– Но… Нет, все-таки что-то есть. Пинто говорит, у тебя появилась другая женщина.
– Пинто! Откуда ей знать о моих делах?
– Она хорошо знает свет и считает, что все мужчины во всем мире одинаковы.
– Перестань, поцелуй меня, Эми. Давай докажем этой мадам Пинто, что хотя она и знает мужчин, а твоего мужа не знает совсем.
Конечно же Эми поверила тому, чему хотела верить больше всего на свете; а Роберт не был бы Робертом, если бы не смог убедить ее в своей любви.
Проснувшись ночью, Эми поняла, что она одна в постели. Шторы были опущены, но не так плотно, лунный свет заполнял комнату. Она протянула руку и коснулась пуховой подушки, хранящей отпечаток головы Роберта.
Эми села. Меховое покрывало, лежавшее поверх одеяла, оказалось отброшенным в сторону. Сомнений быть не могло: он выскользнул, чтобы встреться с женщиной, и эта женщина вовсе не придворная дама, а кто-то из их собственного дома.
Со слезами на глазах Эми выбралась из постели, накинула шаль на плечи. Постояла, решая, пойти ли рассказать Пинто о том, что она обнаружила. Но теперь, убедившись в неверности Роберта, почувствовала себя такой несчастной, что, закрыв лицо руками, села на стул и стала на нем раскачиваться. И так в нерешительности просидела довольно долгое время, пока ее не испугал звук, донесшийся снаружи. Поспешно поднявшись, Эми подошла к окну и в лунном свете увидела Роберта, а вместе с ним своего отца и еще какого-то мужчину. Она пришла в такой восторг, что открыла раму и окликнула мужа по имени.
Мужчины посмотрели наверх. Отец разъяренно замахал рукой, показывая, что она должна отойти от окна. Эми повиновалась, в высшей степени озадаченная. Но через несколько минут услышала скрип досок в коридоре, потом в спальню тихо вошел Роберт. Он был полуодет, глаза его блестели от возбуждения. Эми бросилась к нему, всхлипывая от облегчения:
– Я думала… я думала…
Он закрыл ей рот рукой:
– Тише… Бога ради, тише, Эми. Почему ты не в постели? Ты разбудишь весь дом.
– Но… я должна была знать… я думала…
Роберт уложил ее в постель, сел рядом, задвинул полог. Эми чувствовала, что он разгневан, и это испугало ее.
– Ты разрушишь все, – сказал Роберт и понял, что произнес пророческие слова. Она уже разрушила все. Его брат Гилдфорд женат на леди Джейн Грей, и в эту самую минуту, хотя пока это известно немногим, Джейн Грей стала королевой Англии. Он посмотрел на жену. Довольно хорошенькая, волосы рассыпались по плечам, свалившаяся шаль открыла пухлые плечики… Но Роберт теперь повзрослел; он перерос простенькое деревенское очарование Эми Робсарт.
– Ты собираешься оставить меня, Роберт? – спросила она.
– Послушай меня. Мы не хотели, чтобы ты знала. Но раз уж ты все равно все видела, мы с твоим отцом решили, что теперь ничего не поделаешь, придется тебе рассказать.
– Что… что такого я видела?
Он постарался скрыть раздражение:
– Твоего отца, меня и гонца.
– Гонца?
– Да, он прибыл сегодня ночью от моего отца, но это великая тайна.
– Да, Роберт?
В эту минуту он страстно желал, чтобы она ничего не видела, а еще больше – чтобы у него вовсе не было жены. Как было бы хорошо, если бы на ее месте оказалась молоденькая прачка, недавно привлекшая его внимание на кухне, которая могла бы доставить ему столько удовольствий, сколько Эми никогда не доставляла, и при этом не ограничивая его свободы. Свободы! Роберта бросило в жар от ярости, когда он подумал о своей свободе. Гилдфорд – король! И он, Роберт, мог бы быть в этом высочайшем положении. Роберт готов был вцепиться в шею жены и выдавить из нее жизнь.
– Роберт, что такое? Что тебя мучает?
Он глянул на ее детский рот и удивился сам себе. Как он мог позволить такому существу встать на его дороге?
– Бедняжка Эми, я напугал тебя, – произнес Роберт, затем наклонился к ней, потерся губами о ее губы.
Она подняла руки, прильнула к нему. Глупышка Эми! Она и понятия не имеет, что сделала с ним. Все, что нашла сказать, узнав о Гилдфорде: «Какой удачный брак для твоего брата!» Ему хотелось крикнуть: «Да! Но вместо него мог быть я!», Только его жена слишком глупа, чтобы сообразить, что он потерял величайший шанс всей жизни именно из-за нее, деревенской девчонки, которая больше не способна удовлетворить его внутренней жажды!
– Не бойся, Эми, – с трудом проговорил Роберт. – Ты ведь не думаешь, что я могу причинить тебе боль?
– Нет… нет…
Она опять прильнула к нему. Он снова поцеловал ее, мягкую, теплую от пуховой постели. Бедняжка Эми!
– Считай, тебе повезло, – сказал он, – что ты моя жена, а не только дочь своего отца. Он бы непременно проучил тебя за то, что ты так закричала.
– Но, Роберт… Я подумала, что ты ушел к другой женщине…
– Почему ты так подумала? Сомневаешься в своей власти надо мной?
– Нет, Роберт.
– Разумеется, не сомневаешься. Ты высокого мнения о своих чарах. Разве я не вижу частенько, как ты щебечешь с Пинто, глядясь в зеркало?
– Но…
– Я дразню тебя, Эми. Тебе не нужно бояться. Ты умеешь хранить секреты?
– Нет, Роберт, ты же знаешь, что не умею.
– Ты честная женщина, Эми. Но я знаю, как заставить тебя сохранить тайну, которую сейчас тебе доверю.
– Что ты имеешь в виду, Роберт?
– Если ты выдашь этот секрет, Эми, ты выдашь меня.
– Я все еще не понимаю, Роберт.
– Ты немного понимаешь, моя Эми. Но мы с твоим отцом решили доверить тебе эту тайну. Ты вынудила нас это сделать, так как видела во дворе чужого человека. Ты никому не должна говорить об этом, потому что, если скажешь, это может стоить мне… и твоему отцу тоже… это может стоить жизни нам обоим.
– Как так?
Он положил руку на ее обнаженную плоть и почувствовал, как трепещет ее сердце.
– Ты так боишься потерять меня? – спросил Роберт. – Будешь ли ты горевать, когда увидишь, как всхожу на эшафот на холме Тауэр?
– Умоляю тебя… – начала она. Он перебил ее:
– Я покину этот дом перед рассветом.
– Куда ты поедешь, Роберт?
– Близятся великие события. Король умер, но это еще мало кому известно. Мой отец поставил кордон охраны вокруг Гринвичского дворца, закрыл порты. Он хочет, чтобы пока об этом знали только его друзья.
– Но что это означает, Роберт?
– Эми, выйдя замуж, ты попала в великую семью. Мой брат будет королем, потому что его жена будет королевой. Но нам нужно выступить до того, как это смогут сделать наши враги. Этой ночью я уеду с несколькими моими доверенными сторонниками. Ты можешь догадаться, с какой миссией, Эми?
Она покачала головой.
– Разумеется, не можешь. – Роберт почти с нежностью погладил ее волосы. – О чем ты можешь догадаться, дорогая Эми, кроме того, пойдет ли дождь и скиснут ли сливки? Вот тогда ты, может быть, и не ошибешься.
