— Да, она приходила. Один раз.
— И как на новом месте?
— Прекрасно. Спасибо тебе за беспокойство.
— Не надо, Лиль… Я по-хорошему.
— Я тоже. По-хорошему прошу больше не звонить мне. Нас больше ничего не связывает, не так ли?..
— Так… — соглашается. — Но ты пришла ко мне в больницу.
— Хочешь знать почему?
— Хочу.
Ну разумеется он хочет. Он снова хочет глотнуть того самого чувства, как чистого воздуха.
— Потому что я человек, Мирон. Потому и пришла. На этом все.
— Лиль…
— Жаль твою девушку, — перебиваю его. — Я слышала про Вику… Хочу я или нет, но до меня доходят новости о тебе.
Виснет удушающая тишина. Около полминуты ни звука.
— Ты в городе?
Как же он любит менять тему...
— Столько вопросов, Мирон… — поднимаюсь на ватных ногах. — У меня нет ни желания, ни времени на них отвечать…
— Да? Чем ты занята?
— Чем я занята… Пытаюсь забыть все те ужасы. Восстанавливаю свою жизнь. По кусочкам. Что, удивлен?.. Думал, я закончу то, что ты считаешь, я хотела сделать перед нашим разводом?
— Думаешь, я хотел или хочу, чтобы ты умерла?
— Думаю, Мирон, ты сам не знаешь, чего хочешь. Одно только точно знаю — ты выпил каждую каплю счастья в моей жизни. И теперь, когда я почти пришла в себя, тебе снова надо осушить меня.
— Лиль…
— Тебе вдруг стало паршиво, потому что умерла твоя новая подружка?! Поэтому ты решил меня набрать?! — срываюсь. — Тебе стало одиноко?! Так найди еще одну. Тебе же это раз плюнуть. Ну или обрати внимание на свою «сестренку». Она на все ради тебя готова, ты уж поверь. Только меня в покое оставь!
Я должна, просто должна себя так вести. Иначе никак.
Но теперь он знает этот номер и может выяснить где я нахожусь. Может прилететь.
— Успокойся.
— Я спокойна! Была спокойна, пока ты не позвонил! Какого черта тебе надо, скажи конкретно?! У меня все прекрасно. Прекрати звонить и терроризировать моих друзей. Я больше не твоя собственность. Тебе не нужно ничего обо мне знать!
Нервно хожу по комнате из стороны в сторону, цепляясь за остатки самообладания.
— Я хочу тебя увидеть.
Судорожно вдыхаю.
— А я тебя нет.
— Одна встреча.
— Нет. Я не хочу тебя видеть. Наша встреча в больнице… это была последняя наша встреча. Я себе это обещала.
— Ты не в городе?
— Да, черт возьми, я не в городе. Я уехала. Далеко. Возвращаться не собираюсь!
— Одна в чужом городе, значит…
— Я не одна.
— А с кем?
— Тебя не касается. У меня теперь своя жизнь. Тебе в ней не место, Мирон. Будь у тебя что-то важное ко мне, ты бы сказал об этом и по телефону. Но тебе просто что-то в голову взбрело. Извини, но больше я не могу говорить… Мне пора. Не звони больше, — сбрасываю и бросаю телефон на кровать.
Прячу лицо в ладони и не двигаюсь где-то с минуту, после чего срываюсь к комоду и продолжаю искать белье для себя. Роюсь, роюсь, а потом, не сдержав эмоций, начинаю все вышвыривать из комода.
Будь он проклят…
Как же я его ненавижу.
Больше не люблю.
Только злость и ненависть.
Спустя неделю…
— Захотел бы, уже нашел бы, — успокаивает меня Максим.
Сегодня воскресенье. Он не на работе. Мы не спеша завтракаем на кухне.
— Да, наверное, ты прав. Но мне постоянно мерещится, что…
— Это твои страхи. По-моему, ты сказала все правильно и он понял все правильно. Иначе бы он уже был здесь. Расслабься. Ну, позвонил, решил узнать, как ты… Такое бывает у бывших.
— То есть ты звонишь своим бывшим девушкам, чтобы узнать о их делах?
— Нет… — с улыбкой хмыкает Максим и делает глоток свежего кофе.
— Они тебе?
Вздергивает правую бровь и качает головой.
— Ясно… Только ты Мирона не знаешь.
— Ну соскучился он по тебе. Нахлынуло. Все-таки год были вместе. Только и всего. Не принимай близко к сердцу. Думай о себе и о ребенке. А я подумаю о вас, — подмигивает.
