По кругу зрителей пролетел вздох и довольный шепот: метла двигалась! Неровно, рывками, словно ее подтягивали на веревке, она придвигалась к колдуну. Сам колдун сидел неподвижно, как каменное изваяние и, казалось, молча подзывал ее к себе.
Мисс Прайс подалась вперед. Темные очки она сдвинула на лоб, и Кэри, наконец, увидела выражение ее лица. Это было лицо человека, глубоко заинтересованного. Мисс Прайс посмотрела на метлу чуть подольше, а потом снова надвинула на глаза очки, наклонила голову и, похоже, вообще задремала.
В нескольких футах от колдуна метла остановилась.
Колдун поднял голову, взглянул на зрителей, потом на мисс Прайс. Та по-прежнему сидела, опустив голову на грудь. Тогда колдун чуть подвинулся вперед, поближе к метле. «Жульничает!» — в ярости прошептала Кэри.
Метла снова пришла в движение, только на этот раз она скользила к мисс Прайс, и не рывками, а плавно и уверенно. Колдун поспешно занял прежнюю позицию. Метла остановилась.
— О боже мой! — воскликнула Кэри. — Этого невозможно вынести!
И вновь неохотно, рывками, метла поползла к колдуну. Мисс Прайс еще ниже опустила голову и стиснула руки. Метла нерешительно помедлила, а потом одним броском скользнула по песку прямо ей на колени. Мисс Прайс крепко ее ухватила и откинула голову.
Колдун вскочил, трижды подпрыгнул, взвыл нечеловеческим голосом и стал приближаться к мисс Прайс. В руке его блеснуло что-то длинное и острое. Сжимая метлу, мисс Прайс твердо посмотрела ему в лицо. Ноги ее были связаны, убежать она не могла.
Кэри вскрикнула и закрыла глаза, но Пол, сидевший рядом на корточках, взволнованно закричал:
— Дым! Желтый дым! Мисс Прайс! Вы так можете даже лежа!
Мисс Прайс бросила в его сторону благодарный взгляд. Она сделала вдох. Потом протянула руки к колдуну, словно пытаясь отгородиться от него метлой. Он замер, согнув колени, готовый к прыжку, но вдруг как-то съежился, уменьшился и начал оседать, как будто таял от жара костра. Затаив дыхание, ребята смотрели, как колдун становится все меньше, меньше и, наконец, превращается в крошечный золотой шарик, едва различимый на песке.
— Видите! — завизжал Пол. — У нее получилось! Она не смогла этого сделать быстро, но все-таки у нее получилось!
Кэри наклонилась, чтобы получше разглядеть. Шарик неожиданно подпрыгнул. Кэри вздрогнула. Пол расхохотался. Он пришел в страшное возбуждение.
— Это же дым, дым! — верещал он. — Пустяковый дымишка... дурацкий старый дым! — Кэри шлепнула его.
— Тихо, — прошипела она. — Мы еще не спаслись.
Танцоры подозрительно молчали. Они явно боялись — боялись дыма, боялись мисс Прайс, боялись даже ребят.
— Кэри! — позвала мисс Прайс. Она разглядывала лианы, которыми были связаны ее ноги. Кэри побежала к ней, Чарльз и Пол следом.
— Придется вам держаться за метлу. Это будет трудно, но не слишком долго. Надо добраться до кровати. Как только я закричу, кричите тоже, это поможет метле подняться.
— Вчетвером на метле! — ахнула Кэри.
— Я знаю. Опасно, конечно, но это наша единственная надежда. Пол может сидеть у меня на коленях, но вам с Чарльзом придется висеть. Так не забудьте: как только я закричу, вы все кричите тоже.
Мисс Прайс посадила Пола на колени и обеими руками ухватилась за прутья. Кэри и Чарльз взялись за палку. На минуту мисс Прайс прикрыла глаза, припоминая заклинание. Дымок исчез, но танцоры, наблюдавшие за ними, неожиданно двинулись вперед. Мисс Прайс поспешно пробормотала:
Глаз тритона, пять акрид,Сера, жаба, аконит.Луна — свети;Метла — лети!!
На слове «лети» голос ее повысился до пронзительного крика. Ребята присоединились к ней. Метла приподнялась над землей. Кэри и Чарльз повисли на руках.
— ЛЕТИ-И-И!! — взвизгнула мисс Прайс, подгоняя метлу. Метла сделала еще одну героическую попытку. Вихляясь, она медленно пошла вверх. Туземцы ринулись вперед, сверкнули ножи, но Кэри и Чарльз болтались в воздухе вне досягаемости. Зато Кэри заметила, как один из дикарей вставляет в лук стрелу.
— ЛЕТИ-И-И!! — снова пронзительно крикнула мисс Прайс.
— Ради Бога, — прибавил Чарльз. С него соскальзывали пижамные брюки, и он чувствовал себя весьма уязвимым.
