пациента? Кстати, звонили на рабочий, вот я растяпа! Как же я сразу не сообразила, ведь у Антона нет, и не может быть этого номера! — укорила я себя».
Видимо мои размышления затянулись, потому что Глеб Сергеевич тронул меня за плечо, привлекая к себе внимание, и поинтересовался:
— Ну что, он?
— Да, — выдохнула я, имея в виду своего босса. К тому моменту я уже и думать позабыла про Антона.
— Тогда идемте, разговор будет долгий. — С облегчением выдохнул заведующий отделением, которому вся эта ситуация уже порядком надоела. Да и то, что у пациента объявились родственники, его не могло не радовать.
* * *
— Ну-с, приступим, — с этими словами заведующий придвинул поближе к себе клавиатуру компьютера, — напомните, как зовут вашего мужа?
— Горский Антон Николаевич, — скороговоркой произнесла я — А вам зачем? — похоже, я сморозила глупость, потому что врач, занеся руки над клавишами, замер и как-то странно на меня посмотрел.
— Хочу внести данные больного в программу, — удивленно пояснил он.
Черт, точно, — я мысленно отвесила себе подзатыльник, — он же считает его мужем моим.
— Видите ли, произошло небольшое недоразумение, там в палате не мой муж, запишите, к вам поступил Дамер Иван Дмитриевич, вот дату рождения не подскажу, мы как-то до этого еще не дошли.
— Вы издеваетесь? Если там не ваш муж, тогда какого вы тут устроили? — видимо, лимит терпения заведующего подошел к концу.
— А что, по-вашему, переживать можно только за мужа?— вспылила я в ответ. — Нет, я понимаю, что медики — народ циничный, но не до такой же степени. Любой человек нуждается в сочувствии, присутствии рядом кого-то знакомого, в такие моменты.
По-хорошему надо убираться отсюда, найти кого-то из его родных или друзей, сообщить все данные, где лежит, что нужно. И моя миссия по спасению генерального закончена, ровно как и карьера в этой организации, потому как Ивану Дмитриевичу в ближайшие месяцы помощница, если и понадобиться, то совсем иного профиля — медицинского. Хотя стоит попытаться попросить другую должность, работа мне сейчас
