всех, часть литургии заканчивается.
Литургия верных. Анафора
В библейском откровении о Боге парадоксальным образом сочетаются две истины. С одной стороны – Сущий неисповедим и несоизмерим с человеком. Он «пребывает во свете неприступном», Его мысль непохожа на мысль смертного, природа Его – «опаляющий огонь». С другой стороны – Он близок к людям, которых возлюбил, и сопровождает верных в их скитаниях по земле. При Моисее символом этой близости был священный ковчег, украшенный фигурами крылатых существ – херувимов[45]. О ней же напоминали огромные изваяния херувимов в Иерусалимском храме. В видении пророка Иезекииля небесный ковчег, несомый херувимами, служил утешением «остатку» праведных, живших в изгнании. Бог не покинул их, Его колесница следует за ними в чужую языческую страну. После гибели Храма Он Сам становится «святилищем» для верных[46].
Эти библейские прообразы оживают в новозаветной литургии. Как некогда херувимы влекли колесницу Божию, так и ныне Церковь, вознося на престол хлеб и вино Евхаристии, исповедует присутствие Христа на путях ее исторического странствия.
Открываются царские врата. Хор поет «Херувимскую песнь». В русском переводе она звучит так:
Таинственно изображая херувимови животворящей Троицетрисвятую песнь воспевая,всякое ныне житейскоеотложим попечение…
Под это пение служащие переносят потир и дискос с Предложением на престол, поминая Предстоятеля Церкви, епископа, молящихся и всех христиан. Песнь оканчивается словами:
…дабы вознести Царя всех,невидимо носимого ангельскими чинами[47].Аллилуия, аллилуия, аллилуия.
Это торжественное начало литургии верных (Великий вход) некоторые принимают за самый важный момент службы. Ошибка объясняется тем, что само таинство Евхаристии происходит при затворенных царских вратах, хотя и с открытой завесой[48].
* * *
После «Херувимской» царские врата закрываются и произносится ектения («Исполним[49] молитву нашу Господеви…»), и в знак того, что присутствуют только люди, принявшие крещение, все читают (или обычно поют) Символ веры. Перед тем в древности храм запирался, чтобы ничто не могло нарушить ход священнодействия (об этом напоминает возглас: «Двери, двери!»).
Наш «Символ» был написан только в IV веке. А какой употреблялся раньше? По-видимому, вначале он сводился к исповеданию новокрещаемого: «Верую, что Иисус Христос есть Сын Божий» (Деян. 8: 37). Апостол Павел дает более развернутую формулу исповедания веры в Иисуса Христа, «Который родился от семени Давидова по плоти и открылся Сыном Божиим в силе, по духу святыни, через воскресение из мертвых» (Рим. 1: 3–4). В самом начале II века св. Игнатий Богоносец утверждает веру в «Иисуса Христа, Который произошел из рода Давидова от Марии, истинно родился, ел и пил, истинно был осужден при Понтии Пилате, истинно был распят и умер, в виду небесных, земных и преисподних, Который истинно воскрес из мертвых, так как Его воскресил Отец Его, Который подобным образом воскресит и нас, верующих в Иисуса Христа»[50].
Сто с лишним лет спустя св. Ипполит Римский так передает крещальный «Символ»:
Верую в Бога Отца Всемогущего.Верую в Иисуса Христа, Сына Божия,рожденного от Духа Святого и от Девы Марии,распятого при Понтии Пилате, и умершего (и погребенного),и воскресшего в третий день живым из мертвых,и вознесшегося на небеса,и пребывающего одесную Отца,и паки грядущего судить живых и мертвых.Верую в Духа Святого,и во Святую Церковь,и в воскресение плоти[51].
В 325 году на Первом Вселенском соборе был принят «Символ», написанный Евсевием Кесарийским, а в 381 году он был дополнен на Втором Вселенском соборе.
Содержания и смысла этого никео-царьградского «Символа веры» мы коснемся ниже[52].
По свидетельству св. Иустина, христиане, приступая к таинству Благодарения, «приветствовали друг друга лобзанием». Этот обычай связан со словами Господа, повелевшего идти к жертвеннику, только примирившись с братом (Мф. 5: 23–24). Теперь из-за множества народа «целование мира» совершают священники в алтаре.
