Читаем без скачивания Стальные Волки. Надежды на лучший мир - Валерий Увалов

по грибку аварийной остановки и, сам того не зная, спас девушку, предотвратив разрушение защитного корпуса.

Тяжело дыша, Элис вбежала в комнату контроля и прерывисто спросила:

– Какого значения достигла тяга?

Юра улыбнулся и провел манипуляции с консолью управления. На панели ярко светилось значение – тысяча три килограмма.

Девушка не удержалась и бросилась на шею Юре. Но радость продлилась недолго. Пискнула входная дверь, и внутрь лаборатории вошли трое человек в черной форме следящих. Двое из них разошлись по сторонам, осматривая помещение, а третий подошел прямо к парочке:

– Элис Харпер, Юрий Богданов?

Инженер подался вперед, словно пытался защитить девушку:

– Это мы. Что вам нужно?

Следящий потянулся к набедренному карману и вытащил оттуда пару пластиковых листов:

– Вам предписание.

Элис взяла свой листок и вслух прочитала содержимое:

– «Явиться на третий пусковой контур, стартовая площадка Б». – Девушка посмотрела в лицо следящему. – И куда мы летим?

– Меня об этом не проинформировали. Мои коллеги, – безопасник указал на снующих вокруг установки следящих, – помогут вам собраться. Берите все самое необходимое, все остальное получите на месте. У вас два часа, время пошло.

– Но как же моя работа? – возмутилась Элис и обвела рукой лабораторию. – Я не могу сейчас улететь, мы только что добились успеха!

– Материалы и все, что касается проводимых вами экспериментов, также будет доставлено в пункт вашей дислокации. – Юра и Элис переглянулись, а безопасник добавил: – Остался один час пятьдесят четыре минуты.

В этот день и в последующие по всей Федерации появлялись группы следящих, которые предъявляли предписания и вывозили ученых, инженеров, биологов, технических специалистов, и специалистов многих других направлений, а также их оборудование. И все это происходило в спешке и при максимальном соблюдении секретности.

⁂

Орбитальный терминал. Четыреста километров над Землей.

Переодевание удалось и дальнейший путь пятерка гражданских никого особо не интересовала. Только во время посадки на транспорт к Земле у поста контроля охрана удивилась, рассмотрев на консоли послужные списки, но все равно пропустила без лишних вопросов.

Следующие три дня Иван и его команда провели в праздном ничегонеделании и в постоянной болтовне, благо отдельная каюта это позволяла. И все разговоры сводились к одному – несправедливости ситуации и тому, что делать дальше. «Стальные Волки» как никто другой преданы Земле и Федерации. Не было ни единого конфликта со времен второго вторжения, где бы они ни участвовали, и не на последних ролях. Поэтому Иван чувствовал себя преданным, как и его ребята.

Понадобились еще сутки, прежде чем перелетный комплекс смог затормозить у Земли. С каждым приближением комплекс погружался в верхние слои атмосферы и немного сбрасывал скорость, повторяя эту процедуру виток за витком, пока орбита не стала круговой. Далее стыковка с орбитальным терминалом и пересадка на спускаемый аппарат.

Иван смотрел в иллюминатор на отстыковку от терминала, и его терзали смешанные чувства. С одной стороны, он давно не был на поверхности родной планеты, где родился, где жили его родные и близкие, где он принял свой первый бой и смог выжить, ему очень хотелось попасть туда. С другой – он ощущал, что все это уже чужое, больше не его дом, он теперь среди звезд.

Толчок в спину вывел Ивана из раздумий, и он уставился на приближающуюся в иллюминаторе поверхность. Через минуту перегрузка возросла, и Ивану пришлось полностью прижаться к креслу, но он по-прежнему мог наблюдать горизонт, слегка повернув голову.

На фоне черной границы космоса и голубоватой атмосферы виднелись еще как минимум пять таких же спускаемых аппаратов, окутанные плазменным коконом, идущие параллельным курсом. «Кучно идут, – подумал Иван, – километров двадцать друг от друга». Ему вдруг вспомнилась высадка на Оршу, когда он также со своими парнями летел в неизвестность. Правда, тогда спускаемых капсул были тысячи и с поверхности били орудия противника.