А что если он уже знает где я? И теперь наблюдает. Он мог кого-нибудь послать следить за мной. И это без шуток. Он мог...
Глава 13.
Спустя еще неделю…
— Ты совсем не выходишь на улицу. Есть причина? — спрашивает Максим, войдя ко мне в комнату.
Да, это правда. Я носа не высовываю. Намеренно.
— Просто не хочется, — загибаю страницу и откладываю книгу на край кровати.
— Ты заболела?
— Нет, я в порядке, Максим, правда, — кутаюсь в плед.
— Да ты такая с самого того дня. Ты совсем расклеилась, Лиль… Так нельзя.
— Я не расклеилась, Максим, просто… — прикрываю глаза. — У меня сейчас тяжелый период. Легкая депрессия... Это пройдет.
С тех пор как он позвонил, я сама не своя. Не могу прийти в себя. Прокручиваю его и свои слова снова и снова.
— Слушай, от того, что ты продолжишь сидеть в четырех стенах, лучше не станет. Тебе нужно сменить обстановку. Пойдем на прогулку. Давай, вставай. Вставай, говорю, — подходит и стаскивает с меня плед. — Одевайся, Лиль.
Но я не встаю с кровати, обхватываю плечи руками.
— Максим, я боюсь…
— Чего ты боишься?
— Боюсь выходить из квартиры. Боюсь, что…
— Да нет его тут, Лиль. Ты зря переживаешь. Это был просто звонок. Ничего более. Или тебе хочется, чтобы это было что-то большее?
Поднимаю тяжелый взгляд на брата.
— Нет, мне этого не хочется. Клянусь, что нет, Максим. Просто я… — качаю головой. — Просто мне надо жить так, чтобы его не было в моей жизни. Совсем. Иначе я не смогу…
— Ты же больше не принимаешь левые звонки. Тот номер ты занесла в черный список. Его больше не будет. А если припрется, то я и близко его к тебе не подпущу.
Быстро поднявшись с кровати, я обнимаю брата. Никогда еще так не делала. Но теперь понимаю, что мы по-настоящему стали близки. Он как отец. Не только внешне на него похож. У него суть такая.
— Пойдешь со мной на прогулку? — обнимает меня в ответ. — Тебе надо. Нужен свежий воздух. Станет легче. Вот увидишь.
— Хорошо… — скулю Максиму в плечо. — Я пойду.
Несколько месяцев спустя…
— Не волнуйся, Лиля, все с тобой хорошо, — монотонным голосом произносит Алевтина Николаевна, делая записи.
— Если все хорошо, то почему я должна остаться в стационаре? Роды же только через месяц.
Врач снимает очки и трет переносицу.
— Могут наступить преждевременные роды, Лиля. Всему виной та твоя травма.
Неделю назад я случайно оступилась у лифта. До сих пор нога болит.
— Только не переживай. Здесь с тобой и твоей малышкой точно ничего не случится. Ты будешь под наблюдением. Я могу тебе это обещать. Только, пожалуйста, останься.
Да это даже обсуждать не стоит. По глазам Алевтины Николаевны вижу, что все очень серьезно. А рисковать я не хочу.
— Конечно я останусь. Только съезжу взять одежду и все необходимое.
— Правильное решение, Лиля. Приезжай как можно скорее. Желательно пускай тебя сопровождают.
Брат сейчас на работе. Не хочу его дергать. Он и так со мной постоянно носится. Сама справлюсь. Чувствую себя сейчас прекрасно, несмотря на слегка ноющую ногу.
— Я скоро вернусь.
Выйдя из больницы, я вызываю такси и еду домой. Быстро собираю вещи в сумку и уже по дороге назад звоню Максиму.
— Почему ты мне не сказала? Я сам бы собрал твои вещи и привез.
— Да все в порядке, Максим. Я почти подъезжаю обратно. Потом скажу, как и когда ты сможешь меня навестить.
— Обязательно. Я сегодня же приеду к тебе, проверю, как ты устроилась. После работы.
— Если можно будет, то я буду рада.
— Я пробьюсь. Ладно, Лиль, мне пора. Дел еще много. Хочу пораньше успеть закончить план.
— Конечно. Я позвоню еще.
В больнице меня быстро определяют в палату. Сегодня процедур уже не будет, но я смогу отдохнуть, точно зная, что случись что, то ко мне быстро придут на помощь. Это успокаивает.
