href="ch2.xhtml#id5" class="a">[3] компании, — предполагаю я. — Охранники бы бровью не повели, особенно учитывая, что тело нашли не сразу.
— Ты права, — отвечает Каин. — Или ему даже не нужно было переодеваться. Может, ее убил представитель компании.
— Ты надо мной смеешься?
— Вовсе нет. Убийца — это не профессия, Фредди. Обычно это занятие на стороне. — Он открывает очередную бутылку вина. — Может, кто-то из компании знал Кэролайн. Может, у него была причина, по которой он захотел ее убить.
— Или она, — отмечает Мэриголд. — Убийцей могла быть женщина.
— Или она, — соглашается Каин, передавая ей бокал вина.
— Не понимаю, как можно не заметить лужу крови или другие признаки убийства. — Я все еще нахожу странным, что тело так долго не могли найти. — Если ее не убили прямо под столом, охранники должны были что-то заметить.
— Ее вполне могли убить прямо под столом, — говорит Уит.
— Почему?
— Возможно, она искала выпавшую сережку. Или уединения. — Уит пожимает плечами. — А может, пряталась. Однажды я хотел скрыться от бывшей и забежал в женский туалет.
— Мне кажется, разумнее было бы убежать в мужской, — бормочет Каин.
— О да! — восклицает Уит. — В следующий раз так и сделаю.
— Что вы делаете со своими бывшими, что вам приходится от них прятаться? — Мэриголд толкает его в плечо.
Он улыбается и поднимает брови:
— Ты что, Мэриголд, просишь джентльмена распускать сплетни?
— Ты не джентльмен, — говорит она.
Уже давно за полночь, и мои гости слишком напились, чтобы возвращаться домой. Да им и не хочется. Так что я достаю из шкафа запасные подушки и одеяла и сооружаю в гостиной спальные места для Каина и Уита. Они бросают монетку за место на диване. Каин проигрывает и ложится на полу.
Я приношу ему еще подушек со своей кровати:
— Тебе нормально будет?
— Не забывай, я жил на улице.
Уит фыркает:
— Целых две недели! — Он раздевается до нижнего белья без намека на стыдливость.
— Ты не против, что мы ночуем? — спрашивает Каин. — Тебе наверняка хочется скорее вернуться к работе над романом.
Я бросаю взгляд на Уита, который уже растянулся на диване. Он, очевидно, никуда уже не пойдет.
— Все в порядке, — отвечаю я. — Вы все — ходячий материал для книги.
Мэриголд спит со мной. Кровать большая, так что места хватает обеим. Девушка заваривает нам чай и закрывает дверь, чтобы наш разговор не подслушивали.
— Он тебе нравится? — спрашивает она.
— Кто?
— Каин.
— Нам что, двенадцать лет?
Она хихикает:
— Мы с Уитом вас застукали с поличным.
Я отпиваю чай. Похоже, у нас теперь девичник.
— Мэриголд, мы с Каином разговаривали о книгах. Подумали, что у вас с Уитом есть дела получше, чем слушать, как мы распинаемся о темах и сюжетах или о том, справедливо ли клевещут на наречия.
Мэриголд обдумывает мои слова:
— У нас нет дел получше.
— Разве вы не учитесь?
Мэриголд морщит нос:
— Да, но это больше фоновый шум, чем настоящие дела.
Я смеюсь:
— Мы познакомились всего пару дней назад. Как все остальное может быть фоновым шумом?
— Не все… только пары. — Она пожимает плечами. — А на них можно не ходить. Уит хочет, чтобы его отчислили, а я что-то вроде гения.
Она улыбается при этих словах, но я ни на секунду не сомневаюсь в их правдивости.
Мэриголд обвивает ноги руками и кладет подбородок на колени:
— Но разве тебе не кажется, что в нашей четверке есть что-то особенное? Мне кажется, будто я вас давно знаю.
Возможно, я выпила больше, чем думала, но я понимаю, о чем она говорит. Поставив чашку на тумбочку у кровати, я падаю на подушку.
— Вы с Уитом знали друг друга до того дня в библиотеке?
— Нет. Я видела его пару раз, но мы никогда не разговаривали. — Она залезает под одеяло. — Интересно, заговорили бы мы друг с другом, если бы не услышали крик Кэролайн?
Я раздумываю над ее словами. Сейчас кажется немыслимым, что мы могли разойтись по своим делам и никогда не познакомиться.
Голос у Мэриголд низкий и мелодичный. Я уже засыпаю, а она все болтает — что-то об Уите и саботаже.
* * *
Дорогая Ханна!
Кажется, я влюбился в Мэриголд! В реальности она действовала бы мне на нервы, но на страницах книги она сияет. Все внимание на ней. Остальные тоже неплохи, но Мэриголд!..
Не стоит ли дать читателю информацию о том, как выглядит Уинифред? Она описала для нас Красавчика, Героического Подбородка и Девушку с Фрейдом, но как выглядит она сама — мы не представляем. И мне интересно, почему Каин заинтересовался Фредди, а не Мэриголд? Да, они оба писатели, но все должно быть сложнее. Конечно, дело не всегда во внешности, но, когда ты создаешь такого привлекательного персонажа, как Мэриголд, читатель непременно задастся вопросом, почему мужчина выбрал ее подругу. Или все-таки он не выбрал Фредди?.. (Вставить драматичную музыку.)
Увидел в новостях, что в Австралии опять пожары. Должно быть, сильные, раз даже нам о них рассказывают. Об Австралии редко что слышно. Наверное, задам глупый вопрос, демонстрирующий мое ужасающее отсутствие знаний о географии твоего континента, но — ты в безопасности? Все представляю, как ты торопишься дописать последний абзац, пока пламя пожирает входную дверь. Сегодня в Бостоне пошел снег… не сильный, но намекающий на будущие снегопады. Большие снежинки, как на рождественских открытках — их еще принято рассылать? Наверное, странно описывать похождения персонажей зимой в Бостоне, обитая при этом на другом конце мира во время аномальной жары.
Что же, пока ты там паришься, я обдумал парочку вещей, с которыми может столкнуться Фредди. Похоже, жара в вашем полушарии компенсируется ледниковым периодом в нашем.
В квартирах на площади Кэррингтон хорошее отопление, так что каждый раз, когда Фредди приходит или уходит, ей придется снимать или надевать верхнюю одежду. Рано утром нужно остерегаться льда на тротуарах — на нем весело кататься, когда ты ребенок, но становится не так весело, когда ломаешь ноги. Шарф и перчатки — идея хорошая, но здравомыслящие люди наденут шапку. Помни только, что мы не используем термин «бини»! У Фредди нет автомобиля, так что ей нет смысла убирать снег… но возможно, есть у Каина. Или Лео. Потому что, давай признаем, такой харизматичный персонаж заслуживает более значимой роли.
От Александры Гейнсборо пока нет новостей, но, наверное, ожидать ответа — или даже надеяться на него — еще рано. Конечно, в моих мечтах рукопись так ее очаровывает, что она читает ее
