... Это был один из тех вечеров, когда Элизабет была настроена поговорить о том, как сынишке ее сестры удаляли гланды, и она шла за ребятами всю дорогу от ванной до спальни, пересказывая уже хорошо знакомые им подробности. Они знали, что позже, когда Элизабет будет сервировать ужин тетке Беатрисе, она вздохнет и скажет, что «из сил выбилась, загоняя этих детей в кровать».
Наконец, она удалилась, тяжело ступая по лестнице, и Кэри с Чарльзом проскользнули из своей комнаты в спальню Пола. Пол спал; они присели на его кровать и прошептались до тех пор, пока не начало темнеть. Тогда Кэри и Чарльз подошли к окну, чтобы встретить мисс Прайс. Чарльз первым высмотрел ее. Она летела низко над землей, в тени кедров. Метла была перегружена и покачивалась у подоконника, как шлюпка у борта корабля. Впустить мисс Прайс в окно оказалось сложным делом. Она везла плетеную сумку, книгу и зонт и не решилась слезть с метлы, пока надежно не встала ногами на подоконник. Мисс Прайс уронила шляпу, задев за раму, и выяснилось, что это тропический шлем.
— Это моего отца, — пояснила мисс Прайс громким шепотом, — один из тех, что он носил в Пуне в девяносто девятом году. У него еще была по краю противомоскитная сетка.
Кэри повертела шлем на пальце, чтобы лучше разглядеть. Он казался тусклым в меркнущем свете, и от него сильно пахло нафталином.
— Не думаю, что на Южном море водятся комары, — прошептала она в ответ.
— Что ж, — бодро отозвалась мисс Прайс, пытаясь привязать сумку к кровати при помощи шнура от халата Пола. — Профилактика лучше лечения. Чарльз, зонтик лучше засунуть под матрас. И мою книгу, пожалуйста, тоже.
Уже стемнело так, что они с трудом видели лица друг друга. Луны не было, и кедровые кроны казались едва различимыми тенями на сером небе. Пока Чарльз приподнимал матрас, чтобы спрятать книгу и зонт, проснулся Пол.
— Чего тебе? — сонно спросил он.
Кэри подсела к нему.
— Надевай халат, — прошептала она. — Пора ехать.
— Куда? — спросил Пол своим обычным голосом.
— Ш-ш, — прошептала Кэри. — На остров в Южном море. Коралловый риф, помнишь?
— Темно же, — возразил Пол.
— Там будет день. — Она всунула его руки в рукава халата. — Вот умница. Ты должен сказать: «Хочу попасть на Уипи». Вот твой сачок, и ведерко, и лопатка. Поднимайся, Пол.
Пол встал на колени, лицом к изголовью. Мисс Прайс положила метлу под одеяло. Все заняли места: мисс Прайс рядом с Чарльзом и Полом, а Кэри у них в ногах.
Пол положил руку на шишечку и обернулся.
— Меня тошнит, когда кровать летит, — объявил он.
— Ну Пол! — прошептала Кэри. — Это же одна минута. Ты вполне способен это пережить. А какой замечательный завтрак у мисс Прайс в сумке! Давай, поворачивай.
Пол повернул шишечку. Кровать неприятно накренилась... Вокруг была сплошная синева, стремительно уносящаяся назад синева, которая блестела, как развевающаяся парчовая лента. В этой синеве все больше становилось блеска, тепла, золотых лучей и, наконец, ее сменил ослепительный солнечный свет. Жгучий песок посыпался им на лица, когда кровать заскользила по земле и резко остановилась.
ОСТРОВ УИПИ
Первым делом Кэри пожалела, что не взяла шляпу. Белый песок отражал слепящие солнечные лучи и смотреть можно было, только прищурив глаза.
Кровать постаралась. Она опустила их на самый конец рифа в форме подковы, на узкую полоску белого песка, которую поддерживали стены из пористого коралла. Было похоже на корабль. По ту сторону ослепительно голубой морской лагуны виднелся другой конец «подковы». Посередине, примерно в миле от них, возвышались деревья, растущие на невысоких холмах.
Среди скал, окружавших полоску суши, образовались прозрачные лужицы, в которых поблескивали морские водоросли замечательных оттенков, морские анемоны и бесцветные рыбки. А песок был ровным, чудесным, белым, как сахарная глазурь. Кровать, приземлившись, проделала в нем четыре глубокие борозды, но вокруг не было больше ни следа, ни ряби.
Чарльз скинул тапки и медленно погрузил босые ноги в теплый песок.
— Вот это да! — счастливо сказал он.
— Как красиво! — воскликнула Кэри. — Как замечательно! Давайте пойдем на разведку.
С моря на лагуну обрушивались огромные волны и разбивались фонтанами брызг, покрывая пеной ровную поверхность воды.
