— У него были друзья в Лос-Анджелесе, сержант. По крайней мере, один. Перед тем как заговорить с нами, он беседовал с парнем в Белла-Юнион. У парня был сломан нос, и вообще он был похож на жулика.
— Может, случайное знакомство?
— Я так не думаю, сэр. Вероятно, лейтенант ему доверял. Я видел, как он держал документы Эллисона на станции. Это был тот самый конверт, который был передан капитану Хиллу.
Держал документы или давал распоряжения?.. Каллаген наблюдал за лошадьми, продолжая пустую болтовню с Мерсером на разные темы. Вернувшись в лагерь, сразу пошел к себе в комнату, где застал Крокера. На раскладушке лежала дорожная сумка Каллагена, она была раскрыта.
— Черт побери, что здесь происходит?
Крокер резко обернулся.
— У меня закончились сигареты. Думал, может, у тебя есть.
— Я не курю. И никогда не курил.
Крокер заставил себя улыбнуться.
— Подумать только, действительно! Как я мог забыть?
— Держись подальше от моих вещей, Крокер, иначе в следующий раз я не стану предупреждать.
— Разумеется, серж, буду держаться подальше, да не сердись так. Сержант ты или нет, но знаю, мне от тебя достанется в случае чего.
— Верно.
Крокер неловко протиснулся мимо него и вышел. В сумке не было ничего интересного, разве что обычные вещи обычного служащего.
Но Крокер явно что-то подозревал. Что? Или он тоже, как и Каллаген, просто о чем-то догадывался? А может быть, он что-то знает или в его голове просто родились подозрения?
Каллаген приставил ладонь к глазам и оглядел пустыню. Несомненно, индейцы сейчас неподалеку. Капитан Хилл и восемь солдат без запаса оружия и еды… Если бы мохавы Догадывались об этом, они в любой момент могли бы стереть с лица земли весь лагерь.
Каллаген загнал лошадей в загон и выставил охрану. Кажется, капитан Хилл хочет все дела передать ему, и он был готов принять на себя любую ответственность.
Как всегда случается в пустыне, ночь наступила неожиданно. На одно мгновение солнечные лучи окрасили горные хребты в ярко-красный и золотистый тона, а потом исчезло солнце, и на небе появились звезды.
Крокер и Бъюмис в первый раз заступили на пост. Бьюмис был новобранцем и совсем недавно прибыл из Пенсильвании. Кто бы ни был Крокер, ему нужно отдать должное — он прекрасно нес службу и знал, что такое слабости, не поддаваясь ни одной из них. Бьюмис мечтал лишь об одном: скорей вырваться из армии.
— Разве вы не можете поговорить с капитаном, сержант? — не раз спрашивал он Каллагена. — Мне нечего здесь делать. Я просто поссорился со своей женой и пошел в армию, чтобы ее проучить. Больше я на нее не сержусь.
Каллагену пришлось улыбнуться.
— Слишком быстро ты хочешь покинуть нас, Бьюмис. Мне жаль, но теперь ты здесь и тебе придется остаться.
— Вы хотите сказать, что я не смогу уехать отсюда? Что это за условие?
— Ты пришел служить в армию, и теперь тебе придется дожидаться окончания срока. Другого выхода нет.
— А как же моя жена? Она бросит меня!
— Если она это сделает, тебе будет лучше без нее. Успокойся. Выбор сделан, теперь осталось довести дело до конца.
Поднималась луна, заливая верхушки скал серебристым мерцанием. Ночь предстоит темная. В такие ночи кажется, что освещенные лунным светом тени движутся, а кому-то, может быть, покажется, что это индейцы.
Было очень тихо. Капитан вышел из своей комнаты.
— Жизнь — хорошая штука, Каллаген, но она проходит мимо…
— Вы всю жизнь служили, сэр?
— Нет. Перед войной четыре года не служил. Если бы я оставался все время в армии, я бы уже мог быть генералом. По меньшей мере, полковником. Но армия в мирное время была немногочисленной, а у меня хватало обязанностей в фортах на плоскогорьях. Я бросил армию и открыл магазин.
— Как генерал Грант.
— Да, но ему повезло. У меня тоже неплохо получалось, но потом партизаны сожгли мое имущество, и я все потерял. Я снова вернулся в армию. Если бы вернулся годом раньше, то получил бы звание.
— Жизнь полна неожиданностей, сэр.
Хилл повернул голову и посмотрел на Каллагена.
— Так ты говоришь, что раньше встречался с Сайксом?
— Да, сэр. Это он лишил меня звания сержанта… оба раза.
— Расскажешь мне об этом?
— Ну, вам известно, как некоторые люди относятся к ирландцам. Нас презирают во многих местах, есть гостиницы, где нас не принимают, рестораны, где нам отказывают в обслуживании. Сайкс был куда хуже. Я об этом ничего не знал. У него даже возникли неприятности с китайцем, который стирал его белье. Он сильно ругался с ним и, казалось, собирался однажды ударить, когда я предложил ему свою помощь.
— Что ты сделал?
— Я предложил перевести, сэр, я знаю китайский.
Хилл уставился на него.
— Китайский? Правда?
— Я говорю на семи языках и знаю с полдюжины диалектов, сэр. Ну, он сказал мне, что я должен перевести китайцу, и я это сделал, стараясь прояснить ситуацию. Потом отдал честь и собирался уйти, как он остановил меня и предупредил, чтобы я больше никогда, ни при каких обстоятельствах не вмешивался.
— А потом?
— Потом он постоянно придирался ко мне. Он узнал, что я ирландец, хотя раньше догадывался об этом. Я выполнял всю тяжелую работу. Однако по-настоящему он взбесился из-за девушки.
— Девушки?
— Да, сэр. Она приезжала на пост, чтобы встретиться с кем-то, кого она знала, будучи еще ребенком, а мне было приказано сопровождать ее. Она все время смотрела на меня, сэр, а потом вдруг сказала, что где-то встречала меня раньше. Она переспросила мое имя, а когда я ей ответил, она меня узнала. Мы были и в самом деле знакомы раньше, капитан… в Сучоу, в Китае. Я прибыл тогда к маленькому храму с небольшим войском. Тогда я был в звании майора… в подразделении Ворда — к тому времени оно было известно как подразделение Гордона, еще его называли Непобедимой Армией. Тогда девушка эта была просто нескладным подростком. Вместе с матерью и врачом они бежали от повстанцев и нашли временный приют возле храма. Мы очистили себе путь и захватили их с собой.
— Вы были тогда майором? Да вы добились успехов в карьере, Каллаген!
Он пожал плечами.
— Ворд вывел свою армию из портов, капитан. Он взбудоражил всю землю, а вместе с ней некоторых самых выдающихся воинов. Он принимал в свою армию людей всех национальностей и никогда не сортировал их. За него это делали сражения, а мы почти постоянно вели бои. Семьдесят процентов его военных до этого служили в других армиях, а подразделение насчитывало примерно две сотни ирландцев. Китаец Гордон принял командование закаленным в боях подразделением. Он не мог обращаться с нами плохо.
— Сайкс понял, что девушка вас узнала?