Анафора – сердце, ядро, вершина литургии.
Читает ее священник, которому отвечает хор. Уже давно евхаристические молитвы принято произносить вполголоса. Поэтому анафора доходит до молящихся в урезанном виде: громко звучат лишь последние слова молитв, чтобы поющие знали, когда отвечать священнику. «Великая тайна, – говорит протопресвитер Н. Афанасьев, – совершается в алтаре, но верные в совершении ее не имеют участия»[53]. Между тем Евхаристия есть служение всех предстоящих, которые творят бескровную Жертву руками иерея.
До тех пор, пока невозможен возврат к древней практике, каждому верующему нужно знать молитвы анафоры или даже иметь их перед собой во время богослужения.
Возглас «Станем добре, станем со страхом, вонмем, святое возношение в мире приносити!» («Будем достойно, с благоговейным трепетом и сосредоточенностью, приносить в мире святое возношение») напоминает нам о всеобщем участии в евхаристическом действе. В этот момент в храме должна установиться полная тишина.
Как то бывало на молитвенных вечерях библейских времен, предстоятель обращается к собравшимся, а от их лица ему отвечает хор…
– Благодать Господа нашего Иисуса Христа, и любовь Бога и Отца, и причастие Святаго Духа буди со всеми вами!
– И со духом Твоим.
– Горе́ имеим сердца! (Вознесем сердца свои ввысь!)
– Имамы ко Господу.
– БЛАГОДАРИМ ГОСПОДА!
Вот оно – Благодарение, Евхаристия… Хор поет: «Достойно и праведно есть покланятися Отцу и Сыну и Святому Духу, Троице единосущней и нераздельней».
В это время священник в алтаре читает благодарственную молитву анафоры; в ней прославляется Творец, сокрытый в тайне, Который создал мир и человека, Который возводит верных в небесную славу. Все мироздание – видимый и невидимый космос – сливается в общей осанне: мириады светил, небо и земля, льды и бездны, цветы и все дышащее, человеческий род и сонмы духовных сил[54].
Достойно и праведновоспевать, и благословлять,славить, и благодарить,и поклоняться Тебе;владычество Твое – повсюду.Ибо Ты еси Бог неизреченный,невместимый, незримый,непостижимый, неизменный и вечный,Ты, и Единородный Твой Сын,и Дух Твой Святой.Ты из небытия вызвал к бытию наси отпадших вернул, не отверг,но совершил все,чтобы на небеса возвести нас,и даровал нам Твое грядущее Царство.За все сие благодарим Тебя,и Единородного Сына Твоего,и Святого Духа Твоего:за все, что мы ведаем и не ведаем,за явные и неявные благодеяния Твои,бывшие нам.Благодарим Тебя и за литургию сию,которую Ты благоволил принять из рук наших,хотя и предстоят Тебе тысячи архангелов,и мириады ангелов,херувимы и серафимышестикрылые, многоокие,воспаряющие, окрыленные, победную песньпоюще, вопиюще,взывающе и глаголюще…СВЯТ, СВЯТ, СВЯТ ГОСПОДЬ САВАОФ!ИСПОЛНЬ НЕБО И ЗЕМЛЯ СЛАВЫ ТВОЕЯ,ОСАННА В ВЫШНИХ,БЛАГОСЛОВЕН ГРЯДЫЙ ВО ИМЯ ГОСПОДНЕ!ОСАННА В ВЫШНИХ!
Гимн «Свят, Свят…», взятый из видения пророка Исаии (гл. 6), звучал уже в общих молитвах ветхозаветной Церкви. Внимая ему, мы, стоящие сегодня в храме, как бы включаемся в торжество Вселенной, слышим голоса нездешних сил, слышим биение сердца всей твари, которая нескончаемым потоком несется к подножию Безмерного и Неизреченного…
Между тем священник продолжает славословие, вспоминая о спасении, пришедшем от Триединого Бога через Иисуса Христа:
С сими блаженными силамии мы, Владыко Человеколюбче,восклицаем и говорим:Свят и пресвят еси Ты,и Единородный