Мисс Прайс распаковывала вещи. Она вытащила из плетеной сумки четыре бутылки имбирного лимонада и опустила в лужицу охладить. Остальную еду — бутерброды и сваренные вкрутую яйца — положила в тень, под кровать.
— Вы, старшие, можете отправляться на разведку, — объявила она, — а я намерена сидеть здесь, на солнышке.
Она вызволила из-под матраса книгу, зонтик и метлу. Потом, усевшись на песок и прислонившись к кровати, аккуратно сняла ботинки и чулки. И, наконец, водрузила на голову тропический шлем, раскрыла зонт и взялась за книгу.
Пол с кровати перегнулся через плечо мисс Прайс.
— Глава шестая, — прочел он вслух по складам. — «Чужая жена».
Мисс Прайс закрыла книгу, заложив ее пальцем.
— А ты, Пол, — довольно резко сказала она, — можешь взять ведерко с совком и строить песочные крепости.
— Я тоже хочу на разведку, — возразил Пол.
— Нет, ты останешься здесь и будешь играть возле меня. Спрыгивай, я закатаю твои пижамные брюки.
В конце концов договорились, что Кэри и Чарльз пойдут одни, каждый с бутылкой имбирного лимонада, яйцом и бутербродом, и что все они встретятся у кровати примерно за час до заката.
— И не опаздывайте, — предупредила их мисс Прайс. — На этих островах не бывает сумерек.
Кэри и Чарльз пустились наперегонки по песчаной полосе к главной части острова. По одну сторону от них лежала тихая лагуна, по другую — буруны разбивались о коралловые скалы, и на бегу ребята вдыхали пьянящий запах брызг. Легкий бриз задувал в рукава их пижам, веселым холодком пробегая по коже.
— Здорово, правда? — крикнула Кэри на бегу, прибавляя скорость.
— Еще бы! — отозвался Чарльз.
Центральная часть берега оказалась просто восхитительной. Сначала Кэри и Чарльз обнаружили остатки настоящего кораблекрушения. Потом повернули вглубь острова и на земле, под деревьями, нашли кокосовый орех. Потом увидели первое хлебное дерево. Они чуть с ума не сошли от восторга. Они столько читали о хлебных деревьях.
— Не очень-то похоже на хлеб, — заметил Чарльз, попробовав. — Больше напоминает крем.
Ребята нашли пресный ручеек и, пробираясь вдоль него между скалами и лианами, вышли к тихому озеру. Корни деревьев переплетались в его прозрачной воде, а посредине была ровная, освещенная солнцем скала.
— Для нырянья, — сказал Чарльз.
Раз очутившись в воде, уже невозможно заставить себя вылезти. Кэри и Чарльз ныряли, плавали и загорали. Они съели свои бутерброды и выпили имбирный лимонад, который показался довольно противным на вкус после кокосового молока. Косы Кэри расплелись, и пряди мокрых волос рассыпались по плечам, как у русалки. Ребята немного подремали на скале, поболтали, а потом снова бросились в воду.
— Это место будет нашим навсегда, — сказала Кэри. — Наш секретный остров. Я никогда не соглашусь поехать еще куда-нибудь.
Незачем было спешить исследовать весь остров. Ведь они могли возвращаться снова и снова. Построить здесь дом, привезти посуду, книги...
Когда Кэри и Чарльз, наконец, оделись, солнце стояло довольно низко и на озеро легли тени. Странные птицы сновали среди сумеречных деревьев, а один раз послышался глухой, почти человеческий крик. Кэри продрогла в своей тонкой пижаме. Кожа горела от солнца и воды, на ногах обнаружились царапины. Когда ребята вышли из тени деревьев, берег больше не был белым, в глубоком тепле заходящего солнца он приобрел золотистый оттенок.
— Мы, по-моему, немного опаздываем, — заметила Кэри и посмотрела из-под руки через лагуну, туда, где осталась кровать. — Кровать на месте. Но я не вижу... Ты видишь мисс Прайс и Пола?
Чарльз пригляделся.
— Нет. Разве что они забрались в кровать.
— Значит, они все-таки пошли на разведку. Во всяком случае, мы вернемся первыми, даже если опаздываем. Идем.
Чарльз смотрел через лагуну.
— Погоди, — сказал он упавшим голосом. — Слушай, Кэри...
— Что?
— Ту полоску залило водой.
— Что? — переспросила Кэри. Она проследила за направлением его взгляда. Гладкие буруны перекатывались через песчаную и коралловую отмель, вдоль которой они так весело бежали утром; гладкие, похожие на гребни, буруны вливались в тихую лагуну, слегка разбрызгивались там, где коралловая гряда удерживала песок. Кровать, черная на фоне сверкающего моря, напоминала остров, отрезанный от мира.
Ребята долго смотрели на воду.