Может быть, это неожиданное добавление к заклинанию пришпорило метлу, а может, по другой причине, только она внезапно взмыла вверх.
Костер и жестикулирующие танцоры остались далеко внизу. Путешественники поднялись над освещенными луной деревьями, а впереди мерцало море. Метла проседала и пошатывалась, но решительно направлялась к рифам. Кэри и Чарльз держались из последних сил. Руки их одеревенели и едва не отрывались, холодный ветер насквозь продувал пижамы.
Над лагуной метлу занесло в сторону и она в изнеможении начала снижаться кругами. Кэри напрягла глаза. Ей были видны только буруны, буруны и брызги, — одна вода; неужели кровать утонула?
— Ай!! — закричала Кэри, когда метла, увеличивая скорость, устремилась прямо к волнам. И в этот момент они увидели кровать. Она стояла все там же, на пологой полоске песка. Но едва они очутились на кровати, как в море начала расти, набирая высоту и закручиваясь, огромная волна.
— Загадывай, Пол, загадывай! — взвизгнула Кэри.
Потом их накрыло волной. Захлебываясь, вымокнув до нитки, они цеплялись за скользкие прутья кровати.
Пол, видно, все-таки загадал желание. Кровать покатилась, накренилась и нырнула в пространство. Тьма редела по мере того, как они со свистом проносились сквозь нее. Вокруг постепенно разливался бледный свет, приобретая то золотой, то розовый, то голубой оттенки. Оттенки переплетались, как цветы в букете, схваченном голубой лентой... Кэри пригляделась — и вдруг узнала этот букет: утреннее солнце светило на обои в спальне Пола.
СЧЕТ ПРЕДЪЯВЛЕН
Наконец-то они вернулись домой, но в каком виде! В грязных, изодранных пижамах, без халатов, на промокшей насквозь кровати. У мисс Прайс дела обстояли не лучше. Ее чулки и ботинки остались на острове, тропический шлем отсырел и размяк, а с костюма на пол натекла лужа. Из всех вещей, что она брала в путешествие, уцелела одна метла. Мисс Прайс выглянула в окно.
— Слишком светло, чтобы лететь, — пробормотала она. И тут ей в голову пришла ужасная мысль. — Должно быть, уже больше девяти!
Мисс Прайс без сил опустилась на стул. Как только она села, послышалось хлюпанье.
— Кэри, боже мой, что же делать!
Чарльз подошел к окну. Оно так и осталось открытым.
— Никого нет, — сказал он. — Спускайтесь по метле на землю и сразу бегите.
Мисс Прайс тупо на него уставилась.
— Боже мой! — воскликнула она. — Как это ужасно!
— Так надо, мисс Прайс, — настаивала Кэри. — Бегите.
Мисс Прайс посмотрела на свои босые ноги.
— Если я встречу садовника... — простонала она.
— Слушайте, — прошептал Чарльз, поднимая голову.
Ошибки быть не могло: на лестнице раздавались шаги.
— Быстрее, — Кэри почти насильно сунула метлу в руки мисс Прайс и ребята помогли ей забраться на подоконник.
— О господи! — пробормотала мисс Прайс, осторожно придерживаясь за раму. — Ну так же нельзя.
— Знаю, — прошептала Кэри, слегка подталкивая ее, — но что поделаешь.
Ребята смотрели, как мисс Прайс плавно съезжает вниз, подбирает юбки, поднимает метлу и спешит к спасительным кустам. Когда она добралась до укрытия, они на минутку вздохнули с облегчением, а затем обернулись — чтобы встретиться глазами с Элизабет.
— Завтрак, — сказала та, стоя в дверях, — на столе уже полчаса... — и замолчала, раскрыв рот.
Она смотрела на пол. От кровати неторопливо растекалась широкая черная лужа, подбираясь к ногам Элизабет. Ее ошеломленный взгляд долго блуждал по этому потоку, добрался до его истока и, наконец, сосредоточился на ребятах. И от этого взгляда не ускользнуло ничего — ни чумазые лица, ни мокрые волосы, ни облупленные носы, ни разодранные пижамы, прилипшие к обожженным солнцем рукам и ногам.
— Так, — медленно произнесла Элизабет. — Чтобы я когда-нибудь... — Глаза ее блеснули, по бледным щекам поползла краска. — Это, — закончила она, — последняя капля.
Элизабет еще раз неспешно все осмотрела. Она приподняла угол пухового одеяла. Одеяло было темно-красным вместо бледно-розового и тяжело свисало между ее пальцами. Мягко и аккуратно от него отделялись капельки воды и равномерно падали на свеженатертый пол. Элизабет отпустила одеяло. Еще какое-то мгновение она обозревала всю картину, словно не веря собственным глазам, потом губы ее сложились в мрачную улыбку.
— Хорошо же, — тихо сказала она и, повернувшись, вышла из комнаты.