Несмотря на слабое внимание к проблеме восстановления Земли, она все же постепенно решалась. Грузопоток с поверхности на орбиту и обратно увеличивается в разы каждые три-четыре месяца, и картина с шестью аппаратами одновременно выходящих на траекторию посадки повторится уже через пятнадцать минут. Да и на самой поверхности дела обстояли лучшим образом, чем после бомбардировки.

Когда участок интенсивного торможения был пройден, Иван снова смог посмотреть вниз через иллюминатор. Его взору предстали обширные молодые леса, которые удалось восстановить, а также ровные массивы сельскохозяйственных полей. В момент, когда Иван покидал Землю, такое вообще казалось невозможным на этой широте – жара стояла такая, что приходилось прятаться под землей. А это значит, что удалось добиться общего снижения температуры.

Планетарный космопорт никуда не делся и по-прежнему находился на африканском континенте, рядом со столицей, размер которой поражал воображение. Иван уже отвык от подобных километровых зданий, которые можно строить на поверхности, а не под нею, и поэтому он вовсю рассматривал обширные жилые и производственные районы. Особенно его внимание привлекли белесые овалы гигантских дирижаблей, вереницы которых стекались со всех сторон в столицу. Их было так много, что, казалось, перепрыгивая с одного на другой, можно добежать до горизонта.

Наконец опоры спускаемого аппарата коснулись посадочной площадки, и, подхватив свои вещи, команда Ивана двинулась на выход. Пройдя все возможные процедуры контроля прибывающих, Иван без каких-либо мыслей бодро вышел за пределы здания космопорта. И тут же ощутил холодок, прокатившийся по спине, а сердце рухнуло в пятки, когда он осознал, что находится за пределами строения без скафандра. Внутренний голос кричал, что нужно немедленно вернуться обратно, но он усилием воли сделал глубокий вдох, а затем еще и еще.

Когда паническая атака прошла, он обернулся к своим парням и увидел схожую картину. Долгое пребывание за пределами атмосферы Земли сказывается на привычках и восприятии окружающего мира, а в их мире дышать за пределами зданий без скафандров невозможно. Вот и стоит сейчас четверка опытных бойцов и хватает воздух, открывая рот как рыбы.

– Командир, что это? – Отойдя от первого шока, Родригес указал за спину Ивану.

Иван обернулся и приложил руку ко лбу – в небе висел гигантский диск. Его размеры действительно были огромными, так как он находился за пределами атмосферы, но все равно визуально по размеру был сопоставим с Луной. Это и была причина понижения температуры на Земле.

– Это зеркало, Балабол. С помощью него закрывают Землю от части солнечного излучения и перенаправляют его на Луну. – Иван опустил руку и спросил: – Ну что, все пришли в норму?

Его вразнобой заверили, что все в порядке.

– Тогда пошли прокатимся на дирижабле. – Иван указал на терминал, где парковались эти гиганты.

В условиях разрушенной инфраструктуры и экономии ресурсов дирижабли заняли основную нишу перевозок на дальние расстояния, и сейчас самые большие из них могут взять на борт до пятисот тонн груза или эквивалент пассажиров. Другие виды воздушного транспорта также имелись, но в значительно меньших количествах, да и сказывалась потеря производственных мощностей и специалистов в области авиационных двигателей.

Через трое суток вся компания, наконец, добралась до Екатеринбурга, который тоже претерпел изменения. Город больше не выглядел как попытка остатков человечества выжить в пустыне. Общее понижение температуры позволило строить жилые здания уже на поверхности, а вместо пепла и обугленных деревьев вокруг зеленели молодые поросли некогда обширных лесов.

Конечно, Иван не узнавал здесь почти ничего – только отдельные подземные строения, верхушки которых торчали над поверхностью, видимо не утратившие свою функциональность в новых условиях. На улицах родного города были люди, очень много людей и, главное, так же много детей. Иван особо обращал внимания на лица прохожих, и их выражение говорило, что люди здесь больше не выживают, а живут. Складывалось впечатление, что их не интересует происходящее там, на Луне, Плутоне и за сотни световых лет. Город дышал жизнью, и это нравилось Ивану и его спутникам.

Путешествие компании закончилось в парке, возле мемориала, который стоял именно там, где Иван принял свой первый бой и свой последний – сержант Прилепин.

– «Здесь покоятся защитники Земли. Вечная слава героям», – прочитал Белов надпись на обелиске.

А Иван смотрел немигающим взглядом на бесконечные столбцы имен и фамилий, не в силах подобрать слова, хотя пару часов