Читаем без скачивания Только в моих мечтах - Дана Мари Белл

— Положи руки за спину, детка.

Сара упрямо продолжала держать руки там, где они и были, на коленях.

Он внимательно изучал её, обошёл вокруг, своим размеренным шагом и приказал.

— Я сказал положить руки за спину.

— Нет.

Он остановился, высокомерно приподняв одну бровь.

— Нет?

Она повернулась лицом к нему, впервые она осмелилась сделать это в их сне.

Он присел, одной рукой приподняв её подбородок, притягивая её лицо. Она закрыла глаза, отказываясь смотреть на него.

— Сара.

Она открыла глаза, надеясь, что он увидит в них её злость и боль. Она хотела, чтобы он знал, что ОН сделал это с ней.

— Я больше не твоя.

Он попятился назад, его рука упала с её лица. Мука на короткий миг застыла на его лице, перед тем как её сменила злость.

— Джим!

— Хлоя! — Она посмотрела на него. — Видимо это она, а не я должна была бы быть сейчас здесь.

— Что?

— Ты спишь с ней?

Секунду он выглядел ошеломлённым, смущенным, пока, в конце концов, всё это не сменилось решимостью. Схватив её за плечи, он прижал её к своему телу.

— Я не сплю с Хлоей.

— Чушь собачья.

Выражение его лица стало холодным.

— Это два.

— Это нисколько! Как ты мог?

Она ахнула, когда его глаза стали золотыми.

— Даю тебе слово, я не спал с Хлоей.

Она отвернулась. Он был дома всё рождество, подарил Хлое тот браслетик. У него было время и вероятно влечение.

— Лжец.

Уголком глаза она заметила, как сжалась его челюсть.

— Это три.

Ой-ой. У него было жесткое и твёрдое правило: три неповиновения и она будет наказана.

Она боролась с ним, когда он положил её поперёк колен, но он был сильнее.

— Во-первых, я НИКОГДА НЕ ЛГАЛ ТЕБЕ. Даже в снах.

ШЛЕПОК. Его ладонь приземлилась, причиняя острую боль её заду. Она громко застонала, пытаясь оттолкнуть его, но он держал её крепко. Жжение быстро прошло, а её возбуждение быстро росло, в то время как она извивалась у него на коленях.

— Во-вторых. Я НИКОГДА НЕ СПАЛ с Хлоей.

Шлепок. Этот был не такой сильный как первый. Он нежно погладил след оставленный его рукой. Она облизала губы, в то время как у нее свело живот. Обычно, она любила, когда он шлёпал её. Жар его руки, сила его ладони, возбуждали её настолько сильно, что ему не нужно было делать ничего больше, чтобы заполучить её.

И именно поэтому она должна сейчас же сбежать. Она начала отбиваться сильнее, ущипнула его за бедро, пытаясь заставить его отпустить её. Если этот третий шлепок приземлится…

ШЛЕПОК!

Она содрогнулась. Облизнув губы, она подняла на него взгляд сквозь чёлку, вот интересно, что он будет делать, если она запустит свои зубки в его ногу.

— Если ещё хоть раз позволишь Джиму прикоснуться к тебе хоть пальцем, ты не сможешь сидеть неделю. Поняла меня?

Взорвавшись, она пренебрежительно фыркнула ему на это. Он был так ошеломлён, что она почти освободилась.

К несчастью это длилось недолго.

— О, не выйдет, — сильные руки обвились вокруг неё, прижимая обратно к нему, задом наперёд. — Небольшое напоминание тебе быть хорошей девочкой, помимо твоей раздражённой попки.

И… Он укусил её в шею, она знала — ОН СТАВИТ свою чёртову метку. Как только разожмутся его клыки — она будет помечена как его. Одна рука скользнула к её мокрому влагалищу, нажимая на клитор, он поглаживал её так быстро и яростно, пока она корчилась в его объятьях.

Она вскрикнула, когда кончила, но почему-то почувствовала лишь пустоту.

С последним шлепком по заднице он отпустил её.

— Теперь…

Сара проснулась, благодаря будильник за то, что не дал сну продолжаться дальше. Она точно знала, что было бы дальше. Ещё один быстрый, жёсткий трах, и следующее за ним ещё большее освобождение. Со вздохом она встала и направилась в душ, раздеваясь по пути. Она была всё ещё уставшей. Сон едва ли можно было назвать успокаивающим. Будь он проклят, всё из-за него.

Быстро приняв душ и вытеревшись полотенцем, вытащила нижнее бельё из ящика. У неё было мало времени, спасибо Габриэлю и его маленькой игре. Если у неё и есть возможность склонить эту игру в одну или другую сторону, то нужно это сделать до окончания этого путешествия.

Она хотела, чтобы её прическа и макияж сегодня были идеальны, так что нужно было поспешить. Она должна была сделать всё возможное, чтобы затмить самоуверенную нахалку, которая завладела вниманием её парня. Ужин состоится менее чем через час, а ей ещё нужно добраться до «Анимал Кингдом»[5].

Она быстро переоделась в маленький красный сарафан с лямками и подходящие сандалии, включила фен и начала приводить в порядок короткие пряди, завивая их на кончиках так, чтобы подчеркнуть контуры лица. И только когда начала накладывать румяна заметила след от укуса на шее. Она выключила фен и наклонилась ближе к зеркалу, чтобы получше рассмотреть.

— Пропади ты пропадом, ублюдок! — Впервые он пометил её во сне. Отпечатки его ладоней не раз появлялись на её заднице, следы поцелуев на лопатках и груди, а теперь ещё и это. Это было и приятно и дурно одновременно, и прямо сейчас, когда все это увидят. Впервые когда это случилось — она была взволнована. Сейчас же, просто раздражена.

Это отняло много времени, но в конце концов она смогла замазать их тоналкой. Ну, и как я смогу объяснить людям засосы появляющиеся от снов?

Никак!

Завив волосы, она начала сушить их, снова. Если она не поспешит, то опоздает, и это всё будет виной только Габриэля.

Естественно шёл дождь. Чего ещё можно ожидать во Флориде? В Апреле? Дьявол, по крайней мере, он помогал избавиться от неудовлетворенной эрекции, после его прерванной забавы с Сарой. У него на сердце было паршиво после прерванного сна; но видеть её там, это того стоило. Его Пума реально зарычал снова, он не думал, что будет так скучать по этому звуку, пока он не исчез. Он добрался до ресторана до того, как начался проливной дождь, так что не сильно промок. И, тем не менее, из-за проклятой одежды и работающих на полную мощность кондиционеров, дрожь пробежала вниз по его позвоночнику, а на руках появились мурашки.

Судя по всему, он был первым кто пришёл, он увидел Эмму, делающую покупки. Раинфорест Кафе располагался таким образом, что к нему с одной стороны прилегал магазин подарков. Он улыбнулся, заметив, как морщится Макс, но смех Эммы потянул его к ней, как магнит железо.

Он наблюдал за ними, такими счастливыми, он спрашивал себя, будут ли они с Сарой когда-нибудь настолько же счастливы. Обеденный сон встревожил его больше, чем он думал. Неповиновение Сары поразило его, перевернуло всё в нём и причинило боль, в одно и то же время. Её боль поразила его в самое сердце, испытывая на прочность его решимость как никогда раньше, даже сильнее, чем когда он увидел её с Джимом. Единственное, что он смог на тот момент придумать, так это дать вырваться Пуме и разрешить ему, в конце концов, пометить её как свою.